- Шеф этого не знает?
- Думаю, нет. Зачем ему?
Научный термин - дело, конечно, хорошее. Если это действительно так.
А если нет?
- Фэйт, ты можешь послушать меня какое-то время? Только внимательно.
- Конечно.
Чем-то он сильно расстроен. Даже сильнее, чем я.
На подробный рассказ о своей тяжелой судьбе у меня ушло часа полтора.
На Фэйта я старался не смотреть. Он реагировал совсем не так, как я ожидал, и это сбивало. В какой-то момент на его лице появилась снисходительная ухмылка, как будто он слушал не меня, а неразумного ребенка или глупую, но симпатичную ему женщину.
Это было невыносимо.
Именно так на меня иногда смотрел Кес, и взгляд этот я ненавидел, наверное, больше всего на свете.
Но я заставил себя не отвлекаться.
Если уж он продолжает слушать, а не сбежал еще в самом начале, то все не так плохо.
Фэйт не прервал меня ни разу.
- Послушай, Айс, - протянул он, когда я закончил. – А с чего ты взял, что Кес - вампир?
Ну не дурень?
- Я же тебе объяснил!
- Это все очень странно… ты понимаешь, Айс, так быть не может. Потому что…
Я почти физически ощутил состояние, в котором пребывал, когда Кес как-то раз сказал мне: «Закрой рот».
Я тогда закрыл.
И сейчас тоже.
Айсу вовсе не следует знать... Ему, по всей видимости, много чего знать не следует.
По мнению Кеса, во всяком случае.
И я категорически не желаю быть тем, кто расскажет Айсу то, что, по мнению Кеса, ему знать не надо.
Ведь все они ошибались. Абсолютно все были уверены, что Айс - вампир. И посмеялись, что я этого столько лет не знал. Но в итоге оказалось, что прав-то был я, а не они. Не мог же я столько пропустить. И что-то мне подсказывает, что с Кесом они все ошиблись тоже. А вот что именно, я сказать не могу…
Да и не хочу, если честно.
Потому что Кес-то понимает прекрасно, что он творит. И если уж даже любимого друга Дамблдора столько лет за дурачка держал…
Прелесть какая!
Фэйт вдруг выпал из крайней задумчивости и начал смеяться. Нет, все-таки он еще явно не совсем в себя пришел. Зря я полез к нему со своими проблемами. Сейчас истерика будет. Но это даже к лучшему. Должен же он как-то разрядиться.
Но я ошибся. Он довольно быстро успокоился и очень весело заявил:
- А Кес - потрясающий человек. Ты очень мало его ценишь, на самом деле. Очень мало.
Я растерялся.
И разозлился.
- Я, возможно, ценил бы его больше, будь он человеком.
- Ты ведь не обидишься, если я тебе скажу, что он гораздо больше человек, чем все мы? Уж больше, чем ты, точно.
А вот это просто хамство.
- Фэйт, твоя дикая привычка высказываться на темы, в которых ты ни черта не смыслишь…
- Хорошо, извини. Я не прав, конечно, - этот нахал вытянулся на кровати и заложил руки за голову. – Просто понимаешь… ты никогда не пробовал посмотреть на вещи… не под прямым углом, а, например…
- Под кривым? – я был уже почти в бешенстве.
- Айс, он когда-нибудь говорил тебе, что он вампир?
- Это и так ясно.
- Да? С чего бы?
- Он Князь вампирского клана.
- Это я понял. Я вот не понял, например, с какой стати он… Он пьет кровь?
- Конечно.
- Ты это видел?
- Множество раз. Фэйт, что за идиотские вопросы?!
- Подожди. Ты видел много раз, как он перегрызает кому-то горло и…
- Ты совсем рехнулся?! Нет, конечно! В моей Семье не пьют из горла! Что за дикость?
Он выглядел таким оскорбленным… Господи, вот уж никогда не ожидаешь, в чем именно человек найдет предмет для фамильной гордости. Впрочем, я бы тоже обиделся, если бы кто-то предположил, будто я дую абсент из горла, хотя такое и случалось в особо тяжелые минуты.
