Природу трудно изменить,
Но жизнь изменчива, как море.
Сегодня — радость, завтра — горе,
И то и дело рвется нить.
(Лопе Де Вега « Собака на сене»)
Иллюзия, конечно. Сегодня жизнь наладилась, а завтра меня найдёт враг или кирпич по темечку и… отправит меня в даль далёкую. Я не верю в стабильность, и тем ценнее каждое отдельное мгновение.
И, пожалуй, сейчас… я счастлива.
Утром я просыпаюсь, и меня встречает заваренный Аленом чай. Мы неторопливо выпиваем по чашке, и после утренней рутины из серии умыться-причесаться-одеться я почти час гоняю силу стихий по энергетическим каналам, тренирую резерв.
Ален приносит из академии книги и лекции, и я их читаю, а если что-то не до понимаю, то он терпеливо объясняет. Чаще всего, все объяснения, непонятого материала, заканчиваются поцелуями и бессонными ночами, и в эти мгновения я утопаю в волшебном чувстве…, чувстве радости и искреннего восторга.
Конечно же, спустя три дня, после переноса порталом из академии в Горный дом, я и Ален прошли обряд соединение наших судеб в храме Сефриды.
Да.
Облачившись в белоснежные одежды, напоминающие пончо с капюшонами, и угги или скорее всего унты из белого меха, мы порталом переместились к подножью горы на вершине которой расположился храм Сефриды, затем начали "восхождение" по лестнице. Сколько ступенек пробито в склоне священной горы Сеф? Не знаю. Не считала. Но, чтобы подняться по этой лестнице, нужны были: сила, выдержка и невероятное, о-о-о-о-очень большое желание выйти замуж или жениться.
Сам храм был расположен в скале. Вход в него был покрыт инеем, и казалось, будто бы светился в лучах ЭцлоРа (В мире Атена ЭцлоРа- Солнце). Внутри храма все стены были украшены барельефами и архитектурными элементами, разделёнными на пояса, на самом нижнем поясе были высечены музыканты, играющие на цимбалах, барабанах, струнных инструментах и флейтах, некоторые из них с цветами и в развевающихся одеждах. Следующая полоса барельефов была заполнена изображениями хранителей и подвластных им стихий. Самый верхний пояс, включая сводчатый потолок принадлежал Сефриде и её мужьям, в разных интимных позах. Мужья были изображены, как в человеческой форме, так и в животной. Здесь были и тигры, и львы, волки, барсы и лисы. В центре зала располагался алтарь из отполированного до блеска, черного минерала в виде овальной чаши и статуя прародительницы двуликих из белого камня, похожего на мрамор.
Подойдя к алтарю, мы с Аленом встали напротив друг друга и взявшись за руки, произнесли слова клятвы любви и верности:
Я люблю тебя так сильно Энри…
Я люблю тебя так сильно Ален…
Достаточно, чтобы сделать все ради тебя:
Отдать свою жизнь, свою любовь, свое сердце
И свою душу тебе и за тебя.
Достаточно, чтобы захотеть защищать тебя,
Заботиться о тебе, вести тебя, быть с тобой,
Утешать тебя, слушать тебя, переживать за тебя и вместе с тобой.
Никогда ничего не скрывать от тебя
Я люблю тебя достаточно, чтобы разделить с тобой
Все мои чувства, мечты, цели, страхи, надежды и тревоги.
Всю мою жизнь с тобой…
Я люблю тебя достаточно, чтобы бороться за тебя,
Уступать тебе, жертвовать собой для тебя,
Если потребуется…
Достаточно, чтобы невыносимо по тебе скучать,
Когда мы не вместе, вне зависимости от времени и расстояния.
Достаточно, чтобы верить в наши отношения, несмотря на худшие из времен,
Верить в нашу силу истинной пары,
И никогда не сдаваться в наших отношениях…
Достаточно, чтобы провести остаток моей жизни с тобой,
Быть рядом с тобой, когда это необходимо.
Никогда в жизни не оставлять тебя и не жить без тебя…
Я люблю тебя так сильно Ален.
Я люблю тебя так сильно Энри.
После наших слов, в ладонях статуи Сефриды сформировались голубые сферы, постепенно увеличиваясь в размере, соединились в одну, а затем, этот голубой шар рассыпался на мелкие сверкающие искры и звёзды. Они окутали нас с Аленом, кружа вокруг, будто играя, затем растаяли в воздухе, но самые яркие из искр впитались в наши знаки истинной пары, формируя красивую, ажурную вязь от запястья до локтя тыльной стороны руки.