Так или иначе, если я хочу добраться до преступника сам, то придется войти в комнату. Я сделал шаг, пол заскрипел, они все обернулись, как по команде, и тогда я резко толкнул дверь. Если повезет, спишут на сквозняк, если же нет…
Люпин подошел ко мне почти вплотную и выглянул на площадку.
- Никого, - удивился он.
Что же у тебя с обонянием, бестолочь! Ты ведь волк!
- В доме полно привидений, - сказал Уизли.
Интересно, я могу счесть это за комплимент или не стоит…
- Нет тут никаких привидений, - оборотень все еще озадаченно смотрел на дверь. – Их здесь и не было никогда. Вой и стоны, которые когда-то слышали местные жители, издавал я.
Люпин вернулся в комнату и принялся рассказывать именно то, что я в детстве так отчаянно хотел выяснить. Но не мог. На пятом курсе я бы за такой рассказ душу продал, а теперь… Теперь довольно скучно. И еще неизвестно, сколько тут выдумок и вранья.
- …они сами стали анимагами.
- И мой отец тоже! – воскликнул Поттер.
- Конечно. Три года львиную долю свободного времени они тратили на то, чтобы научиться этому.
Сначала я еще радовался, что не успел разогнать их веселую компанию и услышал столько интересного. Радовался, пока Люпин не рассказал, как три анимага и оборотень весело проводили каждое полнолуние.
Они не боялись волка.
Им было все равно.
Джеймс Поттер был анимагом...
Этот подонок был анимагом?! Каждое полнолуние таскающимся с оборотнем по Запретному лесу?!
Значит…
Это же значит, что… уводя меня из туннеля, он ничем, абсолютно ничем не рисковал!
Я убью их.
Всех.
И Поттера тоже.
Я ни черта ему не должен!
Закрыв глаза, я прислонился к стене, стараясь успокоиться.
Анимагом.
Черт с рогами. С рогами и копытами.
Ублюдок.
И этот… Собака. Пес. Тварь.
Сдохнешь. Так же как твой рогатый дружок. Нет. Хуже. Потому что дементоры - это хуже. Намного.
Только бы не напасть. Это сейчас совсем ни к чему. Невиновен, говоришь? Возможно, и невиновен. Перед кем угодно, только не передо мной! Крысеныш? Очень хорошо. Потом разберемся. Сейчас меня интересуют звери покрупнее.
Черт, знать бы, что так все обернется, я бы хоть Криса с собой взял. Их тут слишком много…
- …я обманул доверие Дамблдора…
Именно! Ты с этого начал. Потому что ты подонок.
И весь этот год ты делал то же самое. Потому что ты трус. Ты так боялся, что сам «убедил себя», будто Блэк попадает в замок не известными тебе ходами, а как-то иначе. И ты весь год молчал! Ты же учитель!
- Вот и выходит, что Снейп абсолютно прав насчет меня…
- Снейп? - Блэк сразу сделал стойку, моментально забыв про крысу. - А Снейп здесь при чем?
А при том. Отлично. Этот не будет заглядывать мне в глаза, как несчастный оборотень. Вот с тобой и поиграем в «накорми дементора».
- Снейп – профессор в Хогвартсе, - убитым голосом сообщил своему дружку Люпин.
О да. Вам обоим есть о чем переживать. Потому что сегодня вы доигрались окончательно.
- …он твердил Дамблдору, что мне нельзя доверять. И у него были основания. Видите ли, Сириус некогда сыграл с ним одну шутку, которая едва не убила его… Без меня там тоже не обошлось…
- Он это заслужил, - усмехнулся Блэк. – Шнырял вокруг, вынюхивал, чем мы четверо занимаемся, жаждал, чтобы нас исключили.
О да. Подобное преступление, безусловно, положено карать немедленной смертью. Отрадно видеть, что ты и сейчас так думаешь. Что то я читал в детстве о таком понятии, как психологический возраст. Вот примерно лет на двенадцать-тринадцать ты сейчас и тянешь. В лучшем случае.
- Северуса очень интересовало, куда я пропадаю каждый месяц. Мы были однокурсниками, ну и… хм… слегка недолюбливали друг друга. Особенно он терпеть не мог Джеймса – виновата, я думаю зависть. Джеймс замечательно играл в квиддич.
