Выбрать главу

Клинки едва заметно опустились.

— Только она в состоянии снять с Элены заклятие, — заговорила Мисилл с Эр'рилом. — А пока, до заката, пусть поведает свою историю.

Воин нахмурился, но все понимали, что оружие здесь бессильно. Он расслабил руку, и на губах хозяйки расцвела любезная улыбка.

— Тогда проходите. Обменяемся рассказами за ужином.

Она двигалась с такой грацией, что Элена почувствовала себя неуклюжей коровой.

Девушка восхищенно оглядела высокую точеную фигуру, каскад вьющихся локонов, и на ум пришли слова Джастона: «В топях красота чаще всего служит приманкой, и залюбовавшихся постигает смерть».

Когда Элена шагнула за Мисилл в башню, ее начала бить дрожь, но не из-за прохлады каменных стен. В замкнутом пространстве она вновь уловила аромат, исходивший от хозяйки, и ее осенило — смертоносные лепестки на болотах манили сладким дурманом все новых жертв. Перед внутренним взором проплыли зверьки, пронзенные шипами.

И она вспомнила название убийцы: лунный цветок.

Эр'рил не спускал глаз с женщины, сидевшей за дубовым столом напротив. Остальные уписывали предложенные хозяйкой кушанья, но его аппетит не разбудил ни нежный темный хлеб с вареньем, ни хрустящие стручки болотных бобов в масле и лимоне, ни даже жареное мясо дикого кабана. Он лишь потягивал горький эль и разглядывал ведьму.

Накрывая на стол, она перевязала роскошные золотисто-каштановые волосы зеленой лентой; затем, когда гости расселись, сказала, что ее зовут Касса Дар, и удалилась проверить, все ли в порядке на кухне. Вернувшись, она села напротив Эр'рила, но во время трапезы смотрела только на Элену. Та, устроившись рядом с воином, угощалась ломтем хлеба с ягодным джемом. Под пристальным взглядом ведьмы ее плечи напряглись, но опасаться было нечего: по другую руку сидела Мисилл. Между мечами защитников ей ничто не грозило.

Джастон и Фардейл расположились с той же стороны стола, что и хозяйка. Волк прилег на полу возле ее стула и ел с поставленной для него тарелки, а проводник съежился рядом с красавицей, неловко пытаясь скрыть в тени обезображенную щеку.

В огромном обеденном зале с ними находились лишь трое слуг — болотные мальчики в коричневых штанах и белых распашонках. Троица, примостившись у камина, голодными ястребами следила за трапезой. Если гостю что-то требовалось, детишки срывались с места и тут же выполняли пожелание.

Наконец женщина перевела взгляд на Эр'рила, и на ее губах появилась смущенная улыбка.

— Я знаю, тебя мучает множество вопросов, житель равнин. Пожалуй, я не стану больше испытывать твое терпение.

— Ты ошибаешься, — отрезал воин. — Мне нужно только, чтобы ты освободила Элену от заклятия. Остальное меня не интересует.

Резкий ответ не прогнал улыбку с ее губ, в глазах по-прежнему искрился смех.

— Значит, тебе не любопытно, почему ведьма живет в замке Дракк?

Он молча окинул ее пристальным взглядом.

— Ну если это не любопытно Эр'рилу, я с удовольствием послушаю, — вмешалась Мисилл. — Как ты оказалась среди болот?

Ведьма вновь посмотрела на станди.

— Да я всегда здесь жила, болота сами пришли ко мне.

Глаза Мисилл сузились.

— Ты хочешь сказать, что обитаешь здесь еще с тех времен, когда эти земли не были затоплены?

— Наверное, даже дольше. Я была ученицей касты убийц за десять лет до начала великого катаклизма.

Все сидящие за столом оторопело уставились на ведьму. Мисилл нарушила затянувшееся молчание:

— Значит, тебе более пятисот лет и вы с Эр'рилом ровесники. Но это невозможно… Или магия поддерживает тебя?

Касса Дар пожала плечами.

— Да, у меня большие способности к магии стихий. Но это тебе и самой известно, как и то, что даже столь сильная энергия не способна повернуть время вспять.

— И как же ты?..

Ведьма подняла руку.

— Это не имеет значения.

— Как раз имеет, — вмешался Эр'рил. — Докажи, что не лжешь. Где твоя метка убийцы?

Он ожидал, что ведьма станет тянуть время, придумывая объяснения, но вместо того Касса Дар наклонилась через стол к одной из толстых свечей, повернула голову и, отведя прядь волос с правого уха, показала черно-красную татуировку. Она провела длинным холеным ногтем вдоль клинка, обвитого лианой. Венчал его крошечный алый цветок.