— Чтобы они ни задумали, не волнуйся, — твёрдо ответил Хиро, сжимая её руку. — Я вытащу нас отсюда.
Они пытались найти выход, продумывали план, но ночь опустилась быстрее, чем они ожидали.
И снова — шорох травы, хруст веток. Кто‑то приближался.
Глава 24. Истина под завесой лжи.
Из сумрачной чащи, словно сотканная из лунного света, выступила маленькая эльфийка с волосами цвета небесной лазури. Её глаза, полные тревоги, метнулись по сторонам. В руках она сжимала нечто плоское, покрытое древними рунами.
— Меня зовут Этра. У нас мало времени, — её голос звучал едва слышно — Я подслушала ваш разговор ранее. Всё не так, как мы знали. История может быть совершенно иной, чем та, которую нам внушали! Вот, возьмите!
Она протянула скрижаль — и в тот же миг из‑за деревьев донёсся лязг оружия.
— Кто там? Что за шум?! — рявкнули стражники. Их силуэты замаячили между стволов.
Этра растаяла во тьме, будто её и не было. Хиро, не раздумывая, отшвырнул дар эльфийки поглубже в темницу — так, чтобы стражники не заметили.
Когда шаги стражников стихли, Айрис и Хиро осторожно извлекли находку. В тусклом свете фонаря они разглядели каменную скрижаль, испещрённую выцветшими письменами.
«…Во время войны тёмные эльфы лишались жизни за свободу миров. Если бы только не…»
— Что это может значить? — прошептала Айрис, проводя пальцем по трещинам в камне. — Если они сражались за мир, почему тогда заперли нас? И что им нужно?
— Без остальных писаний не поймём, — Хиро сжал скрижаль в руках. — Нам нужно выбраться отсюда, чтобы узнать правду.
Следующие сутки превратились для пленников в пытку. Темница, в которой их держали, стояла в углублении тёмной пещеры — прямо под взглядом багрового дворца. Воздух был пропитан запахом сырости и металла, а по ночам температура падала так резко, что дыхание превращалось в клубы пара.
Айрис боролась с нарастающей паникой — её магия угасла в этом месте. Она ловила себя на том, что пересчитывает трещины в камне, чтобы не сойти с ума от тишины.
Хиро пытался сохранять хладнокровие, но каждый раз, когда мимо проходили стражники, его пальцы непроизвольно сжимались в кулаки. Он прислушивался к каждому шороху, пытаясь понять, сколько их там, за пределами темницы.
Ночью над лесом кружили тёмные птицы с глазами, словно раскалённые угли. Они садились на прутья клетки, изучающе склоняли головы, а потом вдруг срывались в полёт с пронзительным криком.
Однажды ночью Айрис проснулась от того, что по её руке ползёт светящаяся бабочка. Она хотела вскрикнуть от неожиданности, но насекомое вдруг замерло, а затем рассыпалось искрами, оставив на коже едва заметный узор — символ, похожий на тот, что был на скрижали.
— Что же ты хочешь сказать мне? — прошептала Айрис, обращаясь в пустоту.
С рассветом пришли стражники, а с ними — предводитель в чёрных доспехах и черноволосая эльфийка. Предводитель окинул пленников холодным взглядом и отдал приказ:
— Убить.
Развернувшись, он направился прочь.
— Эй, стойте! Зачем вам нас убивать? Почему вы не отвечаете?! — крикнул Хиро, но его голос утонул в молчании.
В этот миг глаза Айрис вспыхнули фиолетовым огнём — не от магии, а от ярости. Это не укрылось от черноволосой эльфийки. На её лице мелькнуло удивление, а затем — зловещая ухмылка.
— Наконец… мы отомстим, — прошипела она, и её слова, словно яд, растеклись по воздуху.
Хиро рванул к решётке — и тогда стражник замахнулся копьём. Остриё сверкнуло в багровом свете, но Хиро уже был рядом.
В тот же миг он резко выбросил руку сквозь преграду, схватил древко копья у самого наконечника и дёрнул на себя — стражник не удержал оружие, и оно наполовину оказалось внутри клетки. Не теряя ни секунды, Хиро перехватил древко поудобнее, упёрся плечом в ограждение и с силой рванул копьё на себя, заставляя противника шагнуть ближе.
Как только стражник приблизился, Хиро отпустил оружие, резко выбросил локоть сквозь щели и ударил его в грудь. Удар вышел точным: эльф согнулся, хрипло дыша, и сделал шаг вперёд — прямо к стальной преграде.
Хиро не дал ему опомниться. Он мгновенно схватил стражника за шлем, с силой наклонил его голову вниз и резко ударил лбом о кристаллическую решетку. Глухой удар — эльф обмяк, но Хиро не отпустил его: удерживая безвольное тело у заграждения, он развернул противника спиной к клетке и с размаху впечатал его лицом в прутья.
Скрип, хруст — но замок держался.
Хиро зарычал от напряжения. В глазах потемнело от ярости. Он обхватил шею стражника обеими руками, приподнял его тело, насколько позволяла преграда, и снова, с чудовищной силой, ударил затылком о замок.