Валери пошла красными пятнами.
— Да чушь это! Не было такого!
— Было, — возразила Дана, — я тоже это видела. После этого филин Кхиры пропал.
Беата вздрогнула и бросила взгляд на пленных ведьм: паук Мавис тоже исчез. Она все еще рыдала и умоляюще тянула руки к Беате. Кхира сжалась и спрятала лицо в коленях, будто пытаясь исчезнуть.
— Где их фамильяры? Их кто-то специально уничтожил? — спросила сбитая с толку Беата.
— Нет, — Эва, Дана и Лили дружно покачали головами.
— Что вы им скормили? Голди?
Та отвела взгляд. Александр обеспокоенно взглянул на нее.
— Любимая, ты ведь не причинила им вреда? За преступления их обеих ждет казнь, но это не дает тебе права вот так их травить.
Мавис, услышав это, издала дикий вопль.
— Госпожа Ата, простите! Простите! Не знаю, что я сделала, но пощадите вашу Ясмин, пожалуйста! Я буду хорошей! Я же была вам нужна, почему вы меня бросаете?!
— Голди! Валери! Что вы им скормили?! — рассердилась Беата. — Признавайтесь, быстро!
— Такова была воля Калунны! — крикнула Валери. — Она собрала нас троих, дала по жемчужине и велела всунуть в рот поверженным противницам! Сказала, нам все равно придется с ними драться и рисковать жизнью, но если мы хорошо проявим себя, то получим награду! Мне она обещала пятьдесят лет юности: я начну стареть только после шестидесяти семи, и у меня будет впереди еще целая жизнь! А если буду хорошо служить, то получу еще годы и десятилетия жизни и никогда не умру! Голди обещали по тридцать лет на нее и на Александра и один шанс на воскрешение, а Адалинде — дочек ведьм и по двадцать лет для нее и Питера, либо сорок ей одной. Мы делали то, что нам велела наша богиня, ясно?
Александр тут же успокоился.
— Так это приказ Калунны? Тогда все в порядке.
Джеральд недоуменно нахмурился, но ничего не сказал.
Беата ничего не понимала. Такие шикарные награды Калунна не могла выдать просто так. Голди, Валери и Адалинде в любом случае пришлось бы сражаться. И зачем сводить Мавис, Кхиру (и Лавену?) с ума? Какой в этом смысл? Что еще за жемчужины им засунули в рот? И куда пропали их фамильяры?
— Наставница, у Мавис на шее кулон с таким же зеленым жемчугом, какой использовали Голди и Валери, — сказала Дана, указывая на ту пальцем.
Из-за ворота Мавис действительно выглядывал золотой кулон в виде четырехлистного клевера с четырьмя зеленоватыми жемчужинами.
Беата щелкнула пальцами, снимая колдовской барьер, и протянула руку.
— Дай мне его.
Мавис вскинулась и поспешно сорвала кулон с шеи.
— Это не мое! Я не воровала его! Вы поэтому сердитесь? Но я не знаю, как он ко мне попал! Пожалуйста, простите меня!
Кулон был полон сильной магии: у Беаты зазудели кончики пальцев от прикосновения к нему. Что он делал? И что за зеленоватый жемчуг был в нем?
Беата вздрогнула, узнавая его.
Это была посмертная роса. Такую же подарил ей Гиль. Три штуки она пожертвовала Калунне, а та раздала их Валери, Голди и Адалинде, велев сунуть в рот Мавис, Кхире и Лавене. Но для чего ей это было нужно? Сама Беата сделала из посмертной росы оберег для безопасного посещения загробного мира. Но что-то про жемчужины, положенные в рот, Беата тоже смутно помнила. Какой от этого должен быть эффект? Эйне говорил, что посмертную росу используют в магии смерти, и Беата хотела дать ее Дане, в качестве награды за что-нибудь. Но пока оставила себе. А что о посмертной росе говорила Калунна? Это ведь тоже было как-то связано с ковеном Тринадцати.
— …если я начну отлавливать и похищать ведьм, а затем тащить их на вересковые пустоши, кто-нибудь это заметит, и меня арестуют…
— …зачем тащить их сюда? Ты получила от Гиля отличные жемчужины: в них можно переносить чужие души. Если вложить такую в рот человека, потерявшего сознание или разум, то ты легко вселишь кого угодно в новое тело. И никто ничего не узнает…
— …я дам тебе обещанных жриц через ритуалы плодородия, если ты не возражаешь…
— …не возражаю…
Беата окаменела.
Она поняла.
Их фамильяры развоплотились. Мавис и Кхира были мертвы. Это вообще не они. В их телах теперь другие души.
Души жриц Калунны.
— Моя богиня, зачем?
— Мне нужны мои ведьмы, а наши враги все равно были бы казнены. Пусть лучше их тела послужат нашим целям. Зато у тебя теперь три новых ученицы, в чьей верности не нужно сомневаться.