— Это фигура речи, Кнут, усаживаясь за стол, ответил юноша.
— Не пугайте меня, ваше величество.
— Я лишь пытаюсь понять, как мне действовать.
— Ничего им не обещайте, сомкнув на толстом животе руки, посоветовал мужчина и вышел на свет, из-за чего его кудрявые волосы заблестели. У них нет выбора.
— А у нас он есть?
— Нет, но… они не должны об этом догадываться.
Хьюго заговорчески кивнул, и Вольфман кивнул ему в ответ. Притворяться он умел, скрывая свое самочувствие от слуг, от матери, иногда и от самого себя. Потому он втянул в легкие больше воздуха и водрузил ладони на гладкие подлокотники, уверив себя в том, что ничего плохого не случится, несмотря на то, что это его первые важные переговоры.
Прошло порядка десяти минут, прежде чем двери малого зала распахнулись.
Король выпрямился, прочистил горло, пока стюард объявлял гостей, и скрестил под столом ноги, надеясь, что они перестанут дрожать. Паника убивала и обезоруживала, но сейчас Вольфману оставалось лишь не обращать на нее внимания.
В зал прошли три человека. Один из них, Эрл Догмар седоволосый военачальник каменных сердец бойким шагом направился к королю и приклонил перед ним колено.
Вольфман лишь махнул рукой и с интересом взглянул на двух незнакомцев: высокие и широкоплечие, они превосходили Вольфмана по силе в несколько раз. Он настороженно осмотрел грязные плащи, которые висели на хозяевах, словно тряпки, их стертые ботинки и пыльные лица; выглядели они, будто оборванцы, вот только в глазах у них было столько надменности, сколько надменности у мужчины, тонущего в собственном богатстве.
Незнакомцы держались смело. Взгляд рыжеволосого юноши и вовсе пылал ледяным хладнокровием, которое совершенно не понравилась юному королю.
— Милорд… протянул он, в ответ на что глаза Хьюго Кнута округлились, Догмар не помедлил, обхватив пальцами рукоять меча, а Вольфман застыл.
— Перед вами законный правитель Станхенга, отчеканил Догмар, его король.
— Но я не Станхенг. Я Аргон. Моего отца вы должны были знать. Он возглавлял…
— Клан Утренней Зари, закончил Вольфман холодным голосом, да.
— Тогда, настойчиво продолжил юноша, вы слышали и о том, что с ним случилось в Арборе. Слышали о том, как Алман Многолетний поджарил его, будто свинью.
Повисла звенящая тишина. Темноволосый юноша поравнялся с Аргоном и взглянул на Вольфмана пристальным взглядом, от которого молодому королю стало не по себе, он вдруг подумал, что они пришли наказывать его за деяния, которые он не совершал.
— Позволю напомнить, ответил Вольфман, посмотрев на пальцы, вырисовывающие узоры на деревянном подлокотнике, что Алман Многолетний казнил и моего отца.
— Это одна из причин, почему мы здесь.
— Так, может, озвучите все свои причины?
Мужчины посмотрели друг на друга, и Аргон кивнул, легкомысленно ступив вперед. Эрл Догмар оскалился, словно волк, а второй юноша покачал головой, нежно коснувшись рукояти клинка, торчащей из-под дырявого плаща. Эти переговоры никому не приносили удовольствия. Но незнакомцы из Дамнума были уверены, что они лишат головы всех, кто находится в этом зале до того, как стража ворвется внутрь.
— Ваш дядя пришвартовал сотни кораблей к моей земле. Нам не пришлось выбирать. М ы собрали вещи и ушли. И теперь мы здесь. Аргон взмахнул руками и вновь сердито уставился в глаза короля Вольфмана. Мы здесь, потому что вашего отца несправедливо убили, потому что моего отца несправедливо убили, и если ваш дядюшка рассчитывал на легкую победу, он ошибался. У моих людей больше нет земли. А у вас мало воинов.
— Предлагаете сражаться за нас?
— Сражаться мы будем за себя, парировал Аргон, но цель у нас общая.
— И я должен поверить летающему человеку? Пренебрежительно бросил король, на что молодой предводитель лишь холодно оскалился.
— Я не просил вас верить мне.
— Тогда что вы здесь делаете?
— Я хочу помочь.
— Мне? Выплюнул Вольфман и нервно рассмеялся. Он посмотрел на визиря, и тот тут же ступил вперед, поджав тонкие, уродливые губы. Хьюго Кнут томно выдохнул.