Нет, мне абсолютно точно лучше прекратить этот разговор. Кес ничем не заслужил такого отношения. Если я все правильно понял - что, честно говоря, сомнительно, - то я единственный, кто знает, что тут происходит.
Хотя нет. Крис еще знает. Но Крис у них вообще все всегда знает и ничего никому не говорит.
Так что мне тоже лучше пока помолчать.
- А вообще, ты знаешь, Айс, я ведь ничего в этом не смыслю.
- Вот именно!
Ну почему надо меня разозлить до полной невменяемости своей дурью?!
- А Кес твой - гений. Просто ты… Я не помню ничего про вампиров, но ведь, кажется, основной признак вампира - это то, что он мертв. То есть совершенно точно клинически мертв. Правильно?
- Правильно. И что?
- Ничего, - Фэйт так странно на меня смотрел, что мне стало не по себе. – Абсолютно ничего. Что-то я устал, ты извини…
Мне стало стыдно, что я на него орал. Ведь я кругом перед ним виноват, если серьезно посмотреть, и вот хоть бы он мне сказал об этом. Почему он никогда меня ни в чем не упрекает? Он больше года отсидел по моей милости в Азкабане, ни разу не напомнив мне об этом. А уж нынешний случай так просто ни в какие ворота не лезет. Чудо, что Фэйт выбрался от Шефа живым и почти невредимым. Почти. Нервы, конечно, ни к черту, но это-то как раз поправимо. Кес не велел ему даже носа отсюда высовывать.
Я с детства привык к тому милому положению вещей, что я постоянно что-то пропускаю. До школы меня это не очень волновало, потому что рядом всегда был отец, который держал реальность под контролем, а в школе это буквально с первого дня взялся делать Айс, что меня тоже полностью устраивало.
Очевидно, все люди время от времени что-то пропускают.
Но если я пропускаю часто и по мелочам, то Айс - как-то уж очень глобально. Это же просто катастрофа.
Я еще никогда не был ни в чем так уверен, как на это раз.
Айсу не хватает интереса к жизни. И Кес прекрасно это знает. Ну что такое логика? А Кес… О! Он замечательно все придумал. Только зачем? Я могу понять, что он морочит голову Дамблдору или нашему Лорду. В конце концов, они для него просто внешние раздражители, а вот Айс, который за столько лет не увидел того, что ему буквально тыкается в нос...
Нарочно тыкается, я уверен.
Но Айс не видит.
Потому что слишком рассчитывает на свой феноменальный разум и железную логику. Представляю, как Кес веселился все эти годы… Сумасшедший дом.
Наверное, действительно очень сложно сломать детские стереотипы. А с таким подходом, как у Айса, так и вовсе невозможно. Однажды решенное и обдуманное при базовом постулате «я всегда прав» не подлежит пересмотру ни при каких обстоятельствах. Он не видит несоответствий, даже не потому, что не хочет их видеть, а оттого, что считает их несущественными. Концепция давно сложилась, и она твердокаменна. Логически выверена, просчитана, упакована и убрана на дно сознания с пометкой: «Кошмар. Без необходимости не открывать».
И что Кесу было делать с таким наследником?
Ведь это непробиваемо.
Я, во всяком случае, не представляю, как это пробить. А у Кеса нет выхода. Как я понял из рассказа Айса, Наследство нужно отдать. Хоть знаю теперь, что так интересовало Шефа. Он, наверное, действительно думает, что, став Князем, Айс поможет ему в войне.
И эти люди называют меня идиотом...
Говорят, что между двумя противоположными мнениями находится истина.
Ни в коем случае! Между ними лежит проблема.
Гёте
- Кес, я прошу тебя, я тебя умоляю, наконец! Ну представь на пять секунд, что ты ошибся!
Я не знал, как его убедить. Он терпеливо меня слушал - и молчал. К такому я не привык, а потому мне все казалось, что молчит он от нежелания спорить.