У тебя слишком мрачный взгляд на вещи, Кес, не следует так переживать по пустякам. Раз он говорит, что поскользнулся, значит, он хочет так думать, и беспокоиться, по-моему, не стоит. Он был сильно напуган, возможно - хотел нас спасти, он ведь понимал прекрасно, что всем этим созданиям нужен именно он, так что не о чем волноваться, уверяю тебя.
Мы с Ником заглянем к тебе в следующие выходные, как договаривались.
Всегда с тобой,
Альбус.
Глава 6. Maniae infinitae sunt species (часть 3)
Школьные будни шли своим чередом, и никогда еще я так страстно не желал избавиться от школы, от Дамблдора и от этих тупых студентов. Зачем мне все это? Я хочу запереться в своем ашфордском подвале, который мы с Кесом общими усилиями к весне привели в первоначальный вид. После того как там почти полгода проживал Дух Воды, это было не так-то просто.
В Восточном крыле я убирался сам, а так как времени на это у меня особо не было, то по большей части там хозяйничали Фэйт и «тень Гильгамеша».
Уследить за тем, что они там делали, было совершенно невозможно, но мы с Фэйтом «договорились», как обычно не сказав друг другу ни слова, что если ему удается любым способом избавить меня от присутствия бывшего царя, то степень моей благодарности будет безмерна. Потому что когда эта мерзость является на уроки, начинает комментировать стиль моего преподавания, вопить во время практических занятий, что я ненавижу детей и меня нельзя к ним подпускать ближе чем на расстояние «действия обычной пращи», или просто петь, мне кажется, что я схожу с ума.
Без Фэйта я бы эту зиму не пережил. Совершенно точно.
Так какая мне разница, что они там делают с Восточным крылом? Хоть на булыжники пусть растащат. Главное, что этой «тени» нет рядом со мной.
Я не мог понять, почему Айс так ненавидит «тень Гильгамеша». Мне было с ним интересно. Почти так же интересно, как с самим Айсом. Жалко мужика. Айс такой грубиян. Никакого уважения. Все-таки бывший царь, а вынужден терпеть хамство школьного зельевара.
Поэтому я старался уводить его из Хогвартса почаще. Что ему за радость на Айсовых уроках сидеть? Со скуки помереть можно.
К Духу Воды я привык довольно быстро. Тем более что он на меня не нападал, не ругался и встречался только там, где была вода.
Привыкнуть можно ко всему. Если все равно деваться некуда.
- Севе-е-ерус-с… иди ко мне-е-е…
- Отвали.
- Я жду-у-у тебя-я-я…
- Приятного ожидания! – и я вышел из ванной комнаты, хлопнув дверью.
Как же мне все это надоело!
- Что, опять приставал? – равнодушно спросил Гильгамеш, как обычно валяясь на ковре у камина.
Может, убрать ковер? Тогда ему не на чем будет валяться. Но это я так, фантазирую. Я уже давно оставил попытки делать ему гадости. Себе дороже выходит. Этот древний царь невероятно мстителен, а времени свободного у него больше. Здесь я заведомо проигрываю. Если только Фэйта привлекать, но это как-то совсем по-детски.
- Фэйт, ты, случайно, не знаешь, что такое «балафре»?
- Тебе нужен перевод слова?
- Нет. Мне нужно… Я так понял, что это имя. Или прозвище.
- Да кого угодно можно так назвать, - засмеялся я. – Вот хоть вашего Поттера!
Айс почему-то ужасно рассердился. Обозвал меня идиотом и, продолжая ругаться, исчез в камине.
Опять я что-то пропустил.
Прелесть какая!
Помню, еще в детстве очень заинтересовал меня вопрос, что нужно сделать, чтобы заставить Дамблдора выйти из себя, разораться, нагрубить…
Наконец я получил ответ. Оказывается, ничего не надо для этого делать. Достаточно просто ничего не делать. Причем довольно долго.
- Что это такое?! – гремит его голос под высокими сводами директорского кабинета. – Четвертый год ни черта не делаешь! Несчастный бездельник! Зачем я доверил тебе детей, бестолочь! Ты просто зарвавшаяся бездарность! Все! Мое терпение кончилось! Можешь убираться к чертовой матери! И чем быстрее, тем лучше!
