Да в том же Приказе ведом Денежной двор, а в нем сидит для досмотру денежного дела дворянин да дьяк. А делают денги серебряные мелкие: копейки, на одной стороне царь на коне, а на другой стороне подпись: «царь и великий князь», имя царское и титла самая короткая; денги, половина копеек, на одной стороне человек на коне с саблею, на другой подпись царская, такая ж, что и на копейках; полушки, четвертая доля копеек, денег половина, на одной стороне голубь, а на другой написано «царь», из ефимочного серебра, ежегодь. А привозят ефимки и серебро, прутовое и тянутое, к Архангелскому городу из Галанской земли, и из Венеции, и из Любка, и из Амбурка. А покупают они на те ефимки всякие товары ис царские казны или серебро ж меняют на всякие товары. А берут те ефимки у них за товары и серебро против ефимков по четыре гривны и по 14 алтын ефимок, а товары царские ставят дорогою ценою. И ис тех ефимков или ис серебра в серебряных денгах царю бывает прибыль великая, потому что ефимки и серебро приходит дешевою ценою, а в деле Московских денег выходит из ефимка по двадцати по одному алтыну по две денги, и от всякого ефимка прибыли царю по 7 алтын по 2 денги и по осми алтын. Также и пошлину у Архангелского города и в ыных порубежных городех емлют с чюжеземцов ефимками ж по такой же малой цене.
А денежных мастеров для того дела берут из волных и ис торговых людей, кто похочет, с поруками и за верою и крестным целованием, что им, будучи у царского дела, не воровать серебра и денег не красть, и в серебро меди и олова и иного ничего не примешивать, и в домех своих воровских денег не делати никаких, и чеканов не красть, и воровски под чеканы не подрезыватися. А будет тех денежных мастеров — чеканщиков, подметчиков, резалшиков, тянулшиков, отжигалшиков — с 200 человек. А как они для денежного дела ходят на двор или з двора, и их осматривают донага, чтоб они не приносили меди, и олова, и свинцу или з двора чего не снесли. А будет сыщется, что они делали на царском дворе или у себя в домех воровством денги или под чеканы подделывались и те воровские чеканы продавали на сторону иным людем, и таким по сыску бывают пытки: многажды ли воровали, и кому что продавали, и с кем о том сопча умышляли. И на кого с пыток скажут, и тех всех потомуж сыскав и пытав накрепко, будет винятся, чинят наказание. Таким же обычаем бывает указ всем сребряного дела мастером, которые учнут в золото или в серебро мешати медь, и олово, и свинец.
А в Московском государстве золота и серебра не родится, хотя в крониках пишут, что Руская земля на золото и серебро урожайная, однако сыскати не могут, а когда и сыщут, и то малое, и к такому делу Московские люди не промышлены. А иных государств люди те места, где родится золото и серебро, сыскали б, а не хотят к тому делу пристать для того, что много потеряют на завод денег, а как они свой разум окажут, и потом их ни во что промысл и завод поставят и от дела отлучат.
Русские монеты и лавка.
Да в прошлых годех, как учинилося у Московского царя с Полским Яном Казимиром королем недружба и война, а потом и с королевским величеством Свейским, и за продолжением Полские войны, и для пополнения казны, и для носпешения ратным людем на жалованье деланы денги: рублевики серебряные, величиною против Любского; четверти рублевые, весом 5 алтын 2 денги; на ефимках Любских кладены печати царские, и отдаваны те ефимки ис царские казны по полной цене, по 21 алтыну по 2 денги, а не против того, как иманы в царскую казну и как преж сего хаживали в рядех. И в царскую казну назад и в рядех за всякие товары имали те ефимки, и рублевики, и четверти по установленной цене. А кому лучилося платить в царскую казну денги ефимками ж Любскими, а царских печатей на тех ефимках не было, и у них те ефимки имали по 4 гривны.
Да в то ж время делали денги — полтинники медные сь ефимок. И крестьяне, увидев такие в одну пору худые деланые денги, неровные и смешаные, не почали в городы возить сена, и дров, и сьестных запасов, и почала быть от тех денег на всякие товары дороговь великая. А служилым людем царское жалованье давано полное, а они покупали всякие запасы, и харчь, и товары вдвое ценою, и от того у них в году жалованья не доставало, и скудость почала быть болшая. Хотя о тех денгах был указ жестокой и казни, чтоб для них товаров и запасов никаких ценою не подвышали, однако на то не смотрили. И видя царь, что в тех денгах не учало быти прибыли, а смута почала быть болшая, велел на Москве, и в Новегороде, и во Пскове, а потом и в Куконаузе, делати на дворех своих денги медные — алтынники, грошевики, копейки против старых серебряных копеек, и от тех денег меж крестьян потомуж была смута; и те прежние депги, и алтынники, и грошевики велел царь принимати в казну и переделывать в мелкие копейки. И деланы после того денги медные ж мелкие, и ходили те мелкие денги многое время с серебряными заровно; и возлюбили те денги всем государством, что всякие люди их за товары принимали и выдавали. И в скором времени на Москве и в городех объявилися в тех медных денгах многие воровские, и тех людей хватали и пытали всячески, где они те денги имали; и они в денежном воровстве не винились, а сказывали, что от людей имали в денгах, не знаючи. И потом почали домышлятися на денежных мастеров, и на серебряников, и на котелников, и на оловянищников, и на иных людей, потому что до того времяни, как еще медных денег не было, и в то время жили они небогатым обычаем, а при медных денгах испоставили себе дворы, каменные и деревяные, и платье себе и женам поделали з боярского обычая, также и в рядех всякие товары и сосуды серебряные и сьестные запасы почали покупать дорогою ценою, не жалея денег. И их, подсматривая, хватали, и воровские денги их дела у них вынимали. Также и в домех своих делали денги в погребах, тайным обычаем, ночью. И у них, подслушивая, те воровские денги и чеканы, чем делали, вынимали и их, хватая, пытали ж. И с пыток те люди винилися и сказывали, что они денег своего дела выдали на всякие покупки немалое число и, чеканы делав, продавали многим людем посадцким, и попом, и чернцом, и крестьяном, и нищим; и тех людей, кому продавали, указывали, а иных не знали. И тех людей по их скаске потому ж имали и пытали, и они вини-лися ж; и кто до чего довелся, казнили смертною казнью, а домы их и животы имали на царя безденежно. Однако те люди на такие великие мучения и смерти и разорения не смотрили, делали такие воровские денги аж до скончания тех денег; и мало кто ис таких воров не пойман и не казнен. И которые воры были люди богатые, и они от своих бед откупались, давали на Москве посулы болшие боярину, царскому тестю Илье Даниловичю Милославскому, да думному дворянину Матюшкину, за которым была прежнего царя царицына родная сестра, да дьяком, а в городех посулы ж воеводам и приказным людем; и они для тех посулов тем вором помогали и из бед избавливали.