Что?! Я?! Этому придурку с рогами? Да пусть у меня лучше голова отсохнет, чем рога вырастут! Кому нужен квиддич?! Я не гриффиндорец, чтобы завидовать тем, кого лупит по голове бладжер. В мою систему ценностей подобное удовольствие не входит. Только Люпину все равно этого не понять.
- …твой отец, Гарри, узнав, что сделал Сириус, бросился за Снейпом и, рискуя жизнью, увел его из подземного хода.
Я тоже так думал. До сегодняшнего дня. А теперь мне невероятно любопытно узнать, в чем же состояла угроза для жизни анимага. В том, что у него рога застрянут в туннеле и он умрет там от голода? Ведь укусы оборотня ему не страшны, да и копыта были наверняка неплохие. Так чем этот ублюдок рисковал?
- …Дамблдор запретил ему разглашать мою тайну.
Запретил? Ты очень глупый человек, Люпин, раз не понимаешь, что невозможно ничего и никому запретить. Если ты, являясь рабом своей сущности, всю жизнь вынужден ей подчиняться, то не надо думать, будто все такие. Вот она, еще одна причина, по которой я предпочитаю пока оставаться человеком. Это единственная форма разумного существования, которой ничего нельзя запретить. Можно уговорить, обмануть, можно даже заставить. И то на время. А запретить нельзя. И Альбус знает это лучше кого-либо другого.
- Так вот почему Снейп вас не любит, - протянул Поттер. – Он, конечно, думает, что вы участвовали в той шутке.
Хватит! Пора заканчивать этот спектакль. Я слышал уже предостаточно, осталось только кое-что проверить.
- Совершенно верно, - громко сказал я, сбрасывая мантию-невидимку. – Я нашел это рядом с Ивой. Очень удобная вещь, Поттер, спасибо.
Это было эффектно. Блэк меня испугался. Стараясь выровнять дыхание, я следил, чтобы моя палочка была направлена оборотню в грудь. Он сейчас и неадекватен, и опасен сверх меры.
- Северус… - попытался что-то сказать Люпин, но мне не хотелось его слушать. Тут все должны понять, как сильно я заблуждаюсь. Им никто не поверит.
- Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете Блэку проникать в замок. И вот оно доказательство!
- Северус, вы ошибаетесь. Ведь вы слышали далеко не все…
Отлично! Конечно, я ничего не слышал. Куда уж мне.
- Я сейчас объясню, - торопливо говорил Люпин. – Сириус здесь вовсе не для того, чтобы убить Гарри…
Я. Предпочитаю. Ошибаться. Когда твой дружок получит поцелуй, а я - свой орден, тогда мы вместе погорюем об этой трагической ошибке. А пока – уволь.
- Этой ночью в Азкабане станет на двух узников больше. Интересно, как это понравится Дамблдору… Он был так уверен в твоей безобидности, вервольф ты наш домашний.
- Но это же глупо, - Люпин безуспешно взывал к моему заблудшему разуму. – Неужели старая школьная обида стоит того, чтобы отправить невиновного человека в Азкабан?
Не мешай.
Невиновного в чем?
Что ты знаешь о моих обидах?
Что ты можешь о них знать! Ты, всего лишь убогая жертва обстоятельств. Ты ни черта обо мне не знаешь, и если тебе повезет, то никогда не узнаешь. Ты способен только путаться у меня под ногами, бормоча и мешаясь. Больше ничего. И, кстати, сегодня полнолуние.
Вспомнив об этом, я выпустил из палочки несколько шнуров, которые накрепко связали оборотня. Он потерял равновесие и упал на пол. Ничего, тебе не привыкать валяться.
Увидев все это, Блэк зарычал и бросился ко мне.
Замечательно. Только дай мне повод.
Я практически ткнул волшебной палочкой ему в лоб.
- Только дай мне повод, дай повод, и, клянусь, я убью тебя.
Блэк замер. Умирать не хотелось. Что ж, я могу это понять. Только тебе все равно уже ничего не поможет.
Он так ненавидел меня в этот момент, что я как будто вернулся в школьные годы. Только мы давно не дети, что не может не радовать. Я счастлив быть взрослым. А ты? Уж наверное тебе в детстве жилось намного веселее, чем в Азкабане.