Ты пишешь: «Много лет назад я сказал тебе, что я мне хотелось бы стать ковбоем на Диком Западе. У меня и поныне сохраняется такое желание. Означает ли это, что мне не удастся стать созерцательницей?» Ты неправильно поняла меня. Я не против ковбоев. Я хочу, чтобы все вы стали кшатриями. Но прежде чем стать воином, нужно просто быть.
Кто же станет этим воином? Ты даже не знаешь, кто ты. В твоем центре царит неведение ... И ты еще хочешь стать воином? Тогда твоя воинственность будет разрушительной, а не созидательной. Такая воинственность происходит от неведения. Я хочу, чтобы вы были воинами из безмолвия, чистоты, невинности.
Но у тебя, Маджид, есть устоявшееся представление о том, будто созерцатель и воин - два разных явления. Такие идеи бытовали в прошлом, поскольку прежние поколения не смогли создать цельного человека. Я же стараюсь развить в вас цельность во всех измерениях.
Будь созерцательницей, и тогда, чем бы ты ни занималась (ты можешь быть мятежницей, амазонкой), ты не повредишь людям, но украсишь мир. Мы можем предложить существованию только такую благодарность. После себя следует оставлять мир немного более совершенным, чем в миг своего рождения в нем. Пусть мир будет чуть-чуть более красивым, чистым, человечным, добрым, лучистым, немного более святым.
По моему мнению, нет никакого противоречия между созерцателем и воином, но приоритет следует отдавать созерцателю. Только на созерцателя можно положиться, поскольку меч в его руке будет не убивать, а спасать, а сила, которую он приобрел в своих медитациях, станет созидательной энергией, благодаря которой все, к чему он прикоснется, будет превращаться в золото.
Я хочу, чтобы все вы стали волшебниками, то есть приобрели способность посредством медитации преображать все, к чему бы ни прикоснулись.
Без медитации все, чем бы вы ни занимались, будет тщетным.
- Достаточно, Вимал?
- Да, Раджниш.
Глава 29
Вы беременны просветлением
Раджниш, со мной что-то происходит. В верхней части тела v меня появилось чувство полноты, изобилия и расширения. Что-то давит мне на горло, но не уродует, а обнимает меня, а также все и вся вокруг. Я не знаю, могут ли другие ощутить эту атмосферу, но я могу. Это не тактильное прикосновение, словно нежная аура, не направленная ни на кого и ни на что конкретно. Эта аура безмолвно следует повсюду за мной. Это явление напоминает мне о странной беременности, в которой я ничего не смыслю. Разве я могу> быть беременным? Я же мужчина. Что это? Разве мужчина может быть беременным? Может быть, в какую-то ночь ты посетил меня, Раджниш?
Дхъян Джон, мужчина тоже бывает беременным, но не как женщина. Его беременность гораздо выше. Женщина может родить больше людей, но мужчина беременеет и рождает музыку, живопись, скульптуру, поэзию - все, что делает жизнь более осмысленной и ценной.
Но лишь немногие люди ощущают в себе такую беременность. Люди слишком увлечены своими мирскими делами (деньгами, почетом, властью, престижем), что они никогда не думают о том, что могут также создать то, что переживет их.
Ребенок женщины проживет лет семьдесят или восемьдесят, а поэзия Упанишад? Она живет уже пять тысяч лет, и до сих пор исполнена великой жизненной силы. Люди, породившие эти стихи, наверняка ощущали в себе беременность. Каждый великий поэт знает, что, когда стихи просят его родить их, он ощущает себя почти женщиной, почти материнским чревом, в котором развивается и формируется поэзия.
То же самое верно в отношении всех творческих искусств. Но еще справедливее эта формула для тех людей, которые медитируют, потому что они беременны Буддой. Они вот-вот родят самих себя. Это очень таинственное явление, но оно весьма сходно с женской беременностью.
Ты пишешь: «Со мной что-то происходит. У меня появилось чувство полноты, изобилия и расширения». Это показатели того, что скоро твоя старая жизнь исчезнет, в тебе формируется новая жизнь. Там, где прежде была пустота, теперь царит полнота. Там, где раньше была бедность... Дело в том, что человек желает, хочет и доказывает только одно: он беден. И вы нигде не найдете богатейшего человека, который не был бы бедным в этом смысле. Возможно, у него есть все на свете, и все же он хочет заполучить еще больше. Он богатый человек, богатый бедняк. Твоя бедность исчезает, и на ее месте возникает богатство.