Потому что для народного хозяйства очень нужно топливо, в частности, добываемый в шахтах уголь. Чтобы добыть много угля, нужно пользоваться отбойным молотком, пневматическим конечно, а молоток этот — «механизьма капризная». Если шланг длиннее десятка метров, то производительность его стремится даже не к нулю, а в отрицательную область, поэтому рядом с молотком нужно ставить компрессор. Поскольку речь идет об угольной шахте, то компрессор должен быть электрический, к которому сверху тянутся электрические же провода. От электростанции тянутся…
С топливом в СССР стало вроде бы неплохо, однако всегда хочется лучшего. А лучшее подразумевает добычу большего объема этого топлива, для чего нужно было — среди всего прочего — и больше отбойных молотков. А каждый отбойный молоток — это минимум десять метров резинового шланга, но вот с резиной в СССР было уж совсем печально. Немного каучука получалось покупать у американцев (в Южную Америку торговцев из СССР вообще не допускали), но получалось это очень дорого и действительно совсем немного. Николай Павлович решил последовать совету своей покойной бабули: «если ты чего-то не знаешь, спроси у тех, кто знает» — и отправился с вопросами к начальнику Главхима.
Владимир Николаевич жалобу товарища Бурята выслушал, покачал головой:
— В любом случае гевея в России не вырастет, а касательно выращивания для получения латекса фикусов в теплицах — это вопрос не ко мне, вам бы лучше с таким вопросом в желтый дом обратиться.
— Там меня уже вообще не пускают, боятся, что я им вдесятеро пациентов приведу. Но вот ваша наука химия… я слушал, что каучук можно и в лаборатории выделать?
— Можно, но в таком случае выращивание фикусов покажутся очень выгодным предприятием.
— Это почему?
— Ну как вам сказать? В Германии еще до революции придумали, как изготавливать каучук из спирта. Но один неплохой ученый-химик за неделю у себя в лаборатории способен изготовить такого каучука разве что полфунта.
— А если не в лаборатории, на специально выстроенном заводе?
— Каучук сей будет изрядно хуже природного бразильского…
— Из него можно шланги для отбойных молотков выделывать?
— Наверное можно. Думаю, что и шины резиновые для авто и велосипедов…
— Сколько вам нужно времени, денег, людей чтобы такой завод придумать и выстроить?
— Мне? Нисколько. Я просто в этой области науки мало разбираюсь. Но вы лучше спросите Алексея Евграфовича, он скорее всего кого-нибудь из учеников своих и порекомендует для такого занятия. А возможно и сам поучаствует: тема-то интересная…
Алексей Евграфович Фаворский, узнав, что Николая Павловича к нему отправил Ипатьев, для ответа на вопросы Председателя Президиума сначала целую неделю готовился. Пригласил с десяток своих учеников, обсудил с ними сначала проблемы химические, а затем и технологические. Даже несколько опытов провел с ними в своей лаборатории — а затем лично приехал в Москву с ответом:
— Вот что я могу уже сейчас гарантировать, так это изготовление примерно за восемь тысяч рублей установки, в которой можно будет выделывать до четырех-пяти фунтов каучука в сутки с использованием примерно десяти фунтов чистого алкоголя.
— Настолько чистого?
— Я в химическом смысле говорю чистого, а так… в лаборатории мы самогон брали на рынке закупленный, очистку его до требуемых кондиций мы в установке предусмотрели.
— А сколько времени на постройку потребуется?
— Думаю, за неделю справимся. Там еще, конечно, угля нужно будет сколько-то или иного топлива, лучше керосина: с углем в лаборатории получится… грязно.
— Установку делайте. Деньги вам сразу выдать?
— Ордер на перечисление в институт…
— Подготовят, еще людям зарплату платить потребуется… тысяч пятьдесят?
— Многовато что-то…
— Лишнее на премии возьмете, тем, кто потом придумает промышленную установку, которая будет выделывать каучука пудов по тысяче в сутки. И премия эта будет им лишь авансом, скромным авансом.
— Там же восемь человек всего сейчас…
— По тысяче выдадите им когда первый фунт каучука произведут, остальное — когда описание большой установки составят. А когда ее запустят…
— Вы думаете, что люди только за деньги работать могут?