— К вашему разумению, мой дорогой друг, мы в помощи не нуждаемся.
— Разве?
Изумрудные глаза Аргона полыхнули, словно искры. Он посмотрел на визиря, потом на Вольфмана, и молодой король недовольно стиснул зубы, почувствовав, как судорожная дрожь прокатывается по телу. Этот предводитель знал, как срывать маски.
— Послушайте, выдохнул Аргон и отступил назад. Нам незачем с вами воевать. Я здесь, потому что впервые Дамнум и Вудстоун связывает нечто важное.
— И что же это за «нечто»?
— Ненависть.
Вольфман знал, что жители Долины Ветров не только хитрые воры, но и хорошие воины. Их не нужно учить держать в руках меч. Им не нужно объяснять, как прикрывать тыл. В сражении против Алмана Многолетнего они достойные союзники. И то, что они стояли перед ним, было безмерной удачей. Пусть даже их предводитель раздражал, и его хотелось заковать в кандалы. Король успокаивал себя тем, что летающие люди, наверное, не умели вести себя иначе. Не зря их считали дикарями, и старались не иметь с ними дел.
Вольфман открыл было рот, чтобы спросить у сына Эстофа о количестве человек в его подчинении, как вдруг двери за его спиной распахнулись.
Послышался стук женских каблуков. Шуршание подола о каменные плиты.
Король обернулся и увидел свою супругу, шедшую по залу с опущенной головой. В ее глазах пылало недовольство. Она все никак не могла справиться с пышной юбкой, и ее ноги цеплялись за атласные края. Девушка знала, что должна была идти с выпрямленной спиной и вздернутым подбородок, но она боялась споткнуться и упасть прямо перед гостями. Когда перед ней оказался стол, она выпрямилась и посмотрела на мужа.
— Я прошу прощения.
— Ничего страшного. Вольфман стремительно поднялся. Ты как раз вовремя.
— Вовремя? Я не хотела мешать, но потом ваша матушка… девушка замолчала.
Она взглянула на гостей, стоящих в центре малого зала, и пропустила беспощадный удар по самому сердцу. Она застыла, а рыжеволосый сильф ступил вперед и прохрипел:
— Эльба?
ЭЛЬБА
Девушка вдруг почувствовала тяжесть металлических оков на своей шее. Она вдруг вновь очутилась в огромном шатре, обдуваемом северным ветром. Эльба в растерянности посмотрела в знакомые, зеленые глаза незнакомца и отступила назад; ее рука прижалась к груди и сомкнулась в побледневший кулак, а колени предательски задрожали.
Вольфман положил ладонь на плечо супруги.
— Что с тобой? Вы знакомы?
— Да. Эльба перевела взгляд на второго юношу. Его огромные глаза светились искренним изумлением, а губы слегка приоткрылись. Они…
— Что?
— Они спасли мою сестру. Вы ведь спасли ее?
Аргон едва мог говорить. Он надеялся, что девушка спаслась, но в глубине души не верил своим же мыслям. Они оставили ее одну против десятка яростных дикарей: какие у нее были шансы? Сколько Богов должно было встать на ее сторону? Но она стояла перед ним. Живая. Восхитительная. Жена Вольфмана Барлотомея. Королева Станхенга.
— Конечно. Наконец, отрезал он. Она вместе с остальными ждет нас у ворот.
Эльба сошла с места. Она приподняла подол платья и обошла стол. Ей не хотелось спрашивать разрешения, но нынешние порядки предполагали у нее полное отсутствие самостоятельности.
— Я могу увидеть сестру? Спросила она Вольфмана, взглянув на него через плечо.
— Разумеется.
— Прямо сейчас.
— Догмар.
Военачальник кивнул, сойдя с места, но Аргон поднял руку и посмотрел на короля.
— Мы не договорили.
— Почему вы сразу не сказали, что с вами Риа Полуночная? Удивился Вольфман. Мы искали ее по всей стране на протяжении нескольких недель.
— Мы даже не знали, как ее зовут. И мы не знали, что Эльба…
— Королева Эльба.
— Да. Аргон стиснул зубы. Королева великого Станхенга находится здесь. Когда мы виделись в последний раз, на ней были кандалы, и она сидела в плену Ровена. Кто бы мог подумать, что шакалы напали на нее по пути на свадьбу.