«Кто здесь?» — шепчу я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Ответа нет, только эхо моего собственного голоса. Показалось…
Встаю с качель и обняв себя за плечи иду к дому. Подцепив туфли, поднимаюсь по ступеням. Меня встречает тишина и полумрак. С грохотом ставлю обувь на каменный пол и поднимаюсь наверх по большой белой лестнице.
Этот дом как музей. Многочисленные антикварные предметы. Часы, подсвечники, люстры. Даже мягкая мебель обманчиво простая в первого взгляда стоит баснословно дорого.
Светлые ковры на полах стоят столько, что можно было бы прокормить десяток семей пару лет.
Обманчивая красивая картинка для гостей, которых так обожает принимать Гела. Демонстрировать пример идеальной семьи.
Но за этой красивой картинкой скрывается моя личная тюрьма. Я чувствую, как стены этого дома сжимаются вокруг меня, лишая меня воздуха. Каждый день я играю роль идеальной жены, улыбаюсь гостям, поддерживаю разговоры, но внутри меня бушует буря. Я мечтаю о свободе, о жизни, где я могу быть собой, где я могу любить и быть любимой.
Поднимаюсь в спальню, где все так же безупречно, как и в остальных комнатах. Но эта безупречность только усиливает мое чувство одиночества. Я подхожу к окну и смотрю на ночное небо. Звезды мерцают, как напоминание о том, что где-то там есть другая жизнь, жизнь, которую я так отчаянно загадывала в саду на качелях.
— Когда же это закончится? — шепчу я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Но я знаю ответ. Гела никогда не отпустит меня. Он слишком любит контроль, слишком любит эту иллюзию идеальной жизни. И я — часть этой иллюзии. Часть иллюзии… я устала быть декорацией показного благополучия, но вырваться из нее самостоятельно у меня вряд ли получится. Это как бег по кругу, бежишь из последних сил, а он не заканчивается, конца и края не видно.
Телефон издает звук пришедшего сообщения. Достаю его из маленькой сумочки и снимаю блокировку.
Сообщение с неизвестного номера, помешкав секунду, открываю и вновь наблюдаю одну и ту же картинку. Гела в компании мужчин, рядом с каждым шикарные девушки в откровенных нарядах. Стол, кальян, приглушенный свет. Несколько кадров. Смена поз эскортниц. Дальше идет видео, я даже смотреть не буду. Ничего не меняется…
Но я не могу больше так жить. Я должна найти способ вырваться, найти свою свободу, даже если это будет стоить мне всего. Ведь жизнь без свободы — это не жизнь. И я готова бороться за свою мечту, за свою свободу, за свою жизнь.
Глава 11.
Буран.
Разминаю затекшую шею и забросив перчатки в сумку, цепляю полотенце и иду в душ.
Контрастный душ успокаивает напряженные мышцы и приводит мозги в порядок, расставляя по местам мысли и последовательность моих действий в новых реалиях и с новыми вводными по Веснушке.
Пробив информаци по ее мужу я слегка прихуел. Мягко сказано. Он, оказывается еще тот… мудлан.
Пока оперативники собирают нужную информацию по кругу общения Гелы, я могу сам найти некоторые ниточки. Адрес проживания четы Месхи у меня есть. Телефон Веснушки тоже есть.
И выйдя из спорт клуба набиваю ей сообщение: « Привет Веснушка».
Гипнотизирую окошко мессенджера и по привычке отсчитываю секунды. Две, три, пять. Двойная галочка, сигнализирующая, что сообщение прочитано появляется.
Десять, пятнадцать, двадцать пять.
Пока я ждал ответа, сердце колотилось в такт времени, словно пробивая ритм ожидания. Каждая секунда казалась вечностью, и в голове крутились мысли одна страшней другой. Интуиция, разум, привычно склонные к рациональному, начинали рисовать мрачные сценарии, полные неприятных подробностей.
Я проверил, правильно ли ввел номер, и снова взглянул на экран — никакой реакции. Тем временем вокруг меня потихоньку начинала кружить вечерняя жизнь. Мимо проносились люди, кто-то громко смеялся, кто-то увлеченно говорил по телефону, а я вдруг почувствовал себя в этом потоке лишним.
Не дождавшись ответа, я толкнул себя к действию. Если Веснушка не отвечает, это не значит, что мне следует сидеть сложа руки. Я хочу знать о ее жизни после ее переезда из нашего двора. Я хочу знать все. Чем она дышит, чем живет.
В салоне я настраиваю GPS, и моя рука чуть дрогнула, когда наткнулся на фото черты Месхи в галерее. Арина улыбалась — такая яркая, такая живая. Никаких предпосылок для моей тревожной интуиции. А тут она просто бьет набат. Я привык ей доверять.