– Я не мог больше ждать, – отвечает он, не отводя от меня взгляда. – Ты не отвечала.
Страх, неожиданность и ужас, и… нежность переплетаются в моём сердце.
– Но это опасно… кто-то может увидеть! – управляемая своим большим страхом, шепчу я непослушными губами, хотя внутри все не так. Не так…
Он улыбается, и эта улыбка… она… заставляет трусливости отползти в дальний темный угол моей души.
– Я знаю. Но я готов рисковать…
Эти слова заставляют меня замереть. Внутри меня растёт буря эмоций. Я не могу … — всё это тоже кажется безумным, безрассудным. Глупым.
– Ты не понимаешь как рискуешь, — с горечью шепчу. — Безумец… — уголки губ сами ползут вниз.
– Все понимаю, Веснушка. И я искал тебя, нашел, — с решительностью произносит.
И с этими словами всё вокруг теряет краски. Невольно сглатываю, чувствуя, как моё сердце гремит в груди, словно барабан, готовый начать новую песню. Взгляд Клима становится едва ли не физическим, пронзая меня изнутри. Я не могу поверить своим глазам, ушам, сердцу сходящему с ума за ребрами. От серьезности Клима, от его уверенности, осознанности, все это он мне транслирует, мои страхи и сомнения, наконец, трусливо расходятся, уступая место чему-то большему, неизведанному.
Открываю окно нараспашку, секунда и его массивная фигура перемахивает через подоконник и оказывается совсем рядом. Опускаю глаза в пол.
– Ты ведь знаешь, что моя жизнь не так проста, как может показаться, – говорю медленно, стараясь собрать все свои мысли. Знаю, если он нашел мой адрес и телефон, все остальное для него тоже сущие пустяки. Стыд окрашивает щеки в горячие краски.
Пара глухих шагов и в мои ноздри проникает Его запах. Совсем рядом. —Опасность! — трубит мой внутренний голос.
– Я столько лет тебя не видел, Аришка… расскажи мне, Сама, как ты живешь.
Эти слова производят на меня неожиданное впечатление Но всё равно остаётся тот зажатый клубок сомнений, который не даёт мне покоя. Я так отвыкла быть откровенной с кем-то кроме себя.
Вдыхаю, как будто собираюсь решиться на прыжок в холодную воду.
– Что, если нас кто-то увидит? – произношу, хоть и понимаю, что это всего лишь отговорка. Но часть меня боится сделать этот шаг - открыться. Я как загнанный и забитый щенок. Меня столько мучали и терзали, что я привыкла скрываться, быть тихой и невидимой.
Он делает шаг ближе, его голос оказывается совсем рядом,а я глаз поднять не смею.
– Я был осторожными. Меня тут нет ни для кого. — Горячая ладонь касается моих ледяных пальцев.
В этот миг я понимаю, что больше не могу скрывать своих истинных чувств. Страх пробуждает непреодолимое желание быть честной с человеком, который рискует ради меня.
– Я… я не хотела терять тебя на столько лет, – наконец произношу я, и моё сердце резко замирает от собственных слов. – Но мне страшно. Я не знаю, как это всё притянется, если ты будешь рядом.
Он улыбается, и эта улыбка из прошлого. Настоящая и искренняя, твердая, говорящая о его четких намерениях. Я вдруг чувствую, как он понимает меня опять — без слов.
– Я здесь, и я не уйду. Все не спроста. – Его голос становится громче, и я вижу, как его уверенность растёт с каждой секундой.
– Хорошо, – шепчу. – Я хочу быть честной.
Каждое слово звучит как отголосок свершившегося выбора, и я чувствую, как внутри меня начинается новое движение.
Клим улыбается шире, поддерживая и в его лице я вижу прежнего парня из моего двора. Он протягивает руку, убирает выбившуюся прядь за ухо и притягивает к себе меня, впечатывая в свою крепкую грудь.
Я дома.
– Давай запомним этот момент, – говорит он, глядя мне в глаза, приподнимая за подбородок. – Как начало чего-то неподвластного.
— Я обязательно тебе все расскажу. — шепчу, нежно улыбаясь.
Лай собак и звук рычащего мотора резко нарушает наши планы.
— Я тебе напишу Клим, а сейчас… уезжай, умоляю, — вцепляюсь в его футболку пальцами и тут же отталкиваю его к окну.
— Ты его боишься? — нахмурившись уточняет.
Мотаю отрицательно головой. Вру, конечно.
— Уходи…. — молю его.
И он кивнув, вновь перемахивает через подоконник на улицу.
— Я жду сообщения, — скрывается с моих глаз. — Жду.
Наконец, он начинает осторожно спускаться с плюща, а я, затаив дыхание, слежу за его каждым движением. Страх всё еще сидит в глубине души, но теперь он смешивается с чем-то новым.