— А ты кто? — Ответил он, наконец, Александру вопросом на вопрос. — Поправь меня, если я ошибаюсь, но на этот вопрос каждый из нас хоть, конечно, и отвечает по-своему, однако всё сводится к следующему: «есть Я и есть ОНИ. Все мы схожи лишь в том, что к чему-то стремимся. В целом же мы — те, кого жизненный прогресс ведёт от воспоминаний к надеждам, и этого не изменить. В нас теплятся надежды на порядочность нашей судьбы. ОНИ, те, кто вокруг меня, постоянно пытаются обогнать, затоптать, превзойти. Но поддаваться и выказывать свои слабости — значит соглашаться с НЕПОРЯДОЧНОСТЬЮ своей судьбы.
— Ты пытаешься бороться по-волчьи? — Стал уточнять Саша. — Или ты воешь на луну, чтобы тебя услышали члены твоей стаи, и пришли на помощь?
— Нет. — Ответил Волков. — Я не привык просить о помощи. А пытаться бороться по-волчьи — это ведь и есть жизнь каждого из нас. Там, на моей работе, меня окрестили Волком, да притом ещё и МУСОРНЫМ. Поначалу я не понимал этого прозвища (разве что фамилия у меня подходящая, чтобы состряпать прозвище «Волк») и постоянно себя спрашивал: «Почему? Может, потому что я противен и ненавистен остальным членам общей стаи?». Но потом задумался. Ведь уничтожать мусор — это не всегда означает пожирать всякую дрянь, чтобы не умереть с голоду. Уничтожать мусор — это еще и БЫТЬ САНИТАРОМ, уничтожать отраву, заразу, отбросы, которые могут навредить окружающим…
— Теперь понимаю, откуда в тебе такие непоколебимость и стойкость. — Прервал его Драговцев. — Ты пытаешься оправдать именно то значение своего прозвища, которое означает «быть санитаром», чтобы доказать самому себе, что ты не ненавистен остальным?
— Что-то вроде того. — Пожал Юра плечами. — Может быть, в этом и заключается цель моей жизни…
— Может, у нас на Земле найдется ещё пара-тройка Мусорных Волков, которые будут уничтожать отходы человечества для блага самих людей? Пусть эти санитары и будут занесены в Красную книгу, а? Как думаешь? — Молвил Александр.
Юра молчал.
— Думаю, мусорные волки есть на любой обитаемой планете, сколько бы этих планет ни существовало во вселенных, — Наконец ответил он.
Возможно, Волк — Юра и был на первый взгляд странноватым. Но ещё он был слишком прямолинейным от природы. Несмотря на всё, от него веяло искренностью, и это успокаивало. Волков говорил о надеждах на порядочность судьбы, о стойкости, о жизненной цели, которая зовёт вперед и предвещает выход к верной тропе. Возможно, каждому человеку необходимо иметь толику закалки МУСОРНОГО ВОЛКА.
— Куда мы направляемся? — Спросил Саша.
— В центр Шелеса. Там выберем здание повыше, поднимемся на крышу и отправимся на Атолл. Нужно будет нажать одну кнопку.
Создавалось впечатление, что Юра-Волк делал всё машинально. Во-первых, его работа была его жизнью, и он уже не позволял себе о чем-либо задумываться, дабы не напортачить. Это вытекало ещё и из того, что он был охотником за аномалиями (полицейским по вопросам «извне»), и бороться со сложностями умел как никто другой. Он просто как машина — подключался к сети и работал, работал, работал.
Улица Горького тянулась между обычными городскими домами и многоэтажками. Когда-то, лет двадцать назад, до застройки этой части Шелеса, здесь были просто холмы, с которых открывался красивый вид на близлежащие лес и реку. Теперь всё изменилось.
Первая попавшаяся трёхэтажка высилась близ нескольких частных особняков. Рядом располагались гаражи. Длинный передний двор был пуст, к самому строению вела аккуратная подъездная дорожка.
— Если будем входить в здание, то пустят ли нас с псом? — Молвил Саша, глядя, как Юрий одевает на Дракулу намордник и поводок. — Здесь предупреждение про «обгрызание» не пройдёт.
Юра ответил:
— Куда они денутся. Пойдём.
Оставив джип на улице и войдя в здание круглосуточного торгового центра, Александр и Юрий услышали звук работающего телевизора и голоса немногочисленных ночных посетителей магазина. За входными дверьми, внутри стояла пара охранников — крепких на вид парней в форменной одежде, по габаритам не уступающих Драговцеву и Волкову.
— С собакой нельзя заходить. — Сходу остановил вошедших один из парней.
— А почему предупреждения об этом на входной двери, или вообще снаружи, в виде таблички, нет? — Сделал Драговцев возмущённый вид. — В стране нет закона, который запрещал бы посещение с собакой магазинов и других общественных мест, если собака в наморднике и на поводке. Разве только кроме случаев, когда некая организация может руководствоваться своим собственным распорядком и внутренними правилами. Но, в таком случае, руководство этой организации обязано предупредить об этом посетителей, разместив соответствующую информацию перед входом в помещение.