— Ты как? Ты нормально? — быстро спросила она. — Не ранен?
— Нет, я не ранен, — сказал он. — В отличие от него.
Шанталь смущённо улыбнулась.
— Держи сковородки от меня подальше, — сказала она, и Владрик расхохотался. Он нехотя отпустил её и шагнул к поверженному, повернул его на спину.
— О, знакомая рожа! Дружок Тита. Отлично.
— А что Тит? — спросила Шанталь. — Вы нашли его?
— Его и Тамару. Они больше к нам не сунутся.
— Почему? — тихо спросила Шанталь.
— Потому что они поняли то, что должны были понять, милая. Нас больше и мы сильнее, так что всё улажено.
— Они могут найти тех, кто им поможет, — сказала Шанталь.
— Знаю. Тит злопамятен и мстителен, но туп и недалёк. Он не лидер. Не думаю, что он найдёт олухов, готовых помогать ему в борьбе против нас. А если и найдёт — я их не боюсь.
— А что вторая, Андра?
— Мы не нашли её, но она наименее опасна. Она сюда больше не полезет, тем более в одиночку.
— Мы останемся здесь, Владрик?
— Может, когда-нибудь этот дом и станет для нас настоящим домом, но не в ближайшие пару дней, — улыбнулся он.
— Значит, путешествия?
— Да.
— А что твои друзья?
— Теперь уже наши, Шанталь, — поправил её он. — Я всегда могу с ними связаться.
— Ну а этот? — и она кивнула на мужика.
— А этого мы, как в себя придёт, отправим восвояси. Поскорее бы этот болван очнулся! Теперь, когда я почесал о Тита руки, я до одури хочу тебя. К тому же тебе, как я вижу, стало лучше.
— Мне и правда лучше и я тоже хочу тебя, — тихо сказала Шанталь, прижимаясь к нему.
— Тогда есть только одно средство, — усмехнулся Владрик. — Я пошёл за ведром, искупаем этого гада…
…Кристиан поначалу не хотел соглашаться, но девушка оказалась на диво упорной.
— Я про вас рассказала маме, и она хотела бы познакомиться.
— Я скоро уеду, — ответил он. — Стоит ли знакомиться с таким проходимцем?
— Стоит, — улыбнулась девушка. — Вы подарили нам жизнь.
Кристиан хотел попросить её не называть его на «вы», но потом передумал. В итоге он сидел на маленькой кухне и пил чай с её мамой. Это была стройная светловолосая женщина среднего роста, милая и улыбчивая.
— Значит, вы много путешествуете?
— Теперь да. И раньше приходилось, но сейчас всё приобрело более глобальный характер.
— А по образованию вы кто?
Для землянина это был трудный вопрос.
— Скажем так: по призванию я счастливый человек, потому как успел побывать и капитаном корабля, и водителем разных… транспортных средств, и садовником, и автомехаником, и экологом и много кем ещё.
— Вы разносторонний человек, это я сразу поняла, — улыбнулась женщина. — А не устаёте от постоянных перемещений мо миру?
— Раньше уставал, — честно сказал Кристиан. — Теперь привык.
— Понимаю. Я по молодости много где успела побывать, сейчас одряхлела для путешествий, — сказала женщина. Она лукавила: ей вряд ли исполнилось больше сорока пяти, да и дряхлой её уж никак нельзя было назвать.
— Не сочите за грубость, Мария, но вам точно не поздно сорваться с места и куда-нибудь умотать. И дочку с собой прихватить.
Женщина рассмеялась.
— Да, я бы умотала, — с улыбкой ответила она. — Вот только ни времени, ни денег на это нет. Моя канапушка учится на платном, ей тоже сейчас не до того.
— А ваш муж? — осторожно спросил Кристиан. Он видел фотографии какого-то мужчины в гостиной.
— Он давно умер, ещё когда Ляле было два.
Она почему-то не называла дочку по имени, только разными ласковыми прозвищами.
— Простите, — сказал Кристиан. — Вам трудно одной.
Она подняла на него глаза и снова улыбнулась.
— Ей труднее. Она растёт без отца, я стараюсь как-то уберечь её от всего, что ждёт молодую умницу в нашем захолустье… Может, вы поговорите с ней, Кристиан? Ей через полгода будет шестнадцать, самый возраст для того, чтобы сориентироваться в жизни.
Кристиан усмехнулся.
— А не боитесь, что слова такого оболтуса, как я, ей только навредят?
Женщина ласково рассмеялась.
— Ну какой же вы оболтус? Я была бы вам очень благодарна, Кристиан.
Землянин кивнул.
— Хорошо. Я поговорю с ней. Как пушистики?
— Настоящие разбойники. Вчера Царапка плюхнулся в тазик с водой, а Шмыга вскарабкался по занавеске под самый потолок и орал, пока Ляля его оттуда не сняла.
— Отлично, они все в меня. Успели дури нахвататься, — усмехнулся он.
— Вот уж не думаю, что вы стали бы звать на помощь, — хитро прищурилась женщина. — Вы из тех, кто привык к самостоятельности. Наверняка и от родителей рано отделились.