Я слушал его и не мог поверить своим ушам.
Я вообще не мог в это поверить.
Что он будет делать, если я сейчас уйду?..
Он же говорил, что я очень ему нужен!..
Как он вообще смеет так со мной разговаривать?..
Я – зарвавшаяся бездарность?
Я – несчастный бездельник?
Я – могу убираться к чертовой матери?
Да я!..
И куда я пойду?..
Подумал я тут, подумал и решил, что мне скучно. С «тенью Гильгамеша», конечно, веселее. Он такой затейник. Но если честно, то все его выдумки довольно примитивны. Все-таки раньше люди были попроще. А когда он время от времени стал упоминать, как он ко мне привязался, да какой я замечательный, да как он меня любит, я не на шутку перепугался.
Надо с этой странноватой «дружбой» притормозить.
И я перестал за ним заходить. А сам он почему-то не мог ко мне прийти. Только вместе с кем-то. Я так понял, что раз Айс его выпустил, то он около Айса и существовал большую часть времени и в передвижениях был весьма ограничен.
Ладно, ладно, хорошо. Я согласен.
Я со всем согласен.
Да, я бездельник.
Да, я три года ничего не делаю, да, я халтурщик и зарвавшаяся бездарность.
Да, я не сделал в жизни ничего путного.
Да, я только безобразничаю.
Да, я всем создаю проблемы.
Да, Кес от меня на стену лезет, а я последние двадцать лет только отравляю ему жизнь.
Все правильно.
Что они от меня хотят?!
Я никому не нужен, на меня всем плевать. Вот и прекрасно. Мне тоже на вас на всех плевать. Меня с рождения убеждали, что я должен. Должен Семье, должен обществу, должен себе. «Тебе много дано, поэтому ты должен…» А мне кто-нибудь что-нибудь должен?
Выгнал, значит? Ну и прекрасно! С Кесом наверняка договорился! Они ведь, две сволочи старые, обо всем договариваются. Я уверен. Вот и отлично! Думаете, я теперь побегу Наследство принимать?
А вот не побегу!
Ни за что!
Я поселюсь у Фэйта.
И прекрасно найду, чем занять остаток жизни.
Мне вообще никто не нужен!
Айс явился в пятницу вечером, по обыкновению в поганейшем настроении, и сразу поругался с Нарси. Совершенно на пустом месте. Привязался к Драко. И читать до сих пор не умеет, и палочку не так держит, и вид у него наглый. Нарси отправилась реветь, а я здорово разозлился. На себя бы посмотрел! Ворона драная!
- Айс, ты совсем рехнулся? Что происходит?
- Ничего не происходит! Почему должно что-то происходить? Я тебя раздражаю, да? Хочешь, чтобы я ушел? Так и скажи!
Угу. Уже сказал. Ты, mon cher ami, в таком виде, как сейчас, последний раз был я уже и не помню когда. Наверное, когда Эстер уезжала.
Хотел бы я знать, что у тебя опять случилось.
- Не нравится, да?! Тебя я тоже не устраиваю?! Не смей молчать! Я хочу знать, что ты думаешь!
А больше ты ничего не хочешь? Я, слава Мерлину, не гриффиндорец, чтобы говорить тебе «суровую правду». Не нужна тебе правда. Ты и так все знаешь. И пришел ты ко мне не за этим. Во всем, что ты тут орал, главным является слово «тоже».
Кто-то здорово тебя обидел.
Я уверен.
- Давай мы сделаем так, - очень тихо и спокойно говорит Фэйт. – Если ты хочешь услышать, что я сейчас о тебе думаю, то ты перестаешь орать, садишься в кресло, вот так, а теперь…
Не умолкая ни на секунду, он очень мягко, но настойчиво усадил меня у своего вечно горящего камина. Что-то говорил, говорил, говорил… И когда я понял, что он не сказал ни одного слова, несущего смысловую нагрузку, мне захотелось плакать. Я мечтал все ему рассказать. Но это было совершенно невозможно. Потому что рассказать ему, что со мной случилось, не объясняя при этом, что собой представляет Кес, - невозможно. Фэйт сейчас единственный человек, к которому я вообще могу прийти. Вот так нагло, по-хамски явиться, нагрубить, разораться и не встретить ничего, кроме понимания.