Шипящие волны норовили коснуться подошвы сапог, пытаясь слизнуть рыжую пташку в убаюкивающие объятия морской синевы. Солёные брызги обжигали нежную кожу щёк, оставляя на ней влажные дорожки. Украдкой обернулась, разглядывая людей, толпившихся на берегу. Они замерли в ожидании, неотрывно следя за каждым моим движением. Я прошла шагов сто, не более. Именно этот небольшой путь наречённая огненному змею должна была проделать в одиночестве. Осталось совсем не много. Зябко повела плечами: простыну после таких воздушных ванн и буду надрывно кашлять полвесны, как пить дать.
В чёрном небе угрожающе застыла алая луна: она словно бы тоже ждала чего-то.
Я замерла на каменном выступе, вглядываясь в бушующую мглу — вот и всё. Дальше только шаг в зёв разгневанной стихии. Нужно сосчитать до ста и идти обратно.
Трепещите, жалкие людишки: дракон разрезает кожистыми крыльями стылый воздух и летит за своей наречённой, чтобы погубить её, впиваясь в плоть острыми клыками. На миг представила себе эту картинку и печально улыбнулась. Пусть всё это сказки, пусть небылицы. Но вот бы только на один миг ощутить свободу полёта. Оторваться от земли и, словно пушинка, взмыть в небо и, глядя на крошечные домишки прижимистых горожан Беломорья, раствориться во мраке.
Голова предательски закружилась: то ли от пережитого волнения, то ли от того, что за целый день не смогла проглотить ни крошки.
Девяносто пять.
Шум пенящихся волн заглушал всё остальное. Больше не было зрителей на берегу, пытавшихся разглядеть каждую мелочь и тут же жадно обсуждавших её, Дарена, который предпочтёт мне любую другую девушку.
Сорок три.
Только я и кипящая лавина волн.
Пятнадцать.
Ну и где же ты, жених?
Три.
Белый цветок вырвался из плена рыжих кудрей и упал, сносимый ветром, на синюю гладь. Его трепещущие лепестки вмиг скрылись под водой.
Встревоженно выдохнула, осознавая, что всё это время стояла, задержав дыхание, в страхе ожидая своей участи. Вот и всё. Можно возвращаться на берег с высоко поднятой головой, чтобы никто и не подумал, как я была взволнованна. Забывшись, чуть было не поскользнулась на мокрых камнях. С берега люди призывно замахали руками, раздались радостные выкрики — обряд, осенивший жителей Беломорья божественной благодатью на ближайшие четыре года, свершён. Жертва принята.
Нужно возвращаться.
Внезапно слабое покалывание охватило всё тело. В недоумении огляделась по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Зелёные искры разгорались над морской гладью всё ярче и ярче, сливаясь в гигантский круговорот, искажавший воздух. Отшатнувшись от столь чудовищного зрелища, нелепо взмахнула руками, цепляясь за воздух, и с громким вскриком упала в холодную воду, которая тут же залила нос и уши. Отчаянно барахтаясь, попыталась выплыть на поверхность. Но ткань платья камнем потянула на дно.
Дёрнулась, стремясь сделать живительный глоток воздуха. Изумрудные искры вспыхивали и гасли, ослепляя, после чего разгорались рядом с удвоенной силой.
В последний раз взмахнув руками, попыталась втянуть носом воздух, и вода заполнила лёгкие.
Мысли ворочались медленно, словно ледяные потоки воды сковали их. Что скажут родители? А старейшены? Наверняка такой непутёвой невесты не было вот уже тысячу лет, а может, и больше. Интересно, если суженая утонет, то год будет неурожайным?
Пальцы дёрнулись в судороге, последние пузырьки воздуха ринулись к поверхности, но мне было за ними не поспеть. В глазах потемнело.
Глава 3
Неважно, как быстро летит дракон, важно, как быстро бежишь ты.
Болезненный удар о камни привёл меня в чувство. Судорожно вдохнув, закашлялась, избавляясь от солёной воды, заполнившей лёгкие. Из последних сил подтянулась, пытаясь выбраться на пологий берег. Перед глазами расплывались чёрные пятна, а в ушах невыносимо гудело, словно никаких звуков в мире больше не осталось, кроме этого всепоглощающего шума.