— Николай Павлович, и в каком направлении готовить планы развития новых областей?
— Слава, перестань морочить голову мне и себе. Заводы… заводы пусть пока делают то, что делают, мы ими чуть позже займемся. Но там же больше восьмидесяти процентов населения — мужики, так что будем развивать сельское хозяйство. То есть развивать будем уже в следующем году, а пока займемся действительно важными вещами. Я тут вот что подумал: у нас же закон действует, запрещающий города переименовывать?
— Действует, мы уже Тарту обратно в Юрьев переименовали.
— А я подумал еще, что неплохо бы вернуть исконное название этому Таллину. Будет у нас Колыванская область — как, звучит?
— Ревельская, про Колывань сейчас разве что ученые историки помнят. А я, между просим, серьезно о планах спрашиваю.
— Ну давай серьезно. Сколько земли у помещиков тамошних конфисковано?
— Немного, там в основном хутора со своими наделами.
— Вот и отлично, пока хуторяне местное население прокормят. Прокормят? Как у них там с урожаем?
— Ты не понимаешь! Нам нужно новые области развивать, причем наравне с остальными — то есть, если о сельском хозяйстве говорить, то организовывать госхозы…
— Слава, сейчас начинается уборочная, дай людям спокойно поля убрать. А тем временем займись организацией закупочных контор, которые у мужиков тамошних урожай выкупят…
— Нам его хранить будет негде.
— Но раньше-то там урожай как-то хранили? Честно говоря, я еще до освободительной операции прикидывал, чем там народ занять, и думаю, что для СССР интерес представляет бывший Руссо-Балт…
— Они завод этот вообще уже закрыли.
— Но ведь не снесли же? Создай группу, которая спланирует его восстановление. А еще нам будет очень интересна Петровская верфь… я знаю, что ее тоже закрыли — так открой обратно! Больше в Прибалтике для нас ничего особо интересного нет, так что сначала эти два завода плюс… говоришь, урожай хранить негде? Значит еще элеваторы, хранилища для овощей…
— Можно еще переработку молока развивать, сыр, например, делать…
— Слава, как твой сосед, я с удовольствием помогу тебе. Если у тебя соль дома закончится или масло — всегда дам. Но как Председатель Совета министров я должен выполнять сформированные твоим Госпланом планы, это ты мне должен говорить, что делать, а не я тебе.
— А я к тебе пришел не как к Предсовмина, а просто как к умному человеку.
— Ну, тогда ты просто дверью ошибся, Глеб Максимилианович живет в другой квартире. Ладно, мне сейчас еду уже принесли, останешься поужинать? Заодно и решим, как город будем называть: Ревель или все же Колывань?
Глава 31
Незадолго до Нового года Николай Павлович в Георгиевском зале Кремля вручил три первые Звезды Героя Труда. Звание-то давно уже было введено, но вот знаки Героев только что утвердил Верховный Совет, и их-то новым Героям и вручили. Трем Героям, за пуск Петербургской ТЭЦ-3.
Владимиру Георгиевичу Шухову — потому что на ТЭЦ были установлены его новые котлы и его же теплообменники, благодаря которым теперь можно было отапливать зимой весь Петербург. Конечно, теплотрассы только начали еще строиться, но и те, что уже проложили, почти на треть сократили потребности города в дровах.
Глебу Максимилиановичу Кржижановскому — за то, что он синхронизировал эту ТЭЦ с двумя другими, с Волховской и Свирской гидроэлектростанциями и теперь почти половина Петербургской области была подключена к общей электросети. Пока на то, чтобы подключить к этой системе больше городов, просто не хватало проводов — но провода делались и скоро (вероятно уже до конца следующего года) в общую систему и Московская область включится.
Третью Звезду получил Сергей Венедиктович Алексеев — ученый-лесовод, предложивший очень интересные способы проведения санитарных рубок в лесах и очистки лесов от лесного мусора. Его наградили потому, что ТЭЦ-3 работала «на дровах», а точнее — на древесных гранулах. ТЭЦ мощностью в сто шестьдесят мегаватт по электричеству…
На самом деле по первоначальному проекту ТЭЦ должна была на двух генераторах выдавать полтораста мегаватт, однако сами генераторы, изготовленные тут же, в Петербурге, получились всего по семьдесят два — что-то «недорасчитали» и на «паспортной» мощности они начали сильно перегреваться. Так что проектанты «быстренько устранили недостаток» подключением к котлам еще по одному турбогенератору, каждый по восемь мегаватт — котлы и такую нагрузку паром без проблем обеспечивали. А «лишние» мегаватты получились из-за ошибки в документации, точнее даже «ошибки прочтения документации»: плохо пропечатанную восьмерку инженеры прочитали как тройку — но на них никто обижаться не стал. Ну, получилось десять лишних мегаватт — но на алюминиевом заводе никакие мегаватты лишними не станут.