И он пришёл…
…Они ушли из Ли-Ар-Тана в Промежуток. Владрик не хотел более задерживаться в городе, где можно было заразиться неизвестно чем. Они переместились в мир горных лугов и голубых озёр. На бескрайних просторах полей и под сводами бирюзовых рощ паслись прекрасные дикие кони, и бродили стадами белые антилопы с витыми рожками.
— Как ты нашёл меня? — спросила Шанталь.
Владрик вёл её за руку, и девушке было приятно, что он так крепко сжимает её ладонь.
— Я за тобой следил, милая, — ответил Владрик. — Знал, что ты попадёшь в переделку. Опыта у тебя нет, дар пассивный, драться ты не умеешь.
— Спасибо, — проворчала девушка, — но я не такая беззащитная, как ты думаешь.
— Я и не сказал, что ты беззащитна, Шанталь, — покачал головой Владрик. — Я переживал, что тебя занесёт в плохой мир. Как видишь, так и случилось.
— Когда же ты успел научиться бродить по мирам? — спросила она.
— Никогда, — ответил Владрик. — Просто я хорошо общаюсь с Промежутком.
— А этот мир?
— Как раз тот самый, откуда я привёл Лазурь. Я вроде вечного бродяги, Шанталь. У меня в каждом мире свой дом.
— И тебе это нравится?
— А почему нет? — улыбнулся он. — Я неусидчивый, люблю бывать в разных местах.
Шанталь задумалась.
— Значит, поэтому и «Путешественник»?
— Я бы предпочёл «Бродяга», — усмехнулся мужчина.
— И теперь мы будем вместе бродяжничать?
— Если ты захочешь.
— Что значит «если захочешь»? У меня есть выбор?
— Есть, — кивнул Владрик.
— Не вижу его, — нахмурилась Шанталь. — Ты не откажешься ради меня от путешествий.
— Потому что я знаю — сейчас тебе не стоит сидеть на одном месте и вязать носки, Шанталь. Ты хочешь узнавать и видеть. Тебе нужны иные миры, как и мне.
— Возможно, — нехотя согласилась девушка.
— Трудно это — быть ведомой, да? — усмехнулся Владрик. — А для тебя с твоим упрямством особенно.
— Я люблю думать и сопоставлять, что в этом плохого? — проворчала она.
— Какая ты вредная! — радостно рассмеялся Владрик. — Бука!
Шанталь не выдержала и улыбнулась.
— Непросто со мной?
— Очень просто, — ответил мужчина, сжимая её руку.
Они поднимались в гору по неприметной тропе.
— Ты, наверное, многим женщинам нравился? — спросила девушка, нервно приглаживая густые пряди. Эта мысль не давала ей покоя, даже несмотря на то, что Владрик не давал повода для ревности с тех пор, как она увидела его в баре с блондинкой.
— А то, — ответил Владрик. — Я красив, богат и талантлив.
— И много их было, поклонниц?
— Десятка четыре, — ответил Владрик. — Но это если считать самых миленьких. Приплюсуй страшил, их было гораздо больше.
Шанталь покачала головой.
— Ты такой придурок! — сказала она.
Владрик расхохотался.
— Из твоих уст мерзкие оскорбления звучат как ослепительные комплименты, милая.
— Ты можешь ответить серьёзно? — сердито сказала Шанталь.
— А почему ты решила, что я шучу? У меня было много женщин, и я их всех по-своему любил.
Шанталь запнулась о камень и остановилась.
— И я одна из многих? — спросила она тихо. — В какой я категории, Владрик? Миленьких или страшненьких?
Владрик поглядел на неё.
— Ты — другое дело, Шанталь.
— Что-то не верится, — сказала девушка.
Владрик остановился и поглядел на неё.
— У меня было много женщин, но подобных тебе — никогда, — ответил он. — Я не выбирал, в кого влюбляться, Шанталь, но до тебя никого не любил по-настоящему.
— Правда? — сказала она, делая в его сторону осторожный шаг.
— Правда, милая, — ответил он, грубо прижимая её к себе. — Тараканы танцуют в твоей голове вальс, но мне это нравится.
Шанталь мягко рассмеялась и тронула пальцами его щёку.
— Я стану лучше для тебя, Владрик, — сказала она.