— Эм… Спасибо — раскрасневшись, Хиро отвёл взгляд.
Они продолжили танец, и теперь взгляд Элиссы стал ещё внимательнее — в нём читалось восхищение, лёгкая игра и неподдельный интерес.
Один старый лорд, пытаясь произвести впечатление, начал сложный танцевальный элемент, но запутался в собственных ногах и едва не упал. Его спасла смеющаяся спутница, ловко поддержав его и превратив конфуз в часть танца.
А Айрис, отказавшись от нескольких предложений, наблюдала за танцующими. Затем, когда оркестр заиграл плавный, задумчивый мотив, она вышла в центр зала — одна.
Её движения были почти магическими: руки поднимались и опускались, будто ловили невидимые нити ветра. Юбка кружилась, создавая вокруг неё ореол лилового сияния.
Люди замерли, наблюдая за ней. Кто‑то шептал: «Она танцует, как богиня», — а другие лишь молча восхищались её грацией.
На самом деле Айрис пропитывала себя маной: едва уловимая энергия струилась вокруг неё, наполняя тело силой. Она чувствовала, как каждая нота музыки становится частью её магии, как воздух густеет от её присутствия. Фиолетовые отблески от её платья играли на стенах, создавая иллюзию, будто сам зал танцует вместе с ней.
Юная фрейлина, пытаясь повторить сложный па Айрис, споткнулась о край собственного платья и с визгом упала в объятия кавалера. Оба покраснели, но зал разразился аплодисментами.
Бал длился до поздней ночи. Когда музыка затихла, Айрис и Хиро стояли у окна, глядя на звёзды.
— Ты была невероятна, — сказал Хиро, всё ещё под впечатлением от её танца. — Твоё фиолетовое платье… Оно будто оживало с каждым движением.
— А ты неплохо справился с Элиссой, — усмехнулась Айрис. — Хотя, кажется, ты её чем‑то удивил.
— Это уж точно, — смущённо вздохнул Хиро. — Но знаешь, что самое странное? Я вдруг почувствовал, что всё это… правильно. Как думаешь, мы смогли бы здесь остаться после всего?
— Наверное… — кивнула Айрис, глядя на мерцающие огни города. — Впереди ещё так много всего нужно сделать. И нас ждёт Тея.
Наутро, после тщательного техосмотра, дирижабль поднялся в небо. Сначала — медленное движение, будто земля не хотела отпускать их. Потом — рывок вверх, и вот уже крыши города остались внизу, а перед ними раскинулось бескрайнее небо.
— Айрис, как же это красиво! — Хиро прижался к борту, глядя вниз, где река блестела, как серебряная лента, а леса тянулись до самого горизонта.
— Да! — она рассмеялась, и этот смех, лёгкий и звонкий, разнёсся по гондоле — Мы летим!
Небо ещё хранило розоватые отблески восхода, а город внизу медленно пробуждался: дым из труб, первые повозки на улицах, крики разносчиков. Айрис и Хиро стояли на открытой смотровой площадке, вдыхая свежий ветер, пахнущий морем и далёкими лесами.
Дирижабль набирал высоту, унося их к лесам «Гримвейла», к тайнам, которые ждали своего часа.
К полудню небо начало меняться. Сначала появились лёгкие облака — белые, пушистые. Потом они сгустились, потемнели, превратились в тяжёлые серые валы. Ветер усилился, дирижабль слегка закачался.
Из рубки вышел капитан — суровый мужчина с седыми висками и глазами, привыкшими к дальним горизонтам.
— Не беспокойтесь, — бросил он, заметив напряжённые взгляды пассажиров. — Это просто грозовой фронт. Мы обойдём его стороной.
Но через час молнии уже рвали тучи вдалеке, а дождь забарабанил по обшивке, превращаясь в сплошной поток. Дирижабль затрясло.
Айрис схватилась за поручень, её пальцы побелели. Хиро приобнял Айрис, чтобы ей было не так страшно.
Со временем дрожь дирижабля стала слабее, грохот — глуше. Айрис почувствовала, как напряжение отпускает: дождь уже не барабанил, а лишь тихо стучал по обшивке. Воздух наполнился свежестью, будто после долгого кошмара наконец‑то удалось вздохнуть полной грудью.
Небо прояснилось. Сквозь последние клочья туч пробились лучи солнца, осветив пейзаж впереди. И тогда они увидели его — лес «Гримвейл». Он не просто рос — он нависал. Деревья поднимались так высоко, что их кроны растворялись в низких облаках. Между стволами клубился туман, а в глубине мерцали странные огни — то ли светлячки, то ли что‑то иное.
Экипаж заметно напрягся. Матросы переглядывались, капитан чаще смотрел в карту, будто сверяя путь с невидимыми ориентирами.
— Дальше мы не пройдём, — наконец объявил он, остановив дирижабль в полумиле от опушки.
— Вы боитесь? — прямо спросила Айрис.
Капитан помолчал, потом кивнул — Не буду лукавить, боюсь. Я видел много земель. Но этот лес… Он не хочет, чтобы его трогали.
Они спустились по трапу — последний шаг с металлической лестницы на мягкую, пружинящую землю. Дирижабль тут же начал подниматься, двигатели взвыли, и через минуту он исчез за облаками.