Хиро кивнул, его глаза горели решимостью — Тогда идём.
Никсира стояла на пепелище, среди обугленных стволов и тлеющих листьев. Её глаза горели всё так же ярко, но теперь уже не гневом, а благодарностью.
Рядом с ней собрались те немногие тёмные эльфы, кому удалось выжить в кровавой схватке с иномирцами. Их лица были измождены, но в каждом взгляде читалась новая решимость.
— Вы дали нам надежду, — произнесла Никсира, обращаясь к Айрис и Хиро. Её голос, обычно холодный и резкий, звучал непривычно мягко. — Когда все отвернулись от нас, вы встали плечом к плечу.
Айрис покачала головой — Мы лишь сделали то, что должны были.
— Нет, — твёрдо возразила эльфийка. — Вы выбрали это. А выбор — самое ценное, что есть в мире.
Никсира подняла руку, и на её ладони вспыхнул тусклый свет — древний знак, известный лишь хранителям знаний её народа — Пусть путь ваш будет светлым. И пусть Древо Гекаты хранит вас даже в тех мирах, где его корней нет.
Айрис закрыла глаза, сосредотачиваясь. Портал открылся, разрывая границу с тихим звоном, похожим на звук разбивающегося хрусталя. За ним проглядывал иной мир: яркий, шумный, полный жизни.
Как только Хиро и Айрис переступили порог, они рухнули в воду — холодную, солёную, неожиданно глубокую. Всплыв, они увидели над собой гирлянды огней: сотни разноцветных фонарей раскачивались на ветру, отбрасывая на воду причудливые блики.
Музыка лилась отовсюду: звонкие переливы струн, ритмичный бой барабанов, смех, выкрики торговцев. Воздух был насыщен ароматами — пряным запахом трав, сладковатой ноткой ванили, терпким духом свежевыделанной кожи.
Выбравшись на берег, они оказались в самом сердце гигантского рынка. Толпы людей текли по узким улочкам, словно река, разделённая на тысячи ручейков. Торговцы выкрикивали цены на десятке языков, размахивая тканями, сверкающими, как крылья тропических бабочек.
— Держись за руку! — крикнул Хиро, перекрывая гомон.
Айрис сжала его ладонь. Они поднялись выше, на главную улицу. Вокруг них сновали люди: купцы в расшитых халатах, нищие в лохмотьях, воины с мечами у пояса, дети, проскальзывающие между ног взрослых, как юркие рыбки.
Забравшись на крышу одного из домов, они огляделись. Город раскинулся перед ними, как живой организм: дворцы с золотыми куполами, похожими на застывшие солнца; трущобы, где крыши смыкались над узкими проходами, создавая вечный полумрак; переулки, извивающиеся, как змеи, где каждый поворот мог стать ловушкой.
Айрис и Хиро быстро поняли —в этом месте деньги правили всем. Здесь можно было купить любовь, власть, даже чужую судьбу. Но можно было и потерять всё за один неверный шаг.
Внезапно осмотр окрестностей прервал крик — А‑а‑а‑а!
Не раздумывая, они бросились на звук. В переулке разыгрывалась мрачная сцена: богато одетый мужчина пинал лежащего на земле человека. Его сапоги, начищенные до зеркального блеска, оставляли кровавые следы на рваной одежде жертвы.
— Отойди от него! — рявкнул Хиро, шагнув вперёд. — Ты же видишь, он не в силах дать тебе отпор!
Мужчина обернулся. Его лицо, холёное и надменное, скривилось в усмешке.
— А ты ещё кто? — Он окинул Хиро взглядом, полным презрения. — Он должен мне денег. Не лезь, иди себе по добру, по здорову.
Пока богач отвлекался на Хиро, Айрис попыталась подойти к бедняку. Но тот двигался быстрее, чем казалось. Один миг — и в его руке блеснул нож. Второй миг — и лезвие вошло в бок богача.
Кровь хлынула на мостовую. Мужчина захрипел, схватившись за рану.
— Хиро! Осторожно! — вскрикнула Айрис.
Бедняк, теперь уже убийца, бросился на Хиро. Тот едва успел увернуться — нож лишь оцарапал плечо. Противник, не теряя ни секунды, метнулся в лабиринт переулков.
— Нам нужно кому‑то доложить об этом, — сказал Хиро, глядя на умирающего.
Но когда они вышли на главную улицу, толпа уже сомкнулась вокруг места происшествия. Люди толкались, пытались разглядеть, что произошло. И в этом хаосе они потеряли друг друга.
— Айрис! — закричал Хиро, но его голос утонул в общем шуме.
Где‑то впереди раздался истошный вопль — А‑а‑а‑а! СТРАЖА! А‑а‑а!
Толпа хлынула к месту крика, словно волна, сметающая всё на своём пути. А в этой буре звуков и тел, где‑то между фонарями и криками, Айрис осталась одна.
Жар ударил в лицо, словно волна из раскалённой печи. Сердцебиение превратилось в барабанный бой, от которого звенело в ушах.
«Где Айрис? Что случилось? Тот мужчина — убийца, и он сбежал. А если он преследует её? Если уже настиг?..» — мысли проносились в голове Хиро.
Мысли хлестали, как бичи. Хиро рванул назад. Ноги сами несли его к источнику крика — туда, где толпа гудела, как потревоженный улей.