Я положила руки на пулевое ранение в его плече. Извлечь серебряную пулю было не так просто, и я была рада, что он не мог чувствовать боли, находясь без сознания.
Сквозь рёв реки донесся звук вертолёта. Я прижалась к стене под небольшим выступом, молясь, чтобы этого было достаточно, чтобы скрыть нас от обнаружения сверху. Вертолёт медленно пролетел над нами и вернулся. Они знали, что мы где-то здесь, из-за этого чертова ошейника, но не могли нас найти.
Разъяренная, я обхватила руками ошейник. Защитное заклинание колдуна разбилось под натиском магии воды, и за ним последовало связывающее заклинание. Я подняла руку и отбросила половинки ошейника так далеко от себя, как только смогла. Джулиан уже знал, что я никогда не оставлю Ронана, поэтому он пойдёт туда, куда поведёт ошейник.
Я снова закрыла пулевое ранение руками и направила в него свою магию. Я обнаружила, что пуля застряла в одной из его мощных плечевых мышц, и направила на неё поток магии. Я собиралась извлечь пулю из его тела.
Мои руки начали светиться и становиться всё горячее, пока от них не пошёл пар. Магия влилась в Ронана, и он вздрогнул, когда она окутала пулю. На этом она не остановилась. Она разветвлялась и распространялась по нему, пока не нашла вторую пулю, застрявшую в его бедре. Она окружила пулю и замерла, как будто ожидала, что я что-то сделаю.
Я представила, как вытаскиваю пули из его мышц и костей, двигаясь осторожно, чтобы не ранить его. В тот момент, когда я подумала об этом, магия хлынула во мне, и всё моё тело засияло. Моя магия ударила по пулям со скоростью удара молнии, а когда она отступила, в его теле не осталось и следа серебра.
Что, чёрт возьми, это было? Я подняла руки, решив осмотреть рану на плече Ронана, но она исчезла, как будто её никогда и не было. Я прощупала его своей магией и обнаружила только здоровые ткани и кости.
Голова Ронана дернулась. Я наклонилась над ним, его веки дрогнули, и его изумленные янтарные глаза встретились с моими. Улыбаясь сквозь слёзы, я погладила его по морде. Он прерывисто вздохнул, и его глаза закрылись, но на этот раз, чтобы уснуть.
Вертолёт продолжал кружить, пока погода не ухудшилась совсем, и ему не пришлось улететь. Мы тоже не могли здесь оставаться. Я устала от использования такого количества магии, и нам нужно было выбраться из реки, пока я совсем не выдохлась.
Когда начало смеркаться, я разбудила Ронана. В глазах у него прояснилось, и он без особых усилий сел.
— Вертолёт улетел, но Джулиан, скорее всего, оставил людей на земле, чтобы следить за нами, — сказала я. — Мы поплывем по реке, пока не найдём место, где можно сойти на берег.
Он кивнул. Я обняла его за шею, и мы соскользнули с уступа, позволив течению унести нас. Мы оставили ущелье позади, и берега реки стали ниже. Уже почти стемнело, когда я увидела на дальнем берегу место, где мы могли бы выбраться на берег. Мы подплыли к нему и рухнули на землю.
Я дрожала так сильно, что у меня стучали зубы, а конечности сводило от сильного холода. Я пыталась согреться водой, которая была на моей одежде, но у меня не было сил.
Ронан встал и встряхнулся, затем присел рядом со мной и выжидающе посмотрел на меня. Я заставила себя встать на колени, дважды упав, прежде чем смогла забраться ему на спину. Я обхватила его шею руками, и он встал и начал подниматься по низкому склону.
Густой лес защищал нас от снега и ветра, но я слишком окоченела, чтобы чувствовать холод. Только благодаря своей воле я держалась за Ронана, пока он уводил нас от реки. Если мы в ближайшее время не найдём укрытие, я не переживу эту ночь.
Когда он остановился, я уже не могла открыть глаза, чтобы посмотреть, где мы находимся. Я почувствовала, как он копает, а потом я соскользнула с него. Он толкнул меня носом, и я скатилась в неглубокую яму. Он лёг рядом со мной на бок и запыхтел, пока я не перевернулась и не прижалась к нему. Его мех всё ещё был влажным, но от него исходило тепло. Со временем я перестала дрожать и заснула.
Я проснулась дезориентированной. Я не имела ни малейшего представления о том, где я и как сюда попала. События последних нескольких дней нахлынули на меня, и я содрогнулась при воспоминании о том, как Ронан был близок к смерти. Мне стало интересно, где Феликс и Лена и смогли ли они сбежать. С чувством вины я осознала, что впервые подумала о них с тех пор, как в последний раз видела их на мосту.
Пумы были более чем способны позаботиться о себе в дикой местности, и без этих ужасных ошейников они могли легко ускользнуть от «Каладриуса». Из нас четверых я была наименее подготовлена к выживанию здесь зимой.