Радужное сияние вспыхнуло на пару секунд, а кожу неприятно защипало.
— Ну зашибись, — пробормотала я. — Волшебные наручники.
Стражники, не обращая на меня внимания, молча удалились.
Ну и?
Я встала, пошла вперёд… и цепь дёрнула меня назад.
— Бля….
Подойти к окну не могу, к двери тоже. Вторая небольшая дверь — купальня. Вода, умывальник, странного вида унитаз… но подойти к ванне мне не дали. Отлично, даже помыться нормально нельзя.
А вот ещё одна дверь… но к ней меня вообще не подпустили.
— Офигеть, — подытожила я.
Я плюхнулась на мягкий ковёр перед статуей, которую приказала принести.
— Ну что, дружок, — вздохнула я, глядя в мраморное лицо. — Вот мы и встретились.
Статуя, естественно, молчала.
Я долго бубнила ей про свою злосчастную судьбу, про то, какие козлы Мирак и вся его семейка, про гарем и прочее. И в какой-то момент…
Юноша в камне подмигнул мне.
Я взвизгнула и взлетела на кровать.
— ЧТО?!
Но нет. Статуя стояла, как стояла. То же грустное выражение лица, та же лёгкая улыбка.
— Нервы, — выдохнула я. — Просто нервишки шалят.
Я потёрла виски.
— Бля, вот бы ты и правда ожил…
Но ничего не произошло.
Ладно.
А потом дверь снова открылась.
Я вздохнула, ожидая очередных сюрпризов.
В комнату вошла девушка с подносом, уставленным мисками и кувшинами. Запахло чем-то вкусным — похоже, мне принесли еду.
Но я не на еду смотрела.
Девушка была одета так же, как слуги, которых я видела раньше — передник, сандалии… но всё портило одно «но».
Рубцы.
Глубокие, жуткие шрамы покрывали его спину, плечи, бёдра. На половине лица — ожог, один глаз… выжжен? Нет ногтей на левой руке, мизинец на правой отсутствует.
Я почувствовала, как меня начинает трясти.
Девушка заметила мой взгляд, поклонилась, жестом приглашая к столу.
А потом увидела мой ужас и… просто улыбнулась. Будто говорила: «Да, вот такая я теперь. Смирись.»
Я сглотнула.
— Кто ты?
Она молча поклонился.
— Ты… моя служанка?
Кивок.
— Ты не можешь говорить?
Кивок.
Я посмотрела на ее ошейник. Точнее, на два. Второй, тот, что тоньше, плотно врос в кожу.
— Эта штука мешает тебе говорить?
Кивок.
— Что с тобой случилось?
Девушка вздохнул и отрицательно покачал головой.
— Ты не можешь сказать?
Она кивнула, потом осторожно показал на ошейник.
Я медленно выдохнула.
— Твари… — прошептала я.
Но тут в дверях раздался новый голос:
— Могу просветить.
Я резко повернулась.
На пороге стоял Ксантор.
Ксантор самодовольно ухмылялся, наблюдая за моей реакцией.
— Ты жрать будешь, Мимика? — спросил он, кивнув на еду. — Тебе силы понадобятся.
Я скрестила руки на груди и смерила его взглядом.
— А тебе что здесь надо? — прищурилась я. — Или больше пойти некуда? Бесплатно не даёт никто?
Моя немая служанка вздрогнула и забилась в угол, а вот Ксантор даже не обиделся. Напротив — весело прищурился.
— Дерзкая, — отметил он, подойдя ближе. — Ты ведь понимаешь, что нужена Мираку только в одном состоянии — живой. Остальное… твои конечности, твоя внешность, даже твой язык — не принципиально.
Я ухмыльнулась.
— Ну давай, герой, покажи себя. Так смело угрожать прикованной девушке… я впечатлена.
Ксантор склонил голову набок, словно разглядывая меня.
— Думаешь, ты ему нужна целая и невредимая?
Я только усмехнулась.
— А ты, значит, прям специалист по тому, что ему нужно?