Хорошо, я даже готов это понять, но почему не обездвижил?
Ты мог использовать любое заклятье, Айс, тебя бы никто не посмел упрекнуть. И Дамблдор бы не был больше директором школы. И шутников этих гриффиндорских исключили бы мигом. Почему, почему же ты ничего не сделал?
Мне хотелось пойти к нему и задать все эти вопросы. Как можно было упустить такой потрясающий шанс навсегда избавиться от Дамблдора? Нет, куда нам, мы предпочли трое суток изводить Кеса. Тоже мне драма. Этого несчастного и сейчас можно убить. За убийство оборотня ничего не будет. Драко еще в сентябре писал, что он нищий и убогий дальше некуда. И зачем надо его терпеть, если это неприятно?
Ничего-то я не понимаю. Кроме одного. Выкрутился Айс красиво. И рассказывать ту историю не пришлось, и я теперь, в целом, все знаю.
Надо пойти его проведать. И поскандалить заодно, а то они там с этим спятившим стариком совсем обнаглели. Что хотят, то и делают.
- С нами на курсе учился оборотень? И этот сумасшедший старик до сих пор остается директором школы?
- Да, - сказал я, не скрывая злорадства. – Все еще остается. Директором. И что?
- Козел.
А вот это что-то новенькое. Так он раньше не ругался. Я не смог сдержаться и усмехнулся.
- Ты доволен?
- Да я возмущен!
- Заметно.
- Нет, ну послушай, это ведь ни в какие ворота не лезет!
Надо ему сказать, чтобы не вмешивался. Дело заведомо проигрышное. Без вариантов.
- Фэйт, послушай, не скандаль. Смысла нет. Дамблдор мгновенно докажет, что опасности не было. И мне придется подтвердить это.
- И почему я не удивляюсь.
- Потому что ты разумный человек.
- Да что ты говоришь! Ну, спасибо. Ты просто снял камень с моей души.
Я так и не спросил его, что это за история с Петтигрю. Потому что он сам ни слова не сказал мне про то, что столько лет так его интересовало. И никогда теперь не скажет. Потому что он всегда соображал не головой, как все нормальные люди, а чем-то другим… И мне опять захотелось рассказать ему всю правду о себе. И о Кесе. И об Ашфорде. Но это казалось совершенно немыслимым.
А сейчас я думаю, что если бы я тогда рассказал… вряд ли бы что-то, конечно, изменилось, но мы оба избежали бы массы неприятных моментов. К сожалению голова моя тогда была занята совершенно другим.
- Кес, а на сколько можно вернуться назад?
- В смысле?
- Ну… во времени.
- Теоретически - на сколько угодно. Это очень просто. Обратно потом сложно. Зачем тебе?
- На пару дней можно?
- Конечно. Но для этого достаточно лабораторного хроноворота, я этим не занимаюсь.
Хроноворота у меня не было. Ни лабораторного, ни какого-либо другого. И, поворчав еще какое-то время, он согласился мне помочь.
Я хотел проверить, просто проверить, действительно ли они сказали правду и Джеймса Поттера выдала крыса Рональда Уизли. Я вообще хотел на все это посмотреть спокойно, не злясь и не желая мстить. И когда Петтигрю, успев напасть и на Уизли, и на кота Грейнджер, скрылся в зеленой траве, я подумал, что это судьба. Они сами себя уничтожат. Я зря пытался вмешаться в их дела сейчас, точно так же, как я совершенно напрасно желал этого в школе.
Они должны сами. Это не мое дело. Видимо, только на бесконечные безобразия их великой дружбы и хватало. А как стало посерьезнее да пострашнее, так все и кончилось. И чему я, спрашивается, в детстве удивлялся? Тому, что они так любят друг друга? Совсем я, видать, был идиотом.
Не могу сказать, что, поняв все это, я стал намного счастливее. Скорее спокойнее. Пока Альбус не поведал мне об очередном пророчестве Трелони.
Вот откуда эта дура всегда точно знает, когда и что нужно напророчить, чтобы всем тошно стало?..
Кес сразу дал мне понять, что особо церемониться не собирается. После первого разговора о том, как именно мне придется отдавать ему долг, у меня осталась абсолютная уверенность, что этот кошмар я не переживу.
Это было неприятно.
