- Понимаю, моя вина безмерна, но мне хотелось бы, чтобы вы выслушали Цепеша. Он может подтвердить, что всё было подготовлено в высшей мере тщательно и добросовестно.
Капитан откинулся на спинку стула и потёр виски.
- Какое отношение он имеет к этому приказу? Он лишь преподаватель.
- Я знаю, но он попросил посвятить его во все подробности, и я счёл это необходимым, полагая, что он окажет всю необходимую поддержку, и не ошибся.
Пару секунд в кабинете стояла тишина, затем Лоренс перевёл взгляд на лейтенанта Шульза.
- Проверь это, и подними все документы, так или иначе связанные с Цепешем.
Лейтенант поклонился, приложив кулак левой руки к правой части груди, и быстрым шагом вышел за дверь. Он всегда чётко выполнял все приказы, за что его одновременно и ценили, и недолюбливали. Сейчас, когда в Ордене шли бесконечные проверки, многие Каратели стали вести рядом с ним намного серьёзнее. Уже нельзя было услышать пущенных мимоходом шуток в адрес Верховного Инквизитора или язвительного комментария по отношению к новому приказу короля – все это неизбежно привлекало внимание Шульза. Но именно за эту его способность всё слышать и усваивать любую толику информации капитан и ценил его как отличного работника, умеющего мыслить объективно и не давать воли дружеским чувствам.
Натан проводил его взглядом и повернулся к капитану.
- Вся ответственность за провал лежит на мне. Я приму любое наказание.
- Сегодня я хочу увидеть подробный отчёт об организации защиты. Когда его доставят, тогда и подумаем, что делать с вами.
- Я хотел сказать, что нет необходимости проверять Цепеша. Я уважаю его, как преданного Ордену человека и готов поручиться…
Капитан поднял руку, останавливая его.
- И как мы можем довериться вашему слову? Если вам больше нечего сказать, можете идти.
***
Опустившись в кресло, Молчун довольно улыбнулся, проведя ладонями по шершавой, отмеченной временем поверхности стола. Как же давно он не был в своей комнате в Лигии, уже и соскучиться успел по этому месту. Но вскоре больше не придётся скрываться. Уотто уже должен был прибыть в столицу, скорее всего, сейчас рассказывает Ордену всю правду о Цепеше. И хотя его слова поначалу никто не примет всерьёз, задумка быстро принесёт свои плоды. Осталось несколько дней до атаки на академию, многие вещи всплывут наружу, а уж там принц постарается, чтобы Цепеша связали со многими преступлениями. Если повезёт, Домина захватят в столице, и он больше не будет доставлять нам неудобств. Если же нет, придётся разобраться с ним самостоятельно. Надо только продумать мелочи. Впрочем, это уже не его задача, Кайл и сам справится. Ему остаётся только тихо и мирно дожидаться собственной смерти, а до того момента он вряд ли будет чувствовать себя в безопасности.
- Жан, - голос Цепеша заставил его ощутимо вздрогнуть.
Резко вскочив с места, он уставился на мужчину, тот неспешно прошёл по комнате, держа на губах улыбку довольного жизнью человека. Ответив ему тем же, Молчун согнулся в почтительном поклоне. Спина не переломится, а показывать неуважение пока нельзя.
- Почему ты здесь? – осведомился он. – Я полагал, ты сейчас должен быть с Николасом.
- Поиски Минуса провалились, мы пока не знаем, в какую сторону двигаться. Я вернулся, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Не сомневаюсь, что мне удастся снова напасть на его след.
- Да, я получил отчёт, - кивнул мужчина. – Уверен, ты не заставишь меня слишком долго ждать.
Молчун кротко кивнул и вперил взгляд в пол, ненавидя его всей душой. Эта сволочь даже вида не показывает, что знает, где артефакт. Да ещё и вынуждает меня вернуться к поискам.
- Что удалось придумать?
- Мне удалось отыскать капитана Корвина, - отчеканил юноша. – По удачному стечению обстоятельств он был пьян и рассказал, кто может знать о местонахождении артефакта. На данный момент этой информацией располагает только Фарвен. Я подготовил всё для атаки, уже скоро мы отправимся за инквизитором и получим необходимые сведения.
- Значит вот как… – протянул он, окинув юношу оценивающим взглядом. - Надеюсь, ты будешь достаточно осторожным, как в словах, так и в действиях.
