— А чего зря время тянуть? Начинай, — улыбнулась Геката.
— Моя госпожа, этот кецаль просто ужасен. Он глуп, упрям и нахален. Я не могу винить его за то, что он преследовал меня, ведь он делал это бездумно, но это тоже показывает его не с лучшей стороны. Можно не оставлять его во дворце?
— Нельзя. Он добрый, ласковый и веселый. И я люблю его.
— Я так и думал.
Гиль фыркнул.
— Отрепетировал? При госпоже Ате скажи, что я злой, завистливый и скучный.
— Она не поверит.
— Все равно скажи! А то будем драться!
Эйне мученически вздохнул.
— Моя госпожа, он злой, завистливый и скучный.
— Не верю, — весело ответила Геката.
— А еще ужасно глупый.
— У него другие достоинства.
Гиль замер. Посмотрел на нее.
— Вы двое надо мной смеетесь, что ли? Геката… ты — владычица Ата?
— Да, мой хороший, — она нежно улыбнулась ему.
Гиль возмущенно засопел и задергал ушами.
— Но так нечестно! Я же избежал пророчества! Не поехал на турнир и упустил Эйне! Он занял мое место!
— Я свое место занял. А ты петлял как заяц и пришел туда, куда должен был, — Эйне скрестил руки на груди. — Пророчества нельзя отменить. Они всегда сбываются, не раньше, так позже.
Гиль закусил губу и посмотрел на Ату.
— Но зачем ты меня искала?
— Мне нужен был лучший и самый ловкий охотник в империи, способный обернуться небольшим зверьком. Я обратилась с этим к твоей матери, и она рассказала о твоем побеге и его причине, — Ата погладила Гиля по плечам, — ты заинтересовал меня, и я решила поискать тебя сама. Мы могли никогда не встретиться, но судьба свела нас на случайном шабаше. Я догадалась, что это ты, но ты сбил меня одной формой и другим именем. Светловолосых кецалей много, а ягуар — популярный облик, как любой сильный хищник. Я искала тебя, не зная, что давно делю с тобой пищу и постель. А потом ты сам, без колебаний, блестяще выполнил то, что от тебя требовалось.
Она провела кончиками пальцев по его лицу от лба до подбородка.
— В награду я дарю тебе сто лет жизни, Гиль сын Уны. Проживи их, как пожелаешь. Но раз уж ты видел свое будущее со мной, стань моим охотником и оставайся рядом. И я обещаю, что ты будешь свободен и любим мной. Ты сможешь уйти в любой миг, как пожелаешь.
Гиль пошевелил ушами. Все было хорошо, но он чувствовал какую-то детскую обиду. Не на Ату или мать, а на судьбу: ведь сбежал же! Отказался быть слугой и любовником, а в итоге все равно понравился Ате и очутился в ее объятиях. Она забрала его домой, как шкодливого бездомного кота, и сделала своим охотником.
Он опять проиграл? Или может еще сопротивляться судьбе? Нет, не любви Аты, не дурак же он, в самом деле? Но что, если он не будет ее охотником?
— А можно я буду валяться на подушках, развлекать тебя, грызть орехи и больше ничего не стану делать?
— Можно. А не заскучаешь?
— Если заскучаю, найду себе развлечение.
— Так он еще и бесполезен. Потрясающе, — пробормотал Эйне, и Гиль тут же решил, что орехи будет грызть у него на постели. И валяться там же.
Должен же он хоть как-то отомстить этому хитрецу, раз бить его нельзя? За свои поступки нужно нести ответственность, и Эйне должен будет это усвоить. А Гиль ему в этом поможет.
Он широко улыбнулся.
— Тогда я останусь с тобой, моя госпожа. И с этим отравителем. Чтобы ему жизнь медом не казалась.
— Только вы должны подружиться. Никаких драк, ясно? — строго велела Ата.
— Ясно. Подружимся, — пообещал Гиль.
— Как прикажешь, госпожа, — Эйне поклонился.
Ата полюбовалась на них обоих и сказала:
— Как же хорошо, что ваша раса не умеет ревновать. А то бы точно передрались. Или все-таки кто-то ревнует?
Гиль и Эйне одинаково поморщились, подавляя отвращение.
И почему люди не стыдились говорить о ревности? Это же было ужасно позорно.
— Нет, госпожа. Мы же не люди.
— Вот и славно.
Следующие сто лет у Гиля выдались веселыми и насыщенными. Он помирился с матерью, подружился с Эйне, несмотря на его упорное сопротивление, вдосталь повалялся на подушках, десятки раз подрался с человеческими охотниками, легко провоцируя их на это, любил госпожу Ату как в первый раз и наконец признал, что пришел туда, где ему самое место. А раз так, стоило ли переживать, что все это было предначертано ему? Кто будет против гарантированного счастья? Любви и дружбы, которая осталась с ним даже после смерти?
Он все-таки стал охотником Аты. Лучшим из лучших. Почти: Гиль великодушно делил этот титул с Эйне, чтобы тому не было обидно. Впрочем, со временем они привыкли действовать вместе и всегда занимать одну сторону. Другие охотники госпожи Аты появлялись и исчезали, а Гиль и Эйне всегда оставались рядом с ней. Были любимы, любили и пользовались ее полным доверием.