Он и так прекрасно видел, что я никуда не денусь и сделаю что угодно. Значит, все еще сердился.
Очень плохо. Я уверен.
Безусловно, я был близко знаком с Темным Лордом. Возможно, даже ближе, чем мне иногда хотелось. Бесспорно, я отлично знал, что такое темная магия, и даже не всегда понаслышке. Я считал себя человеком… достаточно широко смотрящим на подобные вещи. Но зачем так-то?..
- Люци, не стоит так расстраиваться. Это не очень хорошее дело, но если будешь аккуратен, то, может быть, все обойдется.
- В смысле?
- В смысле даже жив останешься.
Даже?!
После этого он долго рассказывал мне о болгарском министре магии. Если бы он не начал нашу беседу с сообщения, что собирается меня убить, я бы слушал его внимательнее. А так… кое-что я, конечно, запомнил, но воспроизвести, пожалуй, не смогу.
- Кес, что это за предмет?
- Кристаллический углерод «С» с окисью железа.
- Что?.. Кристаллический что?..
- О боже, Люци, это камень такой.
- Зачем он тебе?
- Это лишний вопрос.
- Я должен все сделать один?
Вообще-то, мысль о том, что Айсу придется так или иначе позаботиться о моей безопасности, появилась еще на первоначальной стадии нашего разговора. Раз Кес собирается втравить меня в такое опасное дело, то будет справедливо заставить Айса участвовать в нем тоже. Я отчасти и слушал-то его не особо внимательно, рассчитывая, что Айс потом гораздо лучше разберется, с какой стороны к этому лучше подойти.
- Твоя самоуверенность, конечно, великолепна, но в данном случае она неуместна, - засмеялся Кес. - Один ты этого не сделаешь.
Какая к черту самоуверенность? Он издевается?
Мы поссорились. Первый раз по-настоящему поссорились, так и не сказав друг другу ни одного слова. Заканчивались экзамены, работы было много, я избегал Альбуса как мог и все серьезнее задумывался о Наследстве. Ну что тут такого, в конце-то концов. Вон Кес живет в свое удовольствие, делает что хочет, никому ничего не должен, все его боятся. Даже наш Лорд старался не связываться, а это о многом говорит. Ладно, не живет. Существует. Но ведь совсем неплохо.
- Северус, зайди ко мне, пожалуйста, после ужина, - как ни в чем не бывало, сказал директор в середине июня, примерно через неделю после побега Блэка.
Я кивнул и не пошел. На следующий вечер он явился сам и сразу рассказал мне о новом пророчестве Трелони.
Я молчал.
- Ты, конечно, можешь поступить как тебе удобнее, Северус…
И тут я запустил в него кочергой, которой ворошил угли в камине все время, пока он говорил. Альбус отшатнулся, и она, пролетев в дюйме от его виска, с грохотом ударилась о дверь.
- Хорошо, - как будто ничего не случилось, спокойно сказал он. – Не как удобно, а как тебе больше нравится.
Кинуть еще раз было решительно нечем.
- Я буквально все в своей жизни делаю как мне удобнее и как мне нравится! Вы не находите?
- Нельзя убивать невинного человека только потому, что ты на него обижен, - терпеливо разъяснил мне Дамблдор, как будто я был пятилетним ребенком.
- Передо мной он виновен.
- Ты сделал все что мог, - он улыбнулся. – Я тоже. Не могло же получиться у нас обоих.
- Я счастлив за вас.
- Если все сложится так, как я думаю, Северус, то скоро у нас всех будут дела поважнее, чем выяснения школьных недоразумений.
Он говорил минут двадцать. Я не перебивал. Он, как всегда, был прав. Ему нужны были все, кто мог сражаться с Лордом. И Блэк тоже. Альбус даже не сомневался в верности нового пророчества Сибиллы, которого никто кроме Поттера не слышал.
А я сомневался. Долгое общение с Кесом постепенно приучило меня сомневаться во всем, что я вижу, слышу и даже чувствую. Потому что я всегда чувствовал, что Кес самый близкий мне человек, но при этом точно знал, что он не только не близкий, но даже и не человек. Какое уж тут пророчество. Но своего Альбус добился. Я даже не заикнулся об уходе. Видимо, в благодарность, он объявил под конец разговора, что подумывает о турнире Трех волшебников.