Мисилл подождала, пока двое матросов, сматывавших веревки, уйдут подальше. В наступившем молчании Эр'рил обдумывал ее слова. Он был неглуп и прекрасно понимал, к чему ведет охотница. Как только они снова остались втроем, воин заговорил:
— Ты подозреваешь, что чары на Элене — дело рук болотной ведьмы?
Женщина кивнула.
— И снять их, а значит, освободить магию, может только она.
Мисилл взяла левую руку девушки. Широкий плотный рукав скрывал листочки и лианы.
— Она взывает к нам. Если не привести Элену к ведьме, она убьет ее.
— Получается, выбора нет? — спросил Эр'рил.
Мисилл не ответила, вместо нее наконец подала голос Элена:
— Я ненавижу змей.
Спрятавшись в тени, Могвид наблюдал, как корабль уносит его брата и ведьму. Весла поднимались и опускались, направляя судно к глубокому речному фарватеру. Он запомнил название — «Бегущий за тенью».
Теперь Могвид, убедившись, что путники не пересели в последний момент на другую баржу, спокойно вышел из-за угла кузницы. Оборотень зашагал к гостинице, тяжелые удары молота все еще отдавались в голове. Он потер виски, предчувствуя приступ головной боли. Тем не менее, выходя на рыночную площадь, си'лура позволил себе улыбнуться.
Эр'рил мнил себя таким хитрецом, держал план в строжайшей тайне, а Могвид без особого труда все выяснил. Казалось, каждый грузчик в порту уже слышал об одноруком мужчине с надменной женой, сорившей серебром направо и налево. Пара медяков да заданных шепотом вопросов, и он разведал и название корабля, и пункт назначения. На узких улочках Тенистого Потока сплетни ценились ничуть не ниже, чем табачный лист или растительное масло. Сведения — доходный товар, и Могвид теперь обладал самой важной информацией во всем городе. Он знал, куда направляется ведьма — в Конец Земли.
Присовокупив к этому мешочек с рыжими волосами, оборотень рассчитывал получить достойную награду от правителя здешних земель. Он уверенно перешагнул порог «Цветастого пони».
— Твои друзья-великаны ушли, — угодливо окликнул его хозяин. — Сказали, что вы встретитесь за ужином.
Могвид кивнул и, решив, что может позволить себе щедрость, бросил трактирщику медяк. Тот ловко поймал монетку, и через мгновение она исчезла в засаленном кармане. Оборотень отвернулся к лестнице.
— Подожди. Сразу после ухода твоих товарищей прибежал мальчишка с посланием для погорельцев. — Он протянул квадратик пергамента, запечатанный воском.
— От кого письмо? — насторожился Могвид.
— На нем герб лордов Твердыни. — Его глаза вспыхнули любопытством.
— Кого-кого?
— Лорда Микофа и лорда Римана, они живут в замке. Престранные типы. Их семья владела крепостью еще в те времена, когда мой прадед сосал титьку. — Хозяин наклонился поближе к Могвиду. — Интересно, что благородным особам понадобилось от рыночных циркачей?
Оборотень колебался, он ощутил укол страха, коснувшись печати. Может, их заставят платить за склад? Стоит ли дождаться остальных, чтобы вскрыть конверт? Однако жадный блеск в глазах трактирщика напомнил ему урок, только что полученный в гавани Тенистого Потока, — знанием лучше ни с кем не делиться.
Он сорвал печать и быстро прочел письмо.
— Ну, что там? — спросил хозяин, у которого от нетерпения разве что слюна не капала с губ.
Могвид сложил пергамент.
— Нас… Нас приглашают выступить в крепости. Сегодня, с наступлением сумерек.
— Частное представление! Видит бог, вам удалось удивить лордов. Никогда прежде не слышал, чтобы они так поступали. Счастливцы! — радостно верещал трактирщик; вдруг его свиные глазки сузились. — Но если вздумаете перебраться куда подороже, не забудьте, ваши комнаты сняты на четверть луны. Придется доплатить.
Могвид кивнул и на неверных ногах, то и дело спотыкаясь, принялся подниматься по лестнице. За спиной хозяин уже делился новостями с посетителями.
Щелкнув ключом, оборотень скользнул в свою комнату, запер дверь и привалился к ней спиной. Он впервые, после того как прочел записку, глубоко вздохнул. Могвид рассчитывал, что у него будет несколько дней, чтобы придумать и осуществить план. Полагал, что придется разыскивать темных стражей и охотника.