- Что было соблазнительно?
Он не ответил.
- Чудо, что вы вообще смогли вернуться! – я был ужасно на него зол. – На это кольцо наложено сильнейшее проклятие. Остаётся надеяться, что его удастся сдержать. Я зафиксировал его. Временно.
Альбус поднял почерневшую руку и начал разглядывать её как диковинку.
- Ты отлично все сделал, Северус. Как думаешь, сколько мне осталось? - равнодушно осведомился он.
Мне не понравился такой фатальный подход к вопросу, хотя на первый взгляд дело выглядело безнадежным.
- Точно сказать не могу. Может быть, год. Невозможно сдерживать такое проклятье вечно. Подобные вещи только крепнут со временем.
Он улыбнулся.
- Мне повезло, невероятно повезло, что у меня есть ты, Северус.
Мне бы еще когда-нибудь везло. Всем вокруг почему-то везет. Кроме меня.
- Если бы вы позвали меня немного раньше, я бы смог... У вас было бы больше времени. Вы уверены, что достаточно разбить кольцо?
- Что-то вроде того… Я был вне себя, это точно… - Он с трудом выпрямился в кресле – Ну что ж, это только все упрощает. Я имею в виду планы Волдеморта. Его приказ мальчику Малфоев убить меня.
- Вряд ли Темный Лорд думает, что Драко сможет выполнить приказ.
- Короче говоря, мальчик обречен, так же как и я, - резюмировал директор. - Что ж, думаю, после провала Драко миссия перейдет к тебе?
- Скорее всего.
- Лорд Волдеморт полагает, что в ближайшем будущем шпион в Хогвартсе ему больше не понадобится?
- Да, он уверен, что скоро школа будет в его руках.
- Если это случится, - почему-то не глядя на меня, произнес Дамблдор, - можешь ты пообещать мне, что сделаешь все возможное для защиты учеников?
Он в принципе не допускает возможности, что ему самому придется дожить до этих прекрасных времен? Ладно, про это безобразие будет потом с Кесом объясняться. Вот кто мигом ему по башке настучит за подобные фокусы. Надо распад мозга иметь в последней стадии, чтобы такое на руку нацепить. От чего он был не в себе?
Я кивнул на его вопросительный взгляд, хотя гораздо больше мне хотелось пожать плечами.
- Хорошо. Значит, так… Первым делом ты должен выяснить, что собирается делать Драко.
- Вы позволите ему убить вас?
- Нет конечно. Ты должен убить меня.
Иногда мне начинает казаться, что у Шефа не с Поттером одна голова на двоих, а с Дамблдором.
- Прямо сейчас? Или сначала сочините эпитафию?
- Полагаю, момент представится со временем. Судя по случившемуся сегодня, - он кивнул на свою почерневшую руку, - с уверенностью можно сказать, что это произойдёт в течение года.
В этот момент я по-настоящему испугался. Он действительно считает, что кроме меня ему никто не поможет? Или он устал до той степени, когда смерть начинает казаться единственным выходом? Или, может быть, таково побочное действие проклятия? Скорее всего, именно так. Во всяком случае, надо проверить.
- Если вы не против умереть, почему не дать Драко сделать это?
Что-то мне в нашем разговоре сильно не нравилось. Так бывало, когда я слушал Кеса и ощущал буквально растворенную в воздухе неправильность. Как будто мы говорим совсем о разных вещах. Он – о чем-то своем, а я пытаюсь его понять и вроде бы даже понимаю, но все не так. Все совсем не так.
- Северус, мне нужно, чтобы это сделал ты.
А правду сказать? Для разнообразия.
- Зачем?
- Смерть бывает разная. Дай мне слово, что если появится такая необходимость, то ты сделаешь это.
- Почему я?
- А кого мне еще просить?
Мне все казалось, что это несерьезно. Или он так шутит, или проверяет меня, или хочет поймать на чем-то. Все что угодно, только не то, что, видимо, происходило на самом деле.
- Северус, пожалуйста! Прошу тебя, дай мне слово!
Он знал, точно знал, что это запрещенный прием. Так нельзя! Почему именно я? Почему всегда я?!
- Я выполню вашу просьбу, если я, я сам решу, что в этом есть необходимость.
- Спасибо, Северус.
