Если он думал, что я стану ему сейчас выкладывать на стол все карты, то он ошибся.
— Я в курсе, не бойся, мне не нужны твои мед и орехи, торгуй ими сама!
— Тогда не пойму, зачем ты спросил!
— Просто так спросил, мне интересно, чем ты занимаешься!
— В турбазе есть «Лавка лесных даров», но, в основном, я торгую в интернете! — это, конечно, было не все, про филиалы в ближайших крупных городах я промолчала.
— Умница! — неожиданно Романовский обнял меня за плечи и хотел поцеловать, но я его оттолкнула. Хватит на сегодня!
Мы вошли в холл комплекса, где на ресепшне нам улыбнулась симпатичная сотрудница.
— Вот, пожалуйста! Заказывай, что твоя душа пожелает. Хочешь в бассейне искупаться, или массаж с медом, или в баньке попариться! — предложила я.
— Спасибо, схожу на массаж, давно не был!
— Хорошо! Прошу за мной! — симпатичная, с аппетитными формами работница повела нас в массажную комнату. Ее белозубая улыбка сверкала до ушей, неудивительно, ведь такой мужчина пришел отдохнуть! Но Романовский на нее даже не отреагировал. — Устраивайтесь, сейчас придет массажист!
Мы вошли в массажную комнату, в которой царила экзотичная атмосфера. Все было оформлено в темно-коричневом тоне. В комнате царил полумрак, плотные темные шторы были закрыты, а освещал ее большой подсвечник в углу. На подоконниках приютились кактусы.
— Составишь мне компанию? — спросил Романовский, облокотившись о мягкую кушетку с белым полотенцем.
— У нас для этого есть девочки! Если это — то, о чем я думаю…
Романовский широко улыбнулся и начал медленно расстегивать рубашку. Я словно застыла на месте, не понимая, чего я еще тут стою!
— А я, может, с тобой хочу провести время, — он снял рубашку и повесил ее на спинку стула.
О, боже! Какое сексуальное тело! Я совсем потерялась при виде широких крепких плеч и жестко накаченного пресса. Хитрые янтарные глаза сузились, глядя на меня.
— Может, предложишь гостю выпить что-нибудь покрепче? — вежливо спросил Романовский.
Его сильные пальцы начали расстегивать пряжку на ремне, и я поняла — пора исчезнуть.
— Ага…
Я подошла к шкафу, на котором опрятно были сложены полотенца, расставлены пузырьки с эфирными маслами и, для эксклюзивных клиентов, стоял графин с виски.
Я облегченно выдохнула и, налив в стакан янтарный напиток, поднесла его Романовскому. Тот стоял уже практически обнаженный, скрыв интимную часть тела белым полотенцем.
Перед моими глазами зажглась красная лампочка — «опасно»!
Романовский взял стакан из моих рук, коснувшись пальцев. У меня тут же задрожали коленки. Ну все, сейчас пожелаю ему «хорошо провести время» и пойду подальше от греха!
— Ходят слухи, что у тебя нет мужика, — сказал Романовский тихо, отпивая со стакана.
Меня привело это в полный ступор, а он, кажется, этим наслаждался, потому что ехидно улыбнулся. Мне тоже палец в рот лучше не клади, а то откушу. Наконец я нашла, что рявкнуть в ответ.
— Тебе-то что?
— Да ничего! — равнодушно ответил бывший. — Просто спросил, я вообще думал, что ты давно замужем, и у тебя куча детей!
— Ты разбил эту мечту! — кинула я ему в ответ.
— И с тех пор никто не смог завоевать твое сердце? — так, маленькие янтарные глаза заблестели, он меня искушает!
— Я же сказала, ты мне все испортил… — я отошла в сторону и налила себе тоже виски. О, батюшки, где носит массажистку!
— Надо же, значит все это время у тебя никого не было! — Романовский попал в яблочко. Сволочь, какой же он меткий!
— Отстань, это не твое дело! — спокойно сказала я.
Это ведь так, ну какое ему дело до моей личной жизни!
— Ну… Не совсем не мое. Если ты… Все эти года так и осталась моей… — Романовский что-то опять сморозил, думает, я куплюсь на его фальшивые заигрывания.
— Ты издеваешься? — я резко повернулась, а Медведь уже стоял рядом. — Я не твоя, ты сам порвал помолвку!
Романовский тяжело вдохнул, будто его все достало. Ничего, пусть терпит, он до сих пор не извинился передо мной за позор на балу.
— Снова ты об этом! Когда ты уже забудешь? — подручный выпил остатки виски и поставил стакан на полку.
— Никогда!
— Хм. Ненавидишь за то, что была влюблена? — Романовский слегка коснулся моего подбородка.
— Перестань, ты для меня уже ничего не значишь! — сказала я, надеясь, что это его зацепит.
— Уверена? — Романовский поднял мою руку. На безымянном пальце красовался его подарок пятилетней давности.
— Кольцо, ты все еще носишь! — Илья скрестил наши руки. — Противоречишь сама себе!