Ксеон хмуро кивнул, посмотрел на рыжеволосого сильфа, а тот направился к двери.
— Поправляйся, напоследок бросил Аргон и скрылся за порогом.
Ему многое предстояло обсудить.
Аргон поднимался по ступеням, обдумывая слова Ксеона. Почему Алман до сих пор не верил в магию стихий? Неужели он был настолько слеп? Алмана считали расчетливым и черствым королем. Н о он не слыл глупцом. Он начал войну, прекрасно понимая, что его брат не оставит королевство без наследника. Неужели он действительно верил, что у сына Вигмана, пусть болеющего и молодого, не найдется сил для ответного удара? Он, в конце концов, такой же Барлотомей, как и сам Алман, а их во все времена называли неимоверно заносчивыми гордецами. Королям нельзя ошибаться. Народ всегда помнит, когда их веру превращают в оружие, и мстит, если правители не оправдывают их ожиданий.
На что же рассчитывал Алман, ведя себя как незрячий глупец?
Аргон свернул на очередном лестничном пролете и неожиданно увидел Эльбу. Она шла по коридору в сопровождении Герарда, Нейрис и нескольких слуг, которые держали подол ее длинного, плавающего волнами по воздуху, ярко-фиолетового платья. Ее глаза отливали странным, аспидно-синим цветом. Герард остановился, как и Нейрис, а Эльба застыла только перед сильфом.
— Вы от Ксеона? Она нахмурилась. С ним все в порядке?
— Да, он пришел в себя.
— Я очень рада. Я хотела навестить его вместе с Нейрис и убедиться, что он ни в чем не нуждается. Вы точно уверены, что ваш друг поправляется?
— Я ведь не лекарь, но, кажется, ему лучше.
— Вы куда-то торопились?
— К тебе. Девушка в растерянности приоткрыла губы, а Аргон поспешил добавить. Как только Ксеон пришел в себя, он рассказал мне о том, что произошло в Арборе. И я хотел попросить, чтобы ты собрала совет. Только тех, кому ты можешь доверять.
— Я могу доверять Догмару и Кнуту. Герард проследил за ними, Аргон, и не заметил ничего подозрительного.
— Ты уверена?
— Сейчас мало в чем можно быть уверенным. Но я так думаю.
— Они твои люди, Эльба. Сама решай, стоит их звать или нет.
— Вы хотели поговорить прямо сейчас?
Аргон кивнул, и тогда Эльба решительно повернулась к Герарду и скомандовала:
— Найди Хьюго Кнута и Эрла Догмара. Пусть они прибудут в малый зал.
— Да, госпожа.
— А Хуракан…
— Хуракану я сообщил, вмешался предводитель, он придет.
— Отлично. Тогда пойдемте, подождем остальных в зале. Девушка сошла с места и настороженно взглянула на юношу. Вести плохие, верно?
— Не помню, когда в последний раз вести были хорошими.
— Вы уверены, что юноша в состоянии трезво оценить произошедшее? Аккуратно поинтересовалась Нейрис, выпрямив изящную спину. Она шла рядом с племянницей, и с теплотой держала ее за руку. Поймите меня правильно, ваш друг сильно пострадал.
— Ксеон пришел в себя.
— Но он ранен.
— Боль от ран не затуманила его рассудок.
— А что с деревянным клинком первого человека? Ему удалось что-нибудь выяснить?
— Алману не понравились вопросы Ксеона про клинок, и чуть погодя Аргон мрачно продолжил, ему вообще вопросы Ксеона не понравились.
— Сейчас кто-то находится рядом с вашим другом?
— Я попросил Томми покараулить у двери лазарета.
— Томми, королева нахмурилась, пытаясь вспомнить о чем-то важном, ее мысли все кружились, переплетались и смешивались в голове, и она наконец-то кивнула, ваш друг, Томми, он рассказал вам о том, что случилось вчера вечером?
— О Милене де Труа?
— Милена сделала то, о чем всегда говорила, подавлено прошептала королева, она не стала жить без сына. Говорят, что она прыгнула с одной из башен, ее тело упало в реку, и течение унесло его далеко за пределы замка. Я даже не знаю… не представляю…
— Эльба, Аргон бросил на девушку грозный взгляд, надеюсь, ты не собираешься и в этом обвинять себя. Каждый выбирает свой путь. Вольфман умер ради страны, а Милена умерла ради Вольфмана. Их решения были осознанными.
— Их решения были отчаянными.
— Впасть в отчаяние тоже выбор.
— Выбор, у которого из двух вариантов лишь один возможный.
— Милена могла и дальше жить, но она предпочла умереть. Твоей вины здесь нет. В глазах сильфа сверкнула стальная непоколебимость. Мы не настолько важны, насколько может показаться. И не все что происходит, происходит по нашей вине.
— Кто бы говорил.
Аргон удивленно вскинул брови, а нимфа перевела дыхание и пылко продолжила:
— Вы ведь постоянно себя во всем вините. В том, что случилось в Рифтовых болотах, и в том, что произошло с вашим отцом, и даже то, что Ксеон в лазарете, вы наверняка уже приняли на свой счет. Простите, возможно, я ошибаюсь. Но я вижу вас именно таким.