Если бы я мог рассказать Фэйту, что Дамблдор действительно собирается умирать, он бы, конечно, не посочувствовал директору.
Но он бы посочувствовал мне.
Фэйту я ничего сказать не мог, зато отлично помнил, как именно он всегда мне сочувствовал. И не видел причины пренебрегать его любимым средством. Тоску надо лечить.
И я с успехом лечил ее на Тревесе, мрачно думая о том, что в одиночестве этого делать не стоило. Когда меня там обнаружил Кес, я уже двух слов связать не мог.
- В честь чего столько веселья? – спросил он, когда я наконец его идентифицировал.
В ответ я недовольно мотнул головой и поприветствовал его мычанием.
- Это что-то новенькое, - он уселся напротив и уходить явно не собирался, хотя я и пытался показать ему рукой, в каком именно направлении ему следует удалиться, причем прямо сейчас.
- Я понял, Севочка, - успокоил он меня. – Ты ведь не обидишься, если я сделаю это чуть позже?
- Н-нет.
- Человеческая реакция, - смерив меня презрительным взглядом, процедил он.
- Угу, - удовлетворенно кивнул я, чувствуя, что потихоньку начинаю осознавать происходящее.
Наверное, я все-таки сделал что-то не так. Если меня лечил Фэйт, я всегда потом долго спал. А сейчас просто плохо. Будто меня бьют по голове чем-то очень тяжелым. Причем изнутри.
- Когда тебя в последний раз не отражали зеркала?
- Не помню, - пробормотал я, стараясь на него не глядеть, потому что откровенно лгал. В последний раз меня не отражали зеркала после того, как я пожал руку Блэку. Ровно три недели, я считал. Специально считал, чтобы проверить, может, все-таки не сработало. Какой там. Все по полной. Вот Кес бы порадовался. Но я же не дурак ему рассказывать. От себя не убежишь.
Некуда.
Да и не хочется уже.
- Так что у нас случилось?
- У тебя – ничего, - разом отомстил я за его безразличие ко всему, что когда-либо меня мучило.
- Это радует. А у тебя?
- Дамблдор.
- Я слушаю.
- Он умирает, - глухо сказал я, глядя в стол. - Он схватил в руки какую-то гадость и теперь умирает.
- Это я знаю. Что-то еще?
- Он взял с меня слово, что я убью его.
Вот этого Кес точно не знал. Секунды две он обдумывал услышанное, потом усмехнулся и спросил:
- А зачем ты дал ему слово?
- Он меня просил.
- Ну и что?
- Он… я не смог ему отказать.
- Ну, это понятно, - он рассмеялся. – Я тоже никогда не умел ему отказывать. До сих пор одни проблемы. Он может быть редкостным занудой, когда ему действительно что-то нужно. В общем, все не так уж и плохо. Во всяком случае, у тебя нет причин для такой трагедии. Если ты его убьешь, это будет даже забавно.
Забавно?! Ему будет забавно?! А мне?!
Я ничего не говорил. Просто молча смотрел на него. И хотелось мне удавиться. Хотя и не получилось бы.
- Севочка, ну что это такое? – примирительно сказал он. – Ведь еще ничего не случилось. Может быть, его убьет кто-нибудь и без тебя. Или он сам умрет раньше. Разве можно так расстраиваться из-за будущего. Оно каждую секунду меняется.
Он так быстро и незаметно умел, если нужно, превращаться из законченного циника в близкого и все на свете понимающего, что я всегда на это ловился.
- Перестань, мой хороший. Каждый волен поступать как ему угодно. И Альба тоже.
Как точно Кес определил, что именно меня расстроило. Дамблдор не смеет! Не смеет бросать меня! После всего, что он со мной сделал. Не смеет! Как он может меня бросить? Ведь рядом со мной нет больше ни одного живого человека. Это чудовищно нечестно! Хватит того, что я остался без Фэйта.
- Ке-е-ес! Как он мог сделать такое со мно-о-ой?..
- Севочка, ну что ты ревешь, взрослый человек, честное слово.
Я понимал, конечно, что все это выглядит совершенно дико, но вместо того, чтобы просто уйти к себе и, проспавшись, решать свои проблемы, я сидел на диване на Тревесе, уткнувшись носом в его камзол, и рыдал. Второй раз в жизни.