— Нет, нет, всё хорошо, — Эллиас взял её за руку и увёл в глубь леса.
— Что происходит? Не могу объяснить, но меня это жутко бесит, — возмутился Хиро, повернувшись к Тее.
— Не волнуйся. Эллиас её не обидит. Идём лучше со мной, — сказала Тея, мягко беря Хиро за руку и уводя подальше.
Хиро шёл следом, но плечи его оставались напряжёнными, а в глазах всё ещё металась тревога.
— Ты, кажется, не понимаешь… Он король. У него свои правила, свои обязательства. А Айрис — она слишком доверчива и наивна…
Тея остановилась у небольшого фонтана, где вода тихо журчала, разбиваясь о гладкие камни. Она повернулась к нему, не выпуская его руки.
— А ты слишком много думаешь за других. Айрис знает, чего хочет, она уже не маленькая. И Эллиас… Он не тот, кем кажется на первый взгляд.
— Откуда ты можешь это знать? — Хиро невольно повысил голос и тут же осёкся, увидев, как спокойно смотрит на него Тея.
Она не отступила, не вздрогнула. Лишь чуть сжала его пальцы.
— Потому что я вижу, как он смотрит на неё. Как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не замечаю.
Хиро замер. Слова застряли в горле, а внутри что‑то дрогнуло — не от боли, а от внезапного, пронзительного осознания. Он медленно выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает тело.
— Я просто боюсь за Айрис... За всех нас.
— И это нормально, — Тея шагнула ближе, её голос стал ещё тише, почти шёпотом. — Но страх не должен лишать нас веры. Ни в них, ни в себя. К тому же… Айрис не из тех, кто даст себя в обиду.
Он закрыл глаза, вдыхая её спокойствие, словно свежий ветер после долгой бури. Когда он снова посмотрел на неё, в его взгляде уже не было прежней тревоги — только тихая благодарность.
— Как тебе удаётся так легко меня успокаивать?
— Я лишь говорю то, что вижу — она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что у него защемило сердце.
Хиро осторожно обнял её, прижимая к себе, чувствуя, как её дыхание сливается с его собственным. Вокруг них продолжал журчать фонтан, а где‑то вдали смеялись дети — простые, мирные звуки, напоминающие, что даже в самые тревожные времена есть место покою.
— Спасибо, — прошептал он, касаясь губами её волос. — Без тебя я бы…
— Не надо, — она приложила палец к его губам, останавливая. — Просто будь здесь. Со мной.
Разговоры и смех людей, утренний свет — всё растворилось в шелесте листвы и тенистых переплетениях ветвей.
___________________________________________________________________________
Эллиас шёл быстро, почти порывисто, но не резко — будто боялся, что она передумает. Айрис следовала за ним, чувствуя, как внутри нарастает жар, как каждый вдох наполняет лёгкие ароматом его кожи, смешанным с запахом хвои и утренней росы.
Когда они оказались в укромной чаще — там, где солнечные лучи пробивались сквозь кроны лишь редкими золотыми нитями, — Эллиас резко развернулся. Его пальцы обхватили её запястье с почти болезненной силой, но тут же смягчились, скользнули вверх по предплечью, оставляя за собой след из электрических искр.
— Эллиас?.. — начала она, но он уже прижал её к стволу древнего дуба, опершись ладонью о кору рядом с её головой.
Его губы обрушились на её губы — не нежно, как прежде, а жадно, почти отчаянно. Поцелуй был глубоким, требовательным, словно он наконец отпустил что‑то, что долго держал взаперти. Айрис на миг замерла — а затем ответила, обвив руками его шею, прижимаясь ближе, ощущая, как его тело горит сквозь ткань.
Он целовал её так, будто пытался утолить жажду, которая терзала его изнутри. Руки скользили по её спине, прижимали к себе, будто боялись, что она исчезнет. Айрис чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её собственным — быстро, жарко, неистово. Её пальцы запутались в его волосах, притягивая ещё ближе, требуя большего.
Наконец он отстранился — тяжело дыша, с потемневшими от желания глазами. Айрис, едва переводя дух, прижалась затылком к дереву, пытаясь собраться с мыслями. Её губы горели, а кожа пылала там, где он касался её.
— Эллиас… — её голос дрогнул. — Что с тобой?
Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Когда заговорил, голос звучал глухо, сдержанно, но сквозь сдержанность прорывалась необузданная страсть:
— Прости. Так тяжело сдерживаться… Я пытаюсь совладать с собой, но после той ночи стало слишком тяжело. Каждый раз, когда ты рядом, я чувствую, как теряю контроль.
Вместо ответа она потянула его за рубашку, заставляя наклониться ниже, и её губы нашли его шею, ключицы, линию подбородка. Эллиас резко выдохнул, его пальцы сжались на её талии, а затем он начал терять контроль.
Эллиас опустился перед ней на колени, его ладони скользили по её бёдрам, поднимаясь выше, вызывая дрожь, которую она уже не могла сдержать.