— Я задумалась, как мне поступить. Действительно, первый раз я просто сделала, просто почувствовала.
Алеард кивнул.
— Смотри, если я сделаю вот так… — и он снова шагнул ко мне, но медленно, отчего его движение выглядело еще более пугающим. На сей раз я была на чеку, и не позволила себя схватить. Напротив, я решительно заломила его руку.
— Отлично! — довольно сказал Алеард. — Если бы у тебя было оружие, я бы остался в очень невыгодной позиции.
— Но я не смогу тебя удержать, — сказала я, улыбнувшись.
Алеард попробовал забрать руку, и я выпустила его запястье. Он сощурился против солнца.
— Ты сможешь, Фрэйа. Со временем. Я сильней тебя физически, но это играет второстепенную роль. В бою сильнее тот, кто прав, тот, чей дух прибывает в покое и гармонии. Поверь, я не всегда могу найти равновесие сил, не всегда могу справиться с собственными демонами.
— Я тоже. В последнее время особенно… Мы встретились с Кристианом в столовой, — помолчав, добавила я. — Он сказал, что вы вместе росли.
— Да, мы дружим с ним целую вечность.
— Скажи, а как ты сломал руку? — внезапно спросила я. Понятия не имею, что дёрнуло меня за язык: обычное любопытство или неукротимая жажда узнать о нем как можно больше?
Алеард посмотрел на меня задумчиво, словно этот вопрос его нисколько не удивил, и ответил:
— Я свалился в ущелье. Лететь было долго, мне еще повезло, что я не сломал себе вместо руки спину.
Наверное, от изумления мои брови оказались в центре лба, и он тихо рассмеялся.
— Ты, верно, хочешь знать, какая нелегкая меня туда понесла? Порой человек не может ответить на самые простые вопросы. Я был неосторожен, стоял на самом краю, и потом, тогда в моей голове крутились не самые приятные мысли. Одно неловкое движение и… Очнулся, когда кровь залила глаза, — он поднял прядь волос, и я увидела тот самый длинный шрам. — Получил камнем по голове, и так хорошо получил, что про руку и думать забыл. Домой зашел в таком виде — мама чуть со стула не упала.
— Было очень больно?
— Боль стирается из памяти. Я и произошедшее помню отрывочно, нечётко. Когда летел вниз, до того момента, как потерял сознание, всё время пытался за что-нибудь уцепиться. Там еще кусты колючие росли, но мне уже без разницы было. Я к чему это говорю… Человек всегда будет бороться за жизнь, бороться до последнего момента.
Я хочу, чтобы ты была сильной, Фрэйа. Вместе мы можем постоять друг за друга, а вот поодиночке… Нужно отличать истинную опасность от мнимой, реальную угрозу от показушной. Скоро, Фрэйа, — и он склонился ко мне. — Бури показал нам, как перемещаться в иные миры, и поверь, здесь мы надолго не задержимся.
— Ты очень хочешь этого?
— Да, я хочу этого. И знаю, что даже после случившегося ты тоже хочешь. Ничего, что первый блин комом. Всегда можно найти в себе силы сделать лучше.
— Ты всегда доводишь начатое до конца?
— Я упрямый человек, Фрэйа. Если что-то пришло на ум, я всегда добиваюсь этого. Кристиан говорит, что человек вправе отказаться от задуманного, даже если он когда-то безумно желал этого. Я с ним согласен. Но наши желания и мечты не одно и то же.
— Верно! Удивительно, но мне на ум приходили те же самые рассуждения! — я изумлённо поглядела на него. — Нельзя отказываться от мечтаний. Я имею ввиду, нельзя предавать их из-за собственного бессилия. Если жаждешь, если стремишься к чему-то, то нужно стремиться всем сердцем, отдавать себя за эту мечту. И хранить ее в сердце, пока не останется ни единой надежды. Но когда умирает надежда, сердце умирает вместе с ней.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Скажи, а как ты думаешь, может ли сердце возродиться?
— Вдохновение любви — вот что может воскресить сердце. Мне так кажется… — уже смущенно добавила я, видя, что он улыбается уголками рта.
— Возможно. Но мне об этом трудно судить, — посмеиваясь, ответил Алеард. Я поглядела на него, а он на меня. Я не могла понять, откуда взялась эта искорка хитрости в его глазах. Вообще-то я легко поддавалась смущению, но всегда тщательно это скрывала, и люди не замечали во мне перемен. А уж вогнать меня в краску было под силу только Алеарду, и он, видимо, делал это с удовольствием. Я рассмеялась, прикрывая пылающие щеки.
— Мне тоже, — пробормотала я себе под нос, — наверное.
Алеард несколько секунд глядел на меня, не мигая, а потом достал из кармана… мою ленту! Ту самую, ярко-синюю, что я потеряла несколько дней назад. Он молча протянул мне её, и я завязала волосы в хвост.