- Значит, он встречался со своим прошлым?
- А что, кто-то этим хвастал? – хмыкнул я.
- Верно, - рассмеялся Пьер. – Никто не видел себя из будущего. Это было бы изменением прошлого и накладывало кару. Время запирало их во временной петле. Представим, вы идёте по дороге и попадаете на перекрёсток. Сворачиваете, скажем, направо, там на вас нападают и убивают. Часовщик даёт второй шанс, вы вновь на том же месте, но убийц ещё нет. Возвращаетесь обратно, перед вами снова выбор. Свернув на новую дорогу, вы продолжите жить. Повернув на старую дорогу, встретитесь с собой. Мы разбираем петлю, а потому сворачиваем на старую. Встречаем себя из прошлого и говорим: «Я – это ты». Это и будет началом петли. Что дальше? Ваше прошлое сворачивает в другую сторону и выживает. Но тогда нет встречи с Часовщиком. Нет возвращения в прошлое. Нет предупреждения об опасности. Одновременно вы и погибаете, и выживаете. И так бесконечно. Есть поверье, что отсюда и произошли призраки. Время от времени люди могут видеть, как призрачные фигуры повторяют одни и те же действия. Возможно, это и есть та самая петля.
Я сонно кивнул. Лекция оказалась не самой интересной, а потому меня начало клонить в сон. Стук в дверь заставил резко поднять голову. В кабинет вошёл какой-то солдат и передал несколько слов Пьеру, а потом так же тихо вышел, скользнув беглым взглядом по нашим рядам.
- Жан, тебе после занятий надлежит явиться в Собор, - обратился ко мне преподаватель.
- Зачем?
- Полагаю, для тебя не станет неожиданностью, что ты был прикреплён к отряду Карателей?
***
Величественно Собор возвышался над Верхним городом. На куполах ярко горело солнечным светом золото, белые стены, освещённые лучами, синие узоры вокруг окон. Собор был похож на сказочный дворец. Справа к нему лет двести назад пристроили башню, можно было видеть колокола, и когда они звенели, их песня плыла в тугом воздухе, собирая людей на службу. Вокруг невысокий забор, увитый плющом, растение цеплялось миллионными костлявыми пальцами за выступы и трещины, укутывая доски зелёным одеялом.
Стоило войти внутрь, как я замер в восхищении. Тихий свет лился из стрельчатых окон, своды лёгкие, торжественные, розовые и пурпурные оттенки царили вокруг. Стены украшали многочисленные фрески: святые, смотрящие на людей внимательно, доброжелательно и с понятной долей грусти. Фрески, разделённые красными и чёрными линиями, славили их, нёсших свет церкви при жизни и вынужденных нести после смерти. Войдя в неф, откуда в разные стороны расходились коридоры и лестницы и где проводились службы, я увидел человека в форме Ордена. В сущности, она ничем не отличалась от формы студентов, разве что покрой иной, а цвет и основные детали оставались прежними.
- Капитан Корвин.
- Вижу, ты меня помнишь.
- Вас сложно забыть.
- В академии ты сильно изменился.
- Не понимаю вас…
- Неужели? Я вижу тебя насквозь, Жан, как могу видеть и то, во что ты превратился. Мне известно твоё происхождение.
Я нахмурился, не понимая, но в голосе звучала угроза, и это подало знак. Пора раскрывать карты.
- Подумать только, капитан угрожает ребёнку. Где же ваши принципы? Впрочем, вы их уже нарушали, как и данную Ордену клятву. Ваш истинный облик никому не понравится. Я рад, что вы решили поднять эту тему сейчас, прежде чем мы отправились на задание, где я могу сгинуть. И вам тоже бы стоило порадоваться, ведь в случае моей смерти ваша карьера пойдёт на дно.
- Да что ты можешь сделать? – напряжёно сощурился Корвин.
- Давайте объясню, - предложил я, вяло пожав плечами. - Ваш сын…
Капитан резко развернулся и неожиданно припёр меня к стене, уперев руку мне в горло. В его взгляде я разглядел тревогу, смешанную со злостью.
- Не смей его тронуть, - прошипел он.
- И мысли не возникло. Отпустите.
Он отступил на шаг, не сводя с меня взгляда, полного ярости.
