Влюблённые бросились друг к другу и слились, как пишут в любовных романах, «в страстном поцелуе». Причём поцелуй был настолько страстный, что после него поневоле хотелось закурить.
Наконец они закончили, и Калианна прошептала:
- Вейрон! Я так скучала!
- Я тоже, любимая, - отозвался Вейрон красивым бархатным баритоном, - я тоже… Я люблю тебя…
- Я тоже люблю тебя, Вейрон, - отозвалась девушка.
- И мне непонятно, почему ты не хочешь, чтобы я пришёл к твоим братьям просить твоей руки. Да, я создание тьмы, но не несу в себе зла и могу быть Супругом Богине. Моё единственное желание, чтобы мы с тобой, любимая, наконец, соединились.
- Всё не так просто, Вейрон, - вздохнула Калианны. – Я сама поговорю с братьями, а потом уже дам тебе знать. Лотарис должен вот-вот вернуться, решив свои дела, прежде всего я поговорю именно с ним, а потом мы вместе поставим перед фактом Алзира.
- Но почему? Неужели Алзир будет против нашего брака?
- Конечно, будет! – раздался ещё один голос, и появился третий участник событий. – Как низко ты пала, сестра, связавшись с этим уродом!
- Алзир! – вскрикнула Калианна. – Ты следил за мной?
-Конечно, дорогая сестричка! Мне было очень интересно, куда ты исчезаешь по вечерам!
- Алзир, послушай! – примирительно начал Вейрон.
- С тобой мы разберёмся позже, выродок! – прошипел Алзир. – Исчезни, или я испепелю тебя!
- Раз так, - с угрозой в голосе произнёс Вейрон, - у меня есть, чем тебе ответить, Алзир Великий!
- Нет! – вскрикнула Калианна. – Прошу вас, не надо! Вейрон, уходи! Я поговорю с Лотарисом, он сможет повлиять на Алзира! А сейчас – уходи, он вне себя! Я не хочу, чтобы вы навредили друг другу.
Вейрон заколебался:
- Если ты что-нибудь сделаешь ей…
- Он ничего мне не сделает! – вскрикнула Калианна. – Алзир мой брат!
- Хорошо… - прошептал Вейрон и исчез. Но Алзир и не думал успокаиваться:
- Так, значит, ты променяла меня вот на это?..
- Я люблю Вейрона! – отчаянно вскрикнула Калианна. – Люблю, и ничего ты с этим не сделаешь! Лотарис заступится за меня!
- Ах, воот каак! – злобно протянул Алзир и в мгновение ока изменил собственный облик, превратившись в копию Вейрона. – Ты любишь его? Хорошо, сейчас ты узнаешь силу его любви!
Алзир рванул к девушке, набросил ей на шею какой-то странный плетёный шнурок и повалил её на траву. Калианна отчаянно рыдала и сопротивлялась, но противостоять брату явно не могла. А тот, словно озверев, рвал с неё одежду, кусал, мял, а потом навалился на неё всем телом. Судорожные отчаянные крики Калианны стали постепенно стихать, сопротивление её слабело, видно, поступок брата был для бедняжки немалым шоком, а тот продолжал, не обращая внимания ни на что.
Но тут в дело вмешался новый персонаж. За деревьями раздался крик:
- Калианна! Сестра! Что случилось? – и на поляну выбежал ещё один юноша – рыжеволосый и светлокожий, удивительно похожий и вместе с тем непохожий на Ариса. Я поняла, что это и был Лотарис. Узрев творящееся безобразие, он вскрикнул:
- Ах ты, мерзкая тварь! Да как ты смеешь! – и метнул в «Вейрона» молнию. Но тот успел увернуться и растаять в воздухе. Калианна же не шевелилась, вероятно, потеряв сознание – неподвижная, бледная, истерзанная.
- Сестра! – отчаянно вскрикнул Лотарис. – Я убью этого мерзавца и отомщу за твоё бесчестье! Но прежде… прежде мне нужно оказать тебе помощь…
Он поднял не пришедшую в себя Калианну на руки, и тут вновь появился Алзир, уже принявший свой прежний облик и искусно изображавший, что он тут не при делах.
- Так-то ты следишь за безопасностью сестры! – набросился на братца Лотарис. – Я возвращаюсь, и вижу такое… На мою сестру напало какое-то змееногое чудовище.
- Как? – ужаснулся Алзир. – Сестра… прости меня, не углядел!
И мерзавец притворно зарыдал в три ручья. Видя столь «искреннее» раскаяние братца, Лотарис смягчился.
- Отнесём сестру в её покои.
- Да, да, - закивал Алзир, - её нужно погрузить в долгий целительный сон, чтобы она забыла… такой ужас, такой ужас…