Буря

— Ну, и что теперь?! — выкрикнул Альфонсо, когда они отошли шагов на сто. — Кто тебя просил в мою жизнь вмешиваться?!.. Да кто ты, вообще, такой?!..

Гэллиос ничего ему не отвечал, но, продолжал идти, опираясь на свой посох, и спокойным голосом напевал некую спокойную, задумчивую песнь.

— Не хочешь говорить, ну и не говори!.. А все равно я своего добьюсь, и за тобой идти вечно не собираюсь: да-да — вскоре нам суждено расстаться!

Гэллиос чуть возвысил голос и вот какую песнь услышал Альфонсо:

— Песчаный брег, широкий пляж,
И шелест волн и горный кряж:
На всем спокойствие лежит,
И сказ свой вечный говорит…

На брег песчаный вышли двое,
Объятые душевным боем,
И жаркий спор ведут, ведут,
Едва ли волосы не рвут.

Им дела нет до всей природы,
Небес лазурных ясны своды,
На них в безмолвии глядят,
Они ж, слепые, спор вершат.

Один кричит: «Нет ты не прав;
Ты то сказал свой мозг поправ»,
Второй в ответ: «Ты сам простак,
А то и вовсе ты дурак!»

Так все кричали, расходились,
Я в ярости уж ослепились,
За волосы себя дерут,
Одежду с ревом с рыком рвут.

И так до вечера сражались,
Пока их силы не скончались,
Не пали вместе на песок,
Не обласкал их ветерок…

То был закатный, тихий час,
Шептали волны свой рассказ;
И над игривой волной,
Все полнилось мечтой одной.

Лежали час, лежали два:
Кометы ясная глава,
Уж в небо черное взошла,
И вечность звезды разожгла.

И тихо шепчет тут один:
«Как день был труден, день был длин;
Мы спали, кажется, мой брат,
И был пред нами сущий ад».

«Да… И о чем?.. Какой спор…
Какой-то грязный, вздорный сор.
Но, мы проснулись, милый брат,
И я спокойствию так рад».

По утру вдаль они ушли,
И вскоре свой кошмар нашли,
И вновь, в наитии слепом,
Терзались там кошмарным сном…

Песчаный брег, широкий пляж,
И шелест волн и горный кряж:
На всем спокойствие лежит,
И сказ свой вечный говорит…

Альфонсо внимательно слушал спокойный, ясный голос старца, но, как только рассказ был окончен, так и заговорил с прежним гневом:

— Ну, и зачем вы мне это рассказали?! Ну, да — понимаю, конечно. Хотите сказать, чтобы я успокаивался, что все эти мои порывы — все это «вздорный сор». Но — это не «сор» — это душа моя такая!.. То, что хорошо для вас, совсем не обязательно должно быть хорошо и для меня!..

Но он продолжал идти за ним и дальше, а Гэллиос больше ничего не говорил, но все силы выкладывал в ходьбу, так как понимал, что, чем быстрее они доберутся до крепости, тем лучше. Так, без остановок, шли они и час, и второй, и, наконец, вышли на брег морской, который простирался еще на полверсты ледовым полем, и уж там, открывалась тихо колышущая серебром поверхность: даже и не верилось, что вода там ледяная, а не ласковая, теплая. И здесь то Гэллиос позволил себе ненадолго остановится, так как очень уж, за прошедшую дорогу истомился. Он крепко обхватил обеими руками посох, из всех сил прижимал его к груди и тяжело дышал.

Вот обратился слабым голосом к Альфонсо:

— Наверное — это все от оторванности от родной земли. Там-то, в Нуменоре, и воздух теплее, там то, все о детстве, о юности говорит; как бы хотел, хоть бы теперь, перед смерти, ступить на родимую землю; тихо то на колени опустится, обнять ее…

— Довольно! Довольно! — пророкотал Альфонсо, и тут же, стремительно, стал прохаживаться из стороны в сторону. — Вы… вы… да как вы смели! — неожиданно вскричал он и даже ногою топнул.

— Что же я смел? — тихо переспросил старец.

— Смели разлучить меня с Нею! Да, да!.. И я то… Как же я мог позабыть?!..

И, действительно, на какое-то время, Альфонсо позабыл про Нэдию, и вот теперь, как вспомнил — так уж только про нее и мог думать, и все мучительнее становилось, что нет ее рядом:

— Кто вас просил вмешиваться да ты, старикашка!

Гэллиос ничего не отвечал, но смотрел на него тихим, кротким взглядом. Альфонсо распалялся все больше, он уже почти ничего не видел, но продолжал метаться из стороны в сторону, словно хищный зверь в клетку пойманный:

— Проклятье на тебя! Зачем подглядывал?!.. Да — я выгнал лошадей, ну и что теперь — зачем было рассказывать, когда они уже были возвращены, а я получил награду?!.. Теперь и тебе и мне плохо! И куда ты меня увел?! Где теперь Она?! Отвечай, где Она?!!