- Непременно.
- Кстати говоря, я подготовил для тебя особое оружие, - он улыбнулся и протянул свёрток, который держал в руках. Молчун тут же развернул его и с восхищением посмотрел на тонкий изящный клинок. В свете лучей солнца меч сверкнул серебристыми прожилками в зелёном металле, при взгляде на лезвие создавалось впечатление, что оно просвечивает насквозь. Рукоять из белой кости с изящными узорами покрылась волнами, когда юноша взял её в руки. Молчун выдохнул, чувствуя, как меч подстраивается под руку нового владельца.
- Что это?
- Клинок из торрийна. Единственное оружие, которым можно убить метузеллу. Но с ним нужно быть осторожным. Эти мечи могут открывать свои желания владельцам. А чего может хотеть оружие?
- Крови?
- Именно, - Цепеш шагнул ближе, касаясь кончиками пальцев острого лезвия. – Он хочет крови. Слышишь, как он говорит тебе об этом? Как он вибрирует в твоих руках, жаждая убивать?
Чуть помедлив, юноша кивнул, не сводя восторженного взгляда с клинка.
- Думаю, тебе стоит опробовать его в действии.
- Сегодня ночью?
- Да, это будет отличной возможностью, ты так не думаешь?
Покрутив меч в руках, Молчун исподлобья посмотрел на Цепеша.
- Он не похож на те мечи, которые я раньше видел в Соборе.
- Люди научились обрабатывать торрийн, но их оружие не имеет ничего общего с оригиналом, выкованным нашими сородичами. Они добавляют немало примесей, из-за чего их торрийн кажется серебром с зелёными прожилками. Но истинный металл изумрудного цвета. И этот меч обладает куда большими возможностями, нежели человеческие подделки. Во время ковки торрийн принимал в себя определённые изменения, он приобрёл многие новые свойства, на разгадку которых ушли долгие столетия. Сколько в те времена было жертв, уже и не счесть. Одно из свойств этих клинков заключается в их энергии, которая вступает в баланс с Искрой, из-за чего мы чувствуем с ними определённое родство. Другим их свойством является возможность наложения печатей. Это и было основной целью создания мечей.
- Что за печати?
- О, это очень интересная вещь, - рассмеялся Цепеш. – Печати могут быть только одного вида, и с их помощью можно заставить метузеллу убивать. Убивать кого угодно, даже их самых лучших друзей. Но это оказалось не самым эффективным оружием. Под печатью метузеллы не могли пользоваться своей Искрой, та была занята вторжением в неё и бросала все силы на враждебную силу. Со временем печати можно было побороть, постепенно мы учились делать это мгновенно. Был разработан целый комплекс упражнений, который вошёл в программу обучения.
- Научишь меня?
- Позже, - усмехнулся он и тут же посерьёзнел. – А теперь слушай меня внимательно.
Юноша вздрогнул от того, как резко тон его голоса сменился холодным и расчётливым.
- Для тебя есть задание. Сейчас я отправлю тебя во дворец, там ты найдёшь и убьёшь Элайзу.
- Что за?.. С дубу рухнул? Никогда!
- Печать уже вступила в силу.
Молчун скрипнул зубами, чувствуя, что никак не могу заставить себя шагнуть в его сторону. Опустив взгляд на свои пальцы сжимающие рукоять, он попытался разжать их, но ничего не вышло. Тело больше не подчинялось ему.
- Ублюдок…
- Это ради победы. А теперь произнесём полный приказ. Я, Владислав Цепеш, приказываю тебе, Жан-Клод Перинье, убить Элайзу.
- Да, господин, - словно со стороны донёсся до меня мой собственный омертвевший голос. Он поднял руку и открыл Переход. Медленно развернувшись, я вошёл внутрь, и радужные стенки за спиной беззвучно сомкнулись.
***
Блики солнечного света лежали на всём – на камнях, листьях и стволах деревьев, на цветах – всё отражало яркие всполохи, а в небе цвёл самый прекрасный ярко-красный цветок. Молчун двигался по аллее, мимо мелькали деревья, но он не обращал на них внимания, мысли замкнулись внутри, он пытался бороться с печатью, заставляющей бежать по парку. Чувства напряжены, слух насторожен и глаз верен, я знал, что осталось всего ничего, и печать приведёт его к жертве.