— Конечно, вернусь.
— Пообещай!
— Я обещаю, юноша сжал в пальцах ее худые плечи и кивнул. Он надеялся, что его твердый взгляд придаст ей сил, уверенности, веры, я вернусь, Эльба.
Королева медленно кивнула. Она сняла с запястья серебряный браслет и протянула его Аргону. Он с интересом нахмурился, а она поспешила сказать:
— Это вещица моей матери.
— Змей, пожирающий свой хвост… задумчиво протянул молодой предводитель. Я давно хотел спросить, что означает этот символ.
— Вечную жизнь. Мне подарил его отец, сказал, что браслет приносит удачу.
— Вот пусть он и приносит удачу тебе, а я не могу его взять.
— Можешь, конечно. Нимфа раскрыла прочный замок и надела украшение на руку мужчины; он в очередной раз нахмурился, чувствуя прикосновение холодного металла, а девушка отступила назад. Она попыталась что-то сказать, но не нашла в себе сил. Стояла, молча втягивая горячий воздух, и беспомощно сжимала в кулаки пальцы. Браслеты еще не спасали от смерти. Но, возможно, мысли о том, кто его дал…
Аргон притянул девушку к себе и нежно поцеловал. Он обнял ее, уткнулся носом в ее угольные волосы и глубоко втянул сладостный запах, нужно было насладиться им, как в последний раз, прикоснуться к ее коже, как в последний раз. Сильф поцеловал ее в лоб, а нимфа поцеловала разбитые костяшки его пальцев. О ни зажмурились и дали друг другу негласную клятву, которая была прочнее многих брачных уз.
— Мне пора.
Аргон приподнял голову, не в силах разомкнуть объятий, и неожиданно заметил на перекрестке знакомое лицо: мужчина смотрел на них, не скрывая искреннего изумления, мужчина застыл, не представляя, отчего его сердце перестало биться. Мужчина быстрым шагом покинул улицу, как только сильф встретился с ним взглядом, и испарился.
— Эльба, молодой предводитель отстранился и взглянул в голубые глаза девушки, я дал тебе обещание, теперь и ты пообещай, что не станешь бросаться в пекло.
— Не нужно обо мне беспокоиться, прошептала речная нимфа, приложив ладонь к лицу сильфа, я буду здесь, когда ты вернешься. Просто знай об этом.
— Я знаю. Знай и ты, что я вернусь к тебе, что бы ни случилось.
Эльба кивнула, и Аргон вновь страстно поцеловал ее, а потом выпустил из объятий и резко сорвался с места. Он выбежал из переулка, огляделся и направился в сторону лагеря. Н еприятное ощущение разлилось в груди. Ему предстояло многое объяснить, но сейчас на это не было времени, и он бы отложил разговор, но почему — то чувствовал, что не сумеет.
— Ксеон, окликнул он друга, заметив того в толпе солдат, подожди.
Темноволосый юноша продолжал маневрировать между воинами, хромая на правую ногу. Он шел вперед уверенно и быстро, будто пытался оторваться от стаи голодных псов. Аргон упрямо следовал за ним, но тот, словно и не слышал его голоса. Сильф недовольно прибавил скорость, стараясь не сбить никого на пути, и вытянул перед собой руку:
— Да стой же ты.
Его ладонь упала на плечо Ксеона, но тот сбросил ее и пошел дальше.
— Я хочу объяснить.
— А я хочу это слышать?
— То, что ты увидел…
— Увидел, юноша стремительно обернулся, и друзья едва не врезались друг в друга, я ведь не слепой, глаза у меня на месте.
— Я хотел рассказать, но потом решил, что есть вещи важнее моих отношений…
— … с королевой? Карие глаза Ксеона налились странной растерянностью. Он едва сдерживался от ругательств, от гнева, он едва сдерживался от горькой обиды. Аргон, ты лишился рассудка, совсем спятил.
— Говори тише.
— С каких это пор тебя волнует мнение окружающих?
— Сомневаюсь, что мы с Эльбой в этом похожи, процедил сильф, схватив друга за плечо, и оттащил в сторону. Тот ощетинился и недовольно бросил:
— Руки убери.
— Я не хотел тебе врать. Ты мой лучший друг, и я должен был сказать правду. Но у нас не было времени на разговоры по душам. У нас даже сейчас нет на это времени.
— О чем ты думал? Едва слышно прошипел Ксеон. Он приблизился к Аргону и так на него посмотрел, что сильф порывисто отвернулся. Но Ксеон глаз не отвел. Он смотрел на своего друга и чувствовал, как внутри пульсирует сгусток разочарования. Он сжимал в кулаки пальцы, он стискивал зубы. Он пытался найти ответы на свои вопросы и, конечно, не находил. Юноша порицательно прищурился. Она королева.
— Я знаю.
— Она не девица с Фиэнде-Фиэль и не увлечение.
— Я знаю, громче повторил сильф и обернулся. Тяжелый навес над шатром скрывал их лица от прохожих, бросая темные тени на сверкающие гневом глаза.
— Тогда что ты творишь? У нее только что умер супруг, Станхенг только что потерял своего короля, а ты даешь волю чувствам на улице, в переулке, как будто она…