Кристиан едва не споткнулся о ближайший камень — ноги сами понесли его вперед, и весьма быстро. Он понял, почему этот мир мёртв, откуда этот песок под ногами, больше похожий на пепел. Если он сумеет добежать до тех холмов до того, как… Ему претила мысль, что его путешествие закончиться так глупо. Становилось всё жарче, но он не стал терять время и снимать одежду. Он мог спокойно стерпеть и куда более сильный зной. Синие холмы, которые еще день назад казались невероятно далекими, теперь значительно увеличились в размере, и Кристиан понял, что это совсем не холмы. К нему двигался вибрирующий, длиннющий пузырь, который перетекал по земле, как великанская капля. До него оставалось всего-то несколько километров, и мужчина прибавил прыти, надеясь, что успеет к спасительной синеве до того, как его изжарит заживо.
И он успел. Теперь ему приходилось запрокидывать голову, чтобы обозреть толстый гудящий пузырь, и тот казался среди всей этой серости таким живым и доброжелательным! Спустя пару минут Кристиан был к нему так близок, что достал бы рукой. И он, не медля, коснулся его, с радостью обнаружив, какой тот прохладный и гладкий на ощупь. Тут же что-то тихонько булькнуло в его недрах, и пузырь гостеприимно раскрыл «брюхо», впуская мужчину внутрь. Кристиан осторожно вошел, и синяя масса за его спиной сомкнулась. Он осмотрелся: приятные лазурные тени плясали вокруг, и куда ни глянь — замки из мокрого застывшего песка, совсем как те, что так любят строить дети, только куда больше по размеру, и меж ними — улочки, и горит вокруг множество золотых огоньков, вкрапленных в этот песок. Света от них получалось маловато, но эти голубые сумерки показались штурману замечательными. Вместо земли — какая-то синяя упругая масса, и она непривычно для ног вздрагивала. Мужчина задрал голову — купол пузыря оказался светлее стен, он был лазурным, с зеленоватыми прожилками, и сквозь его ребристую кожу проступали отблески беспощадного солнца. Кристиан подумал, что окружающее пространство больше всего напоминает внутренность земного океана. Свет лился сквозь купол, но застревал в плотном влажном воздухе, и оттого казалось, что наверху уже рассвело, и наступил безоблачный летний день. Хотя какое уж там лето! — подумал Кристиан. И солнце… На Земле оно не жаждало спалить людей заживо, оно грело и питало любовью. Здесь же это был монстр, желающий испепелить все вокруг…
И только огромный пузырь умел справляться с солнечным монстром. Лишь он оставался по-настоящему живым. Даже камни на пустоши были мертвы.
Мужчина постоял немного, приходя в себя. Он думал о том, как этот пузырь действует и как преодолевает каменные завалы. Наверное, ему помогало высокое гибкое дно, и он действовал как улитка, обволакивая пузом окружающий ландшафт. Впрочем, штурман не ощущал движения как такового, и твердо стоял ногами не «полу».
Кристиану отчаянно захотелось окунуться по уши в ледяную воду, но где ее найти? Нуждались ли в ней жители этого пузыря? Он пошел вперед, но успел сделать всего десятка два шагов. Затем пригляделся и замер. Из ближайшего «дома» вытекла большая капля. Она была голубой и сочной, но текла так, словно сама решала, где для нее будет верх, а где низ. Мужчина наблюдал, затаив дыхание. Вот капля скукожилась, снова выпрямилась, и вдруг повернулась в его сторону. Умеют ли капли поворачиваться, и вообще — есть ли у них зад и перед? — успел подумать Кристиан, но против воли улыбнулся — капля смотрела на него недоуменно. Смотрела большими радужными глазами, похожими на мыльные пузыри. Затем пониже глаз появилась улыбка. Все это выглядело так потешно, что мужчина не выдержал и хмыкнул. Милое существо между тем подняло выпуклости над глазами, весьма похожие на брови, и забулькало, как будто отвечая на его неуверенный смех. Какое-то время капля его изучала, а потом решительно шлепнулась вниз, разлетаясь тучей брызг. Она быстро собрала себя, вернула на место глаза и рот, причем один глаз оказался значительно больше второго, и потекла к мужчине. Кристиан присел на корточки, заворожено за ней наблюдая. Кажется, капля его совершенно не боялась. Она приблизилась, ловко затекла к нему на руку, оказавшись довольно тяжелой, и застыла, выпучив радужные глаза. Кристиан не выдержал и рассмеялся.
— Если я об этом расскажу на Земле, мне никто не поверит, — сказал он капле, и она улыбнулась, отвечая на его улыбку. Посидела ещё немного на ладони и плюхнулась вниз, обдав штурмана тучей прохладных брызг. Сама она от этого значительно уменьшилась в размере, но подбирать брошенное не стала. Словно поделилась, чувствуя, что он нуждается в этом. Вот тебе и унылая пустыня! Кристиан вытер лицо. — Что скажешь, рановато я разочаровался в этом мире?