— Я не думаю…
— А зря! Чтобы обучать школьников до уровня, требуемого для поступления в институты, мы должны будем перевести для пятнадцатимиллионного нерусского населения разные учебники на двадцать семь языков! И зачем? Чтобы после обучения эти люди не имели возможности нормально общаться с людьми других национальностей? Я, знаете ли, тут немного вашу работенку за вас исполнил, посчитал немного… деньги посчитал. Только на то, чтобы обеспечить обучением до уровня готовности к поступлению в институты украинских мужиков, нам потребуется дополнительно полтора миллиарда рублей. На обучение преподавателей, на подготовку учебников и прочего всего. Причем на это и времени понадобится никак не меньше десяти лет, а если использовать русский язык обучения, то за это время на Украине можно успеть подготовить до ста тысяч инженеров, врачей, учителей и так далее. Но десяти лет-то на раскачку у нас просто нет, так что нечего всякой ересью и заниматься.
— В вас говорит великорусский шовинизм!
— Во мне говорит всего лишь расчетливый коммерсант, а так же здравомыслящий политик. Я вам ведь рассказывал про Карлоса Лопеса? Вы почитали о нем? И России готовят ту же судьбу, причем уже готовят и средств на это кладут очень много. Мы просто обязаны за десять лет построить экономику, которая справится с любыми врагами.
— Вы имеете в виду армию?
— И армию тоже. Но чтобы армия могла успешно защищать страну, а нее должно быть вдоволь самого современного оружия, боеприпасов, техники разной, солдат должен быть всегда сыт и полон сил, а военные врачи должны быть готовы раненых вытаскивать аж с того света. И чтобы все это для армии обеспечить, в стране должна быть самая передовая экономика. Пока есть время и средства, мы будем брать лучшее за границей, но не менее важно и самим что-то, причем еще более передовое, создавать. А вернувшись к вашему изначальному вопросу замечу: к нам приезжают инженеры, ученые, врачи и прочие люди, которые большевизм особо не любят и местами даже ненавидят, но которые любят Россию. И Россия тоже должна их любить, давая таким людям возможность работать на благо Державы. Присматривая, конечно, за теми, кто в ненависти к большевизму может перейти грань и начать вредить — но для этого у нас МВД, где, кстати, многие тоже большевиков совсем не обожают.
— Миллион тех, кто ненавидит большевиков… а МВД с ними справится?
— Справляться с ними должны в первую очередь вы… мы, большевики. Делами показывая, что мы строим великую и счастливую страну, доказывая им работой своей, что мрази, прикрывающейся марксовыми бреднями, у нас больше нет и им ненавидеть большевиков просто незачем.
— Вы опять про Маркса…
— Да. Потому что я — кстати, в отличие от вас — детально изучил, откуда эти бредни произрастают и к чему приводят. Но давайте об этом как-нибудь в другой раз поговорим, сейчас у нас главная задача — это посевная.
— А потом будет сенокос, жатва, уход за скотиной…
— Будет. И сенокос будет, и жатва, и многое другое. А вот когда у нас вопросов по сельскому хозяйству не останется и страна не будет неотрывно наблюдать за тем, что творится в деревне, с ужасом думая о возможном неурожае и голоде — вот тогда можно и про идеологию поподробнее поговорить. Но не раньше: люди без идеологии жить могут, хотя и плохо — а без еды почему-то просто помирают. Мы же не к этому стремимся?
Посевная закончилась, но у госхозах мужикам отдыхать особо не пришлось. Практически всё тягло (и трактора, и скотина) стали перевозить торф с ближайших железнодорожный станций (и иногда — с местных торфопредприятий) в поля, оставшиеся под паром. А так как с телеги торф ссыпается кучами, то пришлось мужикам и лопатами помахать изрядно, разбрасывая эти кучи по полю. Правда, в некоторых хозяйствах для этой цели приспособили трактора, но кустарные ковши мало кто сумел на МТС изготовить, в том числе и по причине нехватки металла, так что лопата все еще оставалась основным орудием труда. Однако сама идея некоторых людей вдохновила, и в Сормово началось уже промышленное производство бульдозерных ковшей. Нормальных, с гидравлическими приводами, работающими от вала двигателя — но пока завод их делал весьма немного. Потому что основной продукцией Сормовского механического завода были паровозы и котлы для электростанций. А турбина для этих котлов и генераторы для турбин стали выпускаться на только что выстроенном заводе в Канавино. Все же когда в одном месте можно найти много квалифицированных рабочих, создание новых заводов происходит быстро и «безболезненно»: завод начал строиться летом двадцать четвертого, а весной двадцать пятого не нем была выпущена первая турбина. И инженеры особо не выпендривались, а просто «скопировали» шестнадцатимегаваттную турбину Сименса вместе с причитающемся ей генератором. Скопировали, изготовили, отвезли турбину с генератором на завод в Сормово и там, собрав все вместе, и запустили, обеспечив электричеством оба города и оба завода. Так себе обеспечив, но к осени на электростанции было запланировано еще два таких же генератора запустить…