В ответ в моей голове раздался короткий булькающий смешок, впрочем, тут же захлебнувшийся, когда мои руки потянулись к цепочке.
- «Эй, Соня, ты чего? Не надо, не вздумай! Не хочу в землю! Я больше так не буду, ты, ты главная! Обещаю, что отныне я буду верно тебе служить и советоваться во всём!»
- «Поклянись!» - мрачно отозвалась я.
- «Как?»
- «Нерушимой клятвой! Такой, которую не смогут нарушить даже Боги!»
И что вы думаете? Восьмая Звезда тут же принёс мне эту самую клятву, а я её приняла. И только последнее слово клятвы отзвучало во мне, меня тут же окутало призрачным золотистым сиянием. Охотники и оставшиеся в живых подростки тут же попадали на колени, а я почувствовала себя глупо донельзя. К счастью, Восьмая Звезда тут же откомментировал происходящее:
- «Наше слияние почти закончено, Предназначенная. Скоро ты будешь подобна Богам».
Пипец. На что я тут снова подписалась?
Но тут сияние рассеялось, Восьмая Звезда отключился, предварительно уведомив меня, что ему необходимо настроиться, а то пока я очень уязвим, и что Арис скоро найдёт меня. Я жестом велела охотникам подняться.
- Я готова принять твоё гостеприимство, Серебряное Перо, - сказала я, - но не стоит вставать передо мной на колени.
- Хорошо, Предназначенная, - кивнул вождь. – Поспешим же, нам предстоит долгая дорога.
Но тут земля под нашими ногами содрогнулась, и я с удивлением посмотрела на побледневших охотников:
- Это что, землетрясение?
Те дружно замотали головами, то ли не зная такого слова, то ли землетрясений здесь не могло быть в принципе. Я перевела взгляд на разорённый лагерь Злобных Уххов и похолодела. Гигантская статуя огромной женщины спустилась со своего постамента и топала по направлению к нам. Из глаз ужасного изваяния били мутно-багряные лучи, руки, вытянутые вперёд, то конвульсивно сжимались, то разжимались. Охотники попытались метнуть копья в изваяние, но багряное сияние пало на них, словно гигантская сеть, и они все беспомощно застыли, хотя все они были живы и в сознании, но ни двигаться, ни говорить не могли.
- Вы уничтожили верных мне… - замогильным голосом взвыла статуя, - вы все умрёте…
- «Звезда!» - отчаянно мысленно взвыл я.
- «Ага, как что – так каменюка, а как припекло – так сразу Звезда!» - немедленно отозвался камушек, отсканировал ситуацию и взвыл:
- «Охёбтвоюжетымать! Линяем отсюда, Соня, щас я тебя перенесу!»
Я благоразумно не стала напоминать камушку об отсутствии у него сил, просто спросила:
- «А охотники?»
- «Ну, извини! – огрызнулся Восьмая Звезда. – Сил у меня ещё немного, так что спасти я смогу только либо тебя, либо их. Выбирай!»
Я похолодела. Нет, я не высокоморальный человек исключительной душевной чистоты и голубиной кротости, но жить, зная, что своим спасением я обрекла на смерть почти полсотни человек… Нет, я так не смогу. Вот не смогу и всё. Поэтому…
- «Их!» - мысленно рявкнула я.
- «ЧО???» - тут же вырвалось у камушка.
- «Не тупи! Спасай их! И помни, ты дал Нерушимую клятву и должен меня слушаться!»
- «Ой, дурында! Вот идиотка!» - вырвалось у Восьмой Звезды. И мой приказ он выполнил. Серебристое сияние, вырвавшееся из камня, мгновенно окутало охотников и подростков… и они тут же исчезли.
- «Ты что сделал?» - взвыла я.
- «Да ладно, не кипишуй, всё с ними в порядке, - отозвался Восьмая Звезда, - скоро дома будут. А вот нам с тобой, Сонечка, теперь натуральный писец. Сил у меня больше нет. И Арис помочь не успеет. Ой вэй… Прощай, Софья, наше сотрудничество было кратким, но насыщенным…»
- «Заткнись!» - мысленно прошипела я, камушек тут же замолчал, а статуя стала медленно надвигаться на меня, растопырив руки и шипя, как разъярённая кобра:
- Ты… снова ты… Как это у тебя получилось?
Я отпрыгнула в сторону и высказалась:
- Погодите, гражданка Калианна, обниматься! Я сегодня как-то не расположена к любви!
- Догадливая ссскотина! – просипела Калианна, и каменный лик статуи пошёл трещинами от гнева, став ещё безобразнее, хотя, казалось бы, куда ещё-то?