Почесывая живот, д'варф обдумывал новый удар.
Сухощавость конечностей и бледность кожи оказались обманчивы. Там, где Торврен ожидал нащупать слабое место, он встретил мощное сопротивление. Мужчина обладал удивительной внутренней стойкостью, не имевшей отношения к его магическим способностям. Работая с узником, он чувствовал манящий аромат огня стихии — столь явственный и близкий, что едва сдерживал нетерпение. Но чтобы овладеть им, необходимо сломить дух пленника, перенести его в сферу, где темная магия без остатка подчинит себе волю мага, И тогда его энергия перейдет во владение к охотнику и у того появится самый могучий темный страж. Д'варф нахмурился, глядя на упрямца. Тот бросал ему вызов. Его сознание сопротивлялось, отказываясь сгинуть в кровавом огне. Но лорд Торврен знал цену терпению и настойчивости. Вода точит камень, а его пальцы куда сильнее капель.
И все же он так близок к осуществлению своей давней мечты…
Представив Трай'сил, охотник на мгновение позволил себе вообразить, как возвращает утраченное сокровище предков. Он тряхнул головой, прогоняя наваждение. Только не во время работы с эбеновым талисманом. Не стоит привлекать внимание Темного Властелина.
Собравшись с мыслями, он вновь потянулся к камню.
— К-к-кто ты? — пробормотал пленник сквозь потрескавшиеся губы; обожженный язык мешал говорить внятно.
Пальцы Торврена застыли в воздухе: немногие жертвы сохраняли способность к речи после первого испытания. Заинтересованный, д'варф отнял ладони от сферы. Возможно, беседа укажет на слабости узника. Кроме того, у него полно времени, а достойный противник попадается крайне редко. Он едва заметно кивнул.
— Я лорд Торврен. — Он приветственно поднял морщинистую руку. — И я не помню, чтобы имел удовольствие узнать твое имя.
От обгоревшей макушки пленника все еще вился дымок, но глаза его были спокойны.
— Лорд Мерик, — твердо ответил тот. — Из Дома Утренней Звезды.
— Хм… Достойный род. — Торврен усмехнулся, и толстые губы обнажили широкие челюсти.
— Ты д'варф.
Торврен вновь поклонился.
— Верно. Нас, д'варфов, осталось мало, а я последний из лордов. Откуда ты о нас знаешь?
Голова пленника начала клониться от усталости. Боль наконец подорвала его силы.
— Когда-то мы были союзниками, — сказал он, и в его голосе прозвучала печаль. — Наши народы связывала дружба.
— Кто ты? — Охваченный тревогой, Торврен наморщил лоб.
Голубые глаза пленника пронзили его пристальным взглядом.
— Ты обесчестил себя, забыв прежних сторонников, элв'инов.
— Наездник бури! — Слова сами сорвались с губ.
Нет, этот человек обезумел. Д'варфы живут подолгу, по несколько столетий, однако еще его предки говорили об элв'инах как о мифических существах. В самой известной легенде рассказывалось о даре, которым наездники бури наделили его народ. Ошеломленный, Торврен впервые за многие столетия осмелился назвать его вслух: Трай'сил.
— Молот Грома, — пробормотал пленник, уронив голову на грудь. — Небесная молния, рожденная в недрах магического грозового фронта, выковала его.
Торврен отшатнулся. Узник знал великие тайны д'варфов! Неужели он и правда из древних элв'инов?
Охотник оглядел обожженное тело — тонкие кости, изящные черты лица. Оба сердца забились быстрее, он был готов поверить. Внутри затеплилась надежда.
Это знак свыше — подобные совпадения не случайны. Нет, сама судьба привела в его руки сильнейшего мага стихии, остается только выковать из драгоценного самородка смертоносное оружие.
Давние воспоминания о родном доме в Гал'готе замаячили перед его мысленным взором: удары молота о наковальню, удивительная песня кузнечных мехов, рев тысяч горнов. С того момента, как д'варфами повелевает Черное Сердце, горны молчат, кузницы стоят пустые и холодные. По зову Темного Властелина народ ушел в чужие страны и там погиб — теперь их осталась лишь горстка.
Кому, как не ему, последнему из лордов, предначертано вернуть великое наследие — Трай'сил.
И с пылом человека, убежденного в собственной правоте, он потянулся к эбеновой сфере.
Едва пальцы коснулись талисмана, разум слился с камнем — его воля обернулась кровавым огнем, и безудержное пламя, внутри которого потрескивала черная магия, устремилось к элв'ину. Огонь отразился в голубых глазах пленника.