Открылась дверь и вошла мама, неся большую корзину, которую она поставила на кухонный остров. Димитрий тут же принялся открывать её, и мама игриво шлепнула его по руке.
— Это ужин.
Она бросила на него предупреждающий взгляд и присоединилась к нам в гостиной. Встав позади кресла папы, она склонилась и обхватила руками его шею, собравшись поцеловать его в щеку. Папа повернул голову и их губы встретились. И хотя поцелуй был совершенно целомудренным, я могла почувствовать их любовь через всю комнату. Я надеялась, что однажды мне повезёт и у меня будет такая же любовь, как у них.
Мама выпрямилась и откинула назад волосы, которые упали ей на лицо. Её глаза были уставшими, и она подавила зевок.
— Тяжёлый день? — поинтересовался у неё папа.
— Бывало и хуже, — она нашла резинку для волос в кармане и убрала волосы в хвост. — Я работаю с тремя сиротами, и один из них требует больше времени, чем остальные. А ещё и воин завтра прибывает.
— Ариана? — спросил дедушка, упомянув одну из сирот.
Мама кивнула.
— Она слишком многое пережила. Не удивительно, что она никому не доверяет.
— Может, тебе стоит облегчить свою нагрузку, — предложил папа, что он делал каждый раз, когда она приходила домой уставшая или встревоженная состоянием своих пациентов.
Она улыбнулась.
— Если ни я, то кто поможет?
Он не ответил, потому что никто другой не сможет сделать то, что делала она. Мама была целителем с особым даром. Она могла исцелять воинов, страдающих после нападения Хель-колдуна, и за эти годы она помогла многим из них. Она также научилась общаться с другими Мори, и эта способность помогает ей помогать сиротам Мохири с психическими и эмоциональными проблемами. Иногда она путешествует в другие бастионы, чтобы посетить их, но большинство привозят в Весторн.
Мама обратила свой назидательный взгляд на меня.
— Ты сегодня прогуляла занятие с Айне. Так нельзя продолжать, Дэни.
Я ещё глубже погрузилась в диванные подушки.
— Эти уроки — пустая трата времени. Всё, что мы делаем, просто разговариваем о моих чувствах.
— По той причине, что наша магия фейри очень тесно связана с нашими эмоциями, — терпеливо ответила она, прозвучав совсем как Айне. — И очень важно научиться контролировать магию.
— Но у меня нет никакой магии, — у меня свело горло от расстройства. — Она исчезла, и я лучше сосредоточусь на боевой подготовке.
Она подошла, села рядом со мной и обняла меня. Мне хотелось положить голову на её плечо, как я любила делать, но я злилась, что она снова подняла эту тему. Мы обсуждали это чересчур часто, и я мечтала, чтобы она плюнула на это.
— Твоя магия не исчезла, — нежно сказала она, погладив меня по волосам. — И когда ты будешь проходить через лианнан…
Я отпрянула от неё и вскочила на ноги.
— Только потому, что ты прошла через него, не значит, что он будет и у меня. Я не хочу больше говорить об этом.
— Дэни, — окликнул меня папа, когда я выбежала из гостиной комнаты.
Вбежав в свою комнату, я захлопнула дверь и прислонилась к ней, борясь со слезами, от которых горели глаза. Ну, почему, никто не мог забить на это?
Через минуту в мою дверь тихо постучал Димитрий и сказал:
— Не хочешь поговорить?
— Нет, — ответила я, еле ворочая языком.
— Я рядом, если передумаешь.
— Спасибо.
Я легла на кровать, но через несколько минут стены начали сжиматься вокруг меня. Мне надо было выйти на улицу.
Я натянула ботинки, пристегнула ножи и схватила легкий жакет. Запихнув телефон в задний карман, я открыла окно, ведущее в лес, и перекинула ноги через подоконник. Отсюда было всего три метра до земли.
Димитрий стоял у своего окна. Наши взгляды встретились, и он грустно улыбнулся мне. Мы никогда не говорили об этом, но я слишком хорошо его знала. После всех этих лет он до сих пор винил себя за то, что случилось, хотя вина была всецело на мне.
Я быстро обогнула озеро. Чем дальше я уходила от дома, тем больше чувство вины давило на меня. Я ненавидела ругаться с мамой, и всегда чувствовала себя дерьмово после ссор. Она была самым сердечным, самым любящим человеком в мире, и она всего лишь хотела помочь мне. Хотела бы я донести до неё, что мне не нужна её помощь. Мне надо было, чтобы все просто дали мне быть самой собой.
Прогулка не помогала, как это обычно бывало. Поэтому я свернула от озера и побежала, набирая скорость с каждым шагом. Я огибала деревья и перепрыгивала через камни и другие преграды с легкостью, всё глубже и глубже погружаясь в лес. Запахи и звуки леса наполнили меня, не оставив места для отрицательных мыслей и эмоций.