- Я знаю о ваших делах. И если со мной что-нибудь случится, ваша занятная история спасения жизни мальчика всплывёт в самых ярчайших подробностях. Вам придёт конец.
- Что ты знаешь?
- Думаю, вы уже поняли. Какое несчастье, ваш сын болел волчанкой и вот-вот был готов отправиться на Высший Суд, но вы не оставляли попыток его вылечить. И для этого связались с Робином, чтобы он достал вам Искру. Удивительно, что вы знали, как её разрушать, эти знания под запретом даже для Карателей. Не представляю, сколько законов вы нарушили, чтобы…
- Довольно! – с ненавистью прервал меня капитан. - Ты ничего не знаешь! Ничего! Да, я использовал запрещённые знания, но у меня были причины! Мой сын умирал, и я должен был что-то сделать! Я бы никогда не простил себе его смерть!
- Зато с лёгкостью собирались простить мою.
- А как поступил бы ты?
- Я не собираюсь ставить себя на ваше место. Вы можете убить меня и тем самым уничтожить себя самого. И свою семью в придачу, что уж там. Сыну предателя будет легко жить, как думаете? Но можно выбрать и другой путь. Забудем обо всём. И никто ничего не узнает.
Корвин сосредоточенно размышлял, пару раз он опускал взгляд на рукоять меча, затем снова смотрел на меня.
- Не вижу смысла что-то менять, - выдавил он, наконец.
Он привёл меня в небольшое помещение, где уже находились остальные члены отряда. Пять человек в совершенно одинаковых формах, различие между ними было разве что в нашивках на правых рукавах, отображающих их статусы в Ордене. Три лейтенанта и два рядовых.
- Выходим в девять, - произнёс Корвин. – Портовый район будет заблокирован, раньше это сделать не представляется возможным.
- Погодите… как портовый? – подал я голос.
- Эти твари сумели пробраться в столицу, - отозвался мужчина и продолжил инструктаж, больше для меня, чем для своих подчинённых. – Все получат переговорные амулеты, чтобы иметь возможность связаться с остальными членами отряда. Разделимся по одному. Жан, ты будешь со мной. В одиночку никуда не отходи.
- В туалет тоже, - хохотнул солдат, которого называли Аржуном.
- Учту, - улыбнулся я.
- Если заметите цель, следует предварительно оповестить о её местонахождении всех членов группы и дожидаться их появления. Нападать по одному слишком рискованно. И, тем более, никаких игр в живую приманку. Нрим, это большей частью относится к тебе. Ты понял?
Мужчина рядом со мной вяло помахал рукой, мол, приказ понятен и принят к сведению.
- Замечательно, - кивнул Корвин. – Сейчас на подготовку. Перинье, я выдам вам обмундирование и амулет, а так же объясню, как им пользоваться.
Мы вышли из комнаты. Всю дорогу я с любопытством рассматривал окружающие предметы. Коридоры почти не отличались от тех, что в академии. Та же серая строгость, минимум украшений, в которых здесь нет необходимости. В оружейной мне понравилось. Такое разнообразие оружия, что глаза разбежались. Даже щиты на подставках самые разные. И осадные, и призванные защитить всё тело, и облегчённые варианты, которые можно с лёгкостью разместить на спине. Единственное, что их объединяло – символ церкви на каждом. Корвин дал лёгкие доспехи и помог их закрепить, потом мы выбрали меч, чтобы подходил по размеру и весу, и только после этого отправились за амулетом.
Признаться честно, внешний его вид меня разочаровал. Помня, что он создавался при помощи магии, я был уверен, что он будет выглядеть если не внушительно, то, хотя бы загадочно. И обязательно будет исписан непонятными рунами. Но это оказался небольших размеров прямоугольник, длиной с мой указательный палец, подвешенный на цепочке. Вся его поверхность была совершенно гладкой, никаких намёков на символы.
- Амулеты имеют разные цвета, - начал объяснять Корвин. – У нашего отряда цвет серебра. Он может связаться только со своими братьями, а потому наши переговоры никто посторонний не услышит. Чтобы активировать, нужно сжать его в ладони, а потом начать говорить. Ответ будешь слышать в голове, но только если амулет будет надет на шею. Поэтому не вздумай его снять во время задания. Сейчас идём на плац, там обсудим тактику, так же расскажу, на кого будем охотиться. Что у тебя стоит в дополнительных предметах?