Смотрю на нее, прищурив глаз, чтобы не попадал дым. Хочу что-то сказать, поддержать разговор, но чувствую непривычную робость, какое-то стеснение в груди — себя не узнаю. Все слова кажутся тупыми.
Ветер снова выбивает пряди ее волос — легкие, на вид будто шелковые, хочется пропустить их сквозь пальцы.
— Спасибо! — Она чуть поджимает губы, будто ей тоже неловко. Из-за моего молчания?.. Прячет пачку в сумку и направляется к бизнес-центру.
Хочу пойти за ней, прямо тянет, но остаюсь докуривать сигарету — с такой женщиной без шансов.
— Как тебя зовут? — все же выкрикиваю ей в спину.
Она оборачивается, улыбается в ответ, закладывая за ухо растрепанную ветром прядь, но ничего не отвечает. Уходит, а ее улыбка и пряди волос, застилающие лицо, все еще перед глазами.
Ловлю себя на том, что до сих пор улыбаюсь. Смотрю, щурясь, на солнце, докуриваю сигарету. Как-то дышится лучше, когда солнце.
Холодный ветер залетает под расстегнутую куртку, сквозь футболку добирается до печенок. А я стою, не двигаясь, дышу ветром. Ветром и сигаретным дымом — делаю последнюю затяжку и иду в бизнес-центр — через десять минут прием у психотерапевта.
Выкинув окурок в мусорную корзину, поднимаюсь на крыльцо, распахиваю дверь — и вижу ее у барной стойки кафе. Она забирает с собой стаканчик кофе. Бармен что-то говорит ей, опираясь локтями о стойку. У тебя тоже нет шансов, приятель.
Лифт открывается, из него выходит пожилая пара. Моя незнакомка заходит в кабину, двери закрываются, но я успеваю протолкнуться сквозь парочку и придержать ладонью створку. Вхожу. Мы с незнакомкой на мгновение сплетаемся взглядами.
За мной в лифт вбегает мужчина. Я прямо вынужден встать к ней ближе.
Она жмет на кнопку четвертого этажа, он — второго.
Стою, будто ничего не происходит, а у самого уголок губ так и тянется вверх.
Мужчина выходит, мы остаемся наедине.
Что ж рядом с ней так волнительно?.. Волнительно и приятно. Хочется сделать какую-то глупость, чтобы она снова улыбнулась.
Третий этаж.
Кошусь на нее взглядом. Пальто расстегнуто, под ним бежевый свитер крупной вязки. Вся такая теплая, уютная… Интересно, какую она слушает музыку?
Четвертый этаж.
Хочется как-то с ней зацепиться, не отпускать просто так, в тишине. Думаю, что еще ей сказать, но ничего в голову не приходит, кроме:
— А где здесь туалет?
Двери открываются, и я пропускаю ее вперед.
— Слева по коридору.
Выхожу из лифта, втягиваю на прощание ее запах и гордо иду… твою мать, направо, за ней. Разворачиваюсь, едва не сбив уборщицу. Самому смешно.
Умываюсь в туалете, смотрю на свое отражение в зеркале. Взгляд такой наглый, хитрый, будто я что-то задумал, но еще не понимаю, что. Дождусь ее завтра на этом же месте? Подкараулю в кафе? Может, кофе тоже ее ритуал.
Не думаю, что мне что-то светит, просто хочу снова ее увидеть. Хотя думаю, конечно. И похер, что ничего не светит. Буду светить сам.
Смотрю на часы — уже одиннадцать. Достаю из кармана мятую визитку — четыреста четвертый кабинет, на этом этаже. Выхожу из туалета, ищу нужную дверь, стучусь — “Можно?”. Заглядываю в кабинет — и остолбеваю.
Глава 7. Так выглядит любовь
— Психотерапевт Мороз Л.С. — это… вы? — на всякий случай уточняю я.
Вот она, стоит передо мной — не могу поверить. К тому же совершенно другая — волосы по-деловому собраны, в белой блузке и строгой юбке сливового оттенка, в туфлях на каблуке. Губы накрашены помадой — не ярко, но все равно незнакомо.
— Да, это я, — отвечает она с легкой улыбкой.
— М-м-м… — На большее меня не хватает.
Не могу отвести от нее взгляд. Это точно она? Вот такая? Так близко?.. Я словно попал в Зазеркалье.
Теперь мне не нужно придумывать повод, как с ней увидеться, — это хорошо. Но она последний человек на земле, которому я расскажу о своих тараканах.
— Куртку вешайте на вешалку, проходите, садитесь. — Она указывает на кушетку — стандартную кушетку из фильмов про психологов. — Меня зовут Любовь. А вы, вероятно, Валентин? Я могу так к вам обращаться?
— Значит, вот так выглядит любовь… — Смотрю ей в глаза, расстегивая куртку.
— …Сергеевна, — подсказывает она.
Едва сдерживаю улыбку — я не это имел ввиду, но и так сойдет.
Вешаю куртку, мельком оглядывая кабинет. Просторно, тепло и светло — как в оранжерее. Кстати, фиалки на подоконнике.
Кроме кушетки — два коричневых кожаных кресла. Между ними — низкий стол, на нем два стакана воды, картонная коробка с салфетками и блокнот. У стены — полки с книгами. Здесь все такое... удобно-лаконичное. Располагает к тому, чтобы изливать душу, но строго один час.