— Нет, не ошибся.
Все разом обернулись на огромного темнокожего мужчину. Великан отбросил капюшон, и его бритый череп засверкал в волшебном свете корня.
— Рагнар'к просыпается, сомнений быть не может. Я слышу его голос. Предсказанное свершится. Когда каменный дракон пошевелится, мер'ай и связанный с нею клятвой морской дракон должны находиться рядом, чтобы заклинание сработало. Иначе А'лоа Глен обречен на уничтожение.
Вдруг к огромному темнокожему брату, прикрывая уши, подошел рыжий юноша.
— Он зовет так громко, — вскричал тот, словно пытался перекрыть завывания бури, его лицо исказила судорога боли.
Сай-вен посмотрела на незнакомца: примерно ее возраста, в зеленых глазах плещется хорошо знакомое ей смятение.
— Да это тот мальчишка с лестницы! — рассвирепел Герал. — Морис, как ты посмел притащить его сюда? Ведь он служит Темному Властелину!
— Нет, он сильный провидец, — возразил темнокожий великан. — Рагнар'к зовет его.
Герал попятился.
— Ты нарушил закон, Морис! А ты, Флинт, открыл наши сокровенные тайны чужакам. И ради чего? Из-за какого-то невнятного предсказания! — Он с гневом указал на Сай-вен, и Каст выступил вперед, заслоняя девушку. — Она явилась сюда, не связанная с драконом клятвой. Пророчество оказалось ложным!
Он отошел на несколько шагов, вокруг стали собираться братья, в ком ярость Герала нашла поддержку, — они согласно кивали.
— Их следует изгнать! — наконец уверенно объявил Герал.
Сай-вен поняла, что его подстегивают поддержка и собственный страх. Подходили все новые люди в белом. Флинт попытался возразить, но темнокожий великан положил руку ему на плечо.
— Мы проиграли, — спокойно сказал Морис. — Видение было очень четкое: если рядом не будет дракона, Рагнар'к умрет при пробуждении — утонет в камне, долгие столетия хранившем его. Без помощи мер'ай и ее друга его освободить невозможно.
— Мне очень жаль, — опечалился Флинт. — Я решил… Она ведь мер'ай, и она защищала раненого дракона.
Неожиданно по пещере разнесся громкий треск, и взгляды — даже взгляд Герала — метнулись к высеченному в стене изображению. Сай-вен знала: вопреки собственным возражениям, эти люди ждут, что камень пошевелится.
— Вон там! — крикнул рыжий юноша, указывая на истинный источник шума.
Внимание собравшихся переключилось: слева от древнего изваяния стена вдруг вскипела, словно лава. Пульсация медленно расходилась тяжелыми кругами, валуны потемнели, будто от удара. Вскоре там, где прежде поднималась скала, возникла маслянистая тень. Во всеобщем молчании из бурлящего мрака вырвалась рука с длинным посохом, вокруг которого вилась черная энергия. Казалось, трость всасывает свет и тепло грота.
Сай-вен стало нехорошо при виде танца злой силы, в животе заурчало, и она, попятившись, наткнулась на Каста.
— Он нашел меня. Я привел его сюда, — почти беззвучно прошептал рыжеволосый юноша за ее плечом.
От стены отделилась фигура, опутанная чернильными тенями. Мужчина тяжело опирался на посох, его плечи были опущены. Лицо бороздили морщины, глаза скрывались под молочно-белой пленкой. Следом вышел второй человек, совсем не похожий на старика: величавая осанка, гладкое лицо. Он был наделен особой красотой — но красотой холодной, зловещей.
Сай-вен содрогнулась от ужаса.
— Претор! — вскричал Герал за спиной. — Нас предали!
— Близится наша гибель, — безнадежно проговорил Флинт.
От этих слов все нутро мер'ай занялось огнем — она застонала, сжала ладонями живот и упала на колени, ничего не видя от боли. Девушка раскачивалась из стороны в сторону в небывалом приступе дурноты. Только рыжий незнакомец наклонился к ней, чтобы помочь.
— Нужно бежать, — сказал он, пытаясь поднять ее на ноги.
Сай-вен не могла произнести ни слова; она даже встать не пыталась — ее будто когти изнутри рвали.
О мама, пожалуйста, только не сейчас!
Однако мольбы не были услышаны: живот свело судорогой, и между ног, пропитывая облегающие штаны, хлынула теплая жидкость. Никогда прежде во время лунных циклов ее не бывало столько.
— У тебя кровь идет, — проговорил юноша. — Послушайте, она ранена! Нужно вывести ее отсюда.
Каст наклонился к Сай-вен и, когда та приподнялась, схватившись за рукав, даже побледнел, увидев багряную лужу. Он сорвал с шеи шарф и подался к девушке, чтобы перевязать рану.
Мер'ай оттолкнула его кисть и вдруг заметила изображение атакующего морского ястреба. Она замерла и затаила дыхание, не в силах оторвать взгляда от черно-красной птицы. Ее глаза встретились с голодными глазами хищника. Она уже не могла остановиться, сердце рвалось из груди — рука потянулась к Касту.