- Твое невежество, Севочка, местами поражает. Метузелу прислать нельзя. Они вообще к разумным действиям не способны. Успокойся. Но, на самом деле, мы закрываемся. Если ты не против.
Какой там против. Я всегда – за. Мне никогда не нравилось, что у них там в Западном Крыле все камины подключены. Один надо оставить. И только для кровных родственников. Вот и все.
Но не позлорадствовать напоследок я не могу:
- Вот видишь, Кес! А ты говорил, что к нашей войне отношения не имеешь.
- Я-то к ней не имею. Еще бы она от меня отвязалась, – устало парирует он.
Уйти я не смог. Так и ходил за ним весь день. Что-то мне совсем нехорошо. Вроде и камины все перекрыли, а все равно... беспокойно...
- Так и будешь меня охранять? – смеется он к вечеру.
- Да.
- Уверяю тебя, беспокоиться совершенно не о чем. Но чтобы день зря не пропал, так и быть, пойдем поговорим серьезно.
После ужина сидим на диване. На Тревесе, естественно.
- Хорошо, Севочка, я сдаюсь. Что ты хочешь знать?
Ага, уже поверил. Я сейчас, как дурак, начну опять откровенничать, а он, как обычно, станет развлекаться.
- Я тебе не верю...
- Так это же прекрасно! Не надо мне верить. Надо думать.
А я, простите, чем тут занимаюсь?
- А ты, мой хороший, дурью маешься, - жизнерадостно отвечает Кес на мой мысленный вопрос.
- Убирайся из моей головы! Немедленно!
- Хорошо, хорошо, - он смеется и выставляет руки ладонями вперед. – Извини! Да я и не могу, на самом-то деле. Давно уже не могу, Севочка. У тебя на личике все написано.
Очень смешно!
Я. Его. Ненавижу.
- Ладно, рассказывай.
- О чем?
- О чем хочешь.
Рассказывает. Неужели на этот раз серьезно?!
- Только прошу тебя постоянно помнить, что все это только теория. И она не моя.
Да меня от слова «теория» в его исполнении уже мутит.
- Одна из многочисленных теорий мироздания рассматривает развитие любого общества как череду вызовов истории и ответов цивилизации на них. Такой вызов обнажает подлинное лицо цивилизации и проверяет ее жизнеспособность. Не обошла данная закономерность и ваше магическое сообщество. Вы оказались совершенно не готовы к решению вставших перед вами проблем. Хотя именно ваше общество должно бы уже привыкнуть в силу своей специфики к тому, что время от времени появляется властолюбивый сильный волшебник, бороться с которым очень сложно. Со времен Гриндевальда прошло не так уж и много лет. Но вы оказались совершенно беспомощны. Тем хуже для вас. Никакого сочувствия ваши несчастья не вызывают. По крайней мере, у меня.
Кто бы сомневался?! И почему меня это нисколько не удивляет?.. Я даже в тяжелом бреду не смогу смонтировать понятие «сочувствие» с понятием «Кес».
- Насколько я понимаю, главная цель, обозначенная Томми для своих сторонников - это очищение колдовской расы от влияния магглов. Ваша организация включает в себя многих амбициозных потомков небогатых и утративших былое влияние чистокровных семейств, а также аристократов, испуганных снижением их роли в магическом мире и видящих в Томми последнюю надежду на возвращение того положения, которое они, по их же мнению, заслуживают. Здесь мы сталкиваемся с понятием «культурного шока». Вы настолько напуганы проникновением полукровок и просто магглов в ваш мир, что хотите избавиться от них любой ценой. Возникает типичная защитная культурная реакция: все, что идет вразрез с традициями и обычаями «моего сообщества», объявляется чуждым и враждебным. Мир разделяется на «мы» и «они», при этом «они» выводятся за рамки «общества» и объявляются средоточием «мирового зла». По отношению к «ним» разрешено прибегать к любым приемам. Нравственные категории отсутствуют, в принципе.
Пока вполне логично. Интересно, в какой момент он опять все переставит с ног на голову...
