- «Знаешь, я как-то и сама догадалась, - ехидно отозвалась я, - только вот как уходить? И как связаться?»
- «А я на что? – не менее ехидно пропел голосок, - раз уж между нами начала устанавливаться связь, то я смогу тебе помочь. Погоди ещё немного, я сил поднакоплю и помогу тебе освободиться. И с Арисом связаться помогу. Только обожди чуток – до рассвета нас с тобой здесь уже не будет. И не раскисай – этим беднягам ты уже ничем не поможешь. Ты ведь не хочешь повторить их судьбу? А ведь главными героями завтрашнего жертвоприношения будете вы двое – ты и сын вождя соседнего племени».
Чтоооо??? Не-не, не согласный я.
- «Успокойся, - заявил камушек, - я должен защищать Предназначенную. Так что потерпи ещё немного».
Голосок в голове затих, а я закрыла глаза, очень надеясь, что мне всё это не померещилось.
- «Не померещилось, - ворчливо отозвался голосок. – Экая ты недоверчивая. Ладно, чтоб ты успокоилась – дарю тебе возможность понимать речь этих поганцев. А теперь жди и ничего не бойся. Я не дам тебе навредить».
И с этой успокаивающей репликой голосок замолк. Теперь уже надолго, а я с удивлением отметила, что нечленораздельные вопли дикарей стали мне вполне понятны.
Глава 36. В эту ночь решили самураи перейти грАлицу у реки
Я с удивлением отметила, что нечленораздельные вопли дикарей стали мне вполне понятны. Правда, менее отвратительными они от этого не стали. Дикари со смаком обсуждали проведённую казнь, говорили, как будет довольна Великая Богиня кровавым жертвоприношением, а также очень подробно высказывались о нашей судьбе. То есть, о моей и последнего оставшегося в живых пленника. Нас предполагалось казнить не просто так, а с изюминкой – распять и оставить умирать под солнцем, выпустить кишки и насыпать в животы каменной соли, поймать парочку каких-то уххов и привязать их к нашим телам, а потом начать их жечь, так чтобы обезумевшие животные терзали нашу плоть, и так далее, и тому подобное. Мрак и ужас, короче. Мне оставалось только поражаться дикарской фантазии и их же немыслимой жестокости, а мелкий поганец, как я и предполагала, оказавшийся местным колдуном, и его свита только одобрительно кивали на каждое подобное предложение.
Между тем поспело их отвратительное варево, и появившиеся с охапками хвороста подростки – в отличие от взрослых абсолютно нагие и без каких-либо татуировок – побросали свою ношу и принялись стаскивать котлы с огня, вытаскивать их жутковатое содержимое и быстро раскладывать его на огромных полукруглых плотных листьях какого-то растения. А я вновь закрыла глаза – видеть это у меня уже не было никаких сил. Затем, судя по звукам, дикари приступили к трапезе, и поляну наполнили чавканье и бульканье, поскольку предварительно всё те же подростки притащили несколько больших глиняных сосудов с напитком. Напиток явно был алкогольным, поскольку языки дикарей стали заплетаться, голоса стали неразборчивыми, они стали завывать мало членораздельные песнопения о собственных великих подвигах, славном Тйвале – так именовали мелкого колдунишку – и Великой Богине, которая дарует им власть и бессмертие. Короче, перепились все достаточно быстро, потом подростки собрали обглоданные кости, сложили их в одно место аккуратной кучкой и попытались навести в лагере какое-то подобие порядка. Самим им, как я понял, поужинать так и не удалось. Тушки изжарившихся животных взрослые охотники оставили себе на завтрак, а «ужин» есть подросткам было не по чину – как я поняла, подобной привилегией пользовались только взрослые.
Я скосила глаза и попыталась разглядеть лицо сидящего неподалёку пленника – его красивое лицо было похоже на застывшую маску ненависти и презрения, и эти его чувства я понимала и разделяла полностью. И ещё я подумала, что если уж мне и удастся удрать с помощью Восьмой Звезды – я ни за что не брошу парня с этими нелюдями. Ну, хоть руки и ноги освобожу, что ли – он местный, наверняка сможет удрать к своим.
Коллективное веселье продолжалось ещё какое-то время, затем неумеренное употребление алкоголя стало выводить дикарей из игры одного за другим, храпящих тел на поляне становилось всё больше. Наконец всё стихло, и я попыталась позвать Восьмую Звезду. Но в этот самый момент из леса к стоянке бросились бесшумные тёмные тени.