Выйдя за ворота Линнет и мистер Гильдебранд оказались возле отгороженного соседского садика с дорожками и цветущим боярышником. В самом конце сада росла молчаливая ива, которая слегка раскачивалась.
Маленькая аллея дубов находилась в противоположной стороне, туда и направились Линнет и мистер Гильдебранд. Пройдя в самую глубь аллеи и взяв под руку Линнет, Гильдебранд прогулочным шагом засеменил к маленькой скамейке, которая никем не была занята и пустовала.
Присев на скамейку, он с явным удовольствием заговорил.
- Здесь очень красиво, мой друг. Конечно, это не похоже на мою родную Австрию, но и в Англии можно увидеть красивые места. Кому принадлежит эта чудесная аллея?
- Нашим соседям, Грегору и Фанни Кармайклам. Наша семья очень дружна с ними, потому что мы провели с ним бок о бок не меньше десяти лет. А Дэвид Кармайкл, их единственный сын почти все свое детство провел в нашем поместье, постоянно наведываясь. Он очень любил гулять в палисаднике вместе с Амандой и Бенджамином, - она с грустью в голосе сообщила о последнем.
Кристофер увидел ее нескрываемую тоску по кузену и сочувственно вздохнул.
- Я слышал о горе, постигшем вашу тетю, мисс Вэннервилль. Мне жаль, что я не смог с ней об этом переговорить.
Линнет стерла накатившую слезу и уже отошла от грустной темы.
- Если хотите, мистер Гильдебранд, мы можем сейчас отправиться в город.
- С удовольствием, мисс Вэннервилль.
Мужчина учтиво подал ей руку и они поднявшись со скамейки, направились в самый конец аллеи.
Минув протяженную аллею, они прошли еще целую милю в полном молчании, любуясь растительностью и маленькими коттеджами.
В сам город они попали почти через час неторопливой ходьбы и в полной мере ощутили всю его суетливость, оказавшись у мостовой, по которой спешили люди. Самые различные слои общества шагали по ней. И студенты, и слуги, и даже какие-то дамы. Мимо Линнет прошел какой-то почтальон и оглядев ее, презрительно фыркнул.
Два зеленых автомобиля промчались возле самого носа Кристофера, облив его начищенные туфли водицей из лужицы. Он недовольно буркнул Линнет, что беспокойнее места еще не видел.
Линнет и сама разочаровалась в прогулке, но не показала виду.
- Здесь настоящее буйство, дядя. Давайте перейдем на другую сторону дороги, к библиотеке.
- Библиотека? Что ж, мне кажется, там будет менее оживленно. Поспешим же, мисс Вэннервилль.
В сухой библиотеке оказалось немного посетителей. Читательский зал был пуст и поэтому Линнет, набрав самых разнообразных книг, комфортно там разместилась. Мистер Гильдебранд сидел на маленьком диване, обитом кожей и читал свежую газету, которую, по-видимому, оставил кто-то из недавних посетителей.
Изредка переглядываясь, мистер Гильдебранд и Линнет шепотом обменивались впечатлениями от прочитанного.
Вдруг Кристофер изменился в лице и сильно побледнел. В это мгновение сердце Линнет упало и она поднявшись со своего стула, ринулась к диванчику.
- В чем дело, мистер Гильдебранд? Что случилось, - встревоженно спросила она.
- Прочтите это, - указывая на строчку, произнес мистер Гильдебранд.
"Мистер Оливер Вэннервилль, владелец поместья "Вэннервилль-плэйт" умер от сердечного приступа 27 апреля в преклонном возрасте. Присылать цветы в кафедральный собор Грейс."
Линнет секунду собиралась с мыслями, а потом разрыдалась.
- Ну-ну, будет вам, дитя. Не плачьте. Прошу вас. Кто-то скверно пошутил... Какой-нибудь гадкий журналист, - сочувственно обнял Гильдебранд трепетавшую Линнет.
- Вы так думаете? Я желаю удостовериться в вашей правоте. Хочу поговорить с отцом. Господи... папа!
Со слезами она выскочила из читательского зала и поспешила к библиотекарю, чтобы выяснить, где находится телефон.
Чопорная и молчаливая библиотекарша сидела за столом и перебирала какие-то бумаги. Заплаканная Линнет разрушила тишину и почти криком спросила у библиотекарши, где можно позвонить. Библиотекарша сдвинув брови, указала пальцем на небольшую комнату и безмолвно продолжила заниматься своими делами.
Подскочив к телефону, Линнет молниеносно набрала номер Калифорнийского санатория, где проживали мистер Вэннервилль и миссис Вэннервилль.