- Сам Томми, скорее всего, ваших убеждений не разделяет. Видимо, он просто использует чистокровных фанатиков. Совершенно очевидно, что убийства, которые Томми спустил с привязи, и в которых уже давно замешаны обе конфликтующие стороны, не столько приближают чистокровных магов к власти, сколько разрушают остатки вашей касты. Развязанная им война разделила чистокровных колдунов на два непримиримых лагеря. Очень похоже на то, что когда ваши дрязги закончатся, просто не останется чистокровных магов в количестве, способном обеспечить выживание расы, независимо от того, кто победит. Очевидно, что Томми это мало волнует. Он может быть только на одной стороне – на своей собственной. Он готов истребить любое количество магов и магглов в процессе своего продвижения к господству. Ему все равно.
Пока еще все верно. Даже очень. Ну-ну...
- Ресурсы Министерства истощены практически полностью. Оно уже никого защитить не может. Единственным шансом сохранить жизнь себе и своим близким сейчас является присоединение к твоим приятелям. Министерство наводнено шпионами. Все это знают, но сделать ничего не могут. Центральная власть беспомощна.
Вот здесь мне уже что-то не нравится... Не пойму только что именно...
- У Томми сейчас серьезнейшие проблемы. В голове. В этом его главная беда. Власть чрезвычайно много для него значит, но только потому, что доставляет ему удовольствие. Принципиальная же его цель – победить смерть. Нет смысла добиваться власти, если жизнь закончится и нельзя будет наслаждаться достигнутым. Он, бедняжка, не в состоянии постигнуть, что не бывает ничего вечного. Вопрос времени очень относителен. Проходит решительно все. Глупость несусветная.
Стоп! Стоп! Стоп! Вот как только прозвучало «бедняжка» - все! С этого момента надо мной начинают издеваться. Однозначно. Можно вставать и уходить.
А можно и послушать... На всякий случай...
- У Томми несколько причин стремиться к бессмертию. Во-первых, боязнь смерти, во-вторых, технический интерес – он поставил нерешаемую задачку и пытается ее решать, в-третьих, он умен и прекрасно понимает, что для решения этой задачи одной человеческой жизни не хватит. После ряда магических преобразований он добился относительной безопасности – в основном за счет того, что вывел себя за рамки жизни, как таковой. Вероятно, одно из преобразований дало ему часть природы рептилии, или чего-то подобного. Здесь я, Севочка, не специалист. Точно не скажу. Теперь он может без особого риска для жизни вести активную борьбу за власть. Он убеждением или запугиванием привлекает на свою сторону большинство чистокровных семей, начинающих угасать и терять былое влияние. Он обещает им поддержку и руководство, а в будущем – возвращение прежних позиций.
Кстати, это он уже говорил... Кажется...
- Таким образом, Томми разбил ваше колдовское сообщество на два лагеря и вскоре, в обстановке постоянной угрозы и искушения для обеих сторон, начали процветать убийства, подозрительность, страхи, сведение личных счетов. Он компрометирует своих соратников, вовлекая их во все более ужасные преступления, чем лишает их пути к отступлению. Покинуть его невозможно. У вас сейчас идет осознанно развязанная гражданская война – лучший повод для узаконивания террора и укрепления позиций лидера. Здесь Томми оказался весьма практичен. К тому времени, как большинство из вас смогло понять, во что впуталось, отступать было уже поздно. Вы теперь все заняты уничтожением друг друга, что наблюдать крайне забавно. Ты уж извини.
Тоже мне – удивил. Ему все забавно.
- То, что у вас сейчас происходит, называется старым добрым словом «террор», то есть – ужас.
Ага, летящий на крыльях ночи...
- Ужас, запугивание, нагнетание страха, насилие всегда были одними из самых распространенных явлений, к которым одинаково часто прибегали и тайные организации, и официальные власти. Ничего нового Томми не придумал. Можешь мне поверить.
Я верю. Пока опять все правильно. Даже на «бедняжке» не застряли. Что радует безмерно...
- Любые террористы исходят из принципа «горстка борцов может обрушить лавину», который, к сожалению, иногда срабатывает. В вашем случае - точно сработало. Основные психологические особенности - неразборчивость в средствах, тщеславие и амбициозность, стремление к тайной власти и прочие - являются типологическими для облика террориста. Насколько я понимаю, все это присутствует у твоих приятелей в большом количестве. Они - «борцы за великую идею». Вот тут мы сталкиваемся с некоторым парадоксом.