А потом водитель поворачивается и говорит: «Ну, может, ей ОЧЕНЬ туда надо! Ну что вы все!» И тогда одна женщина говорит, что да! Вот ей тоже как-то раз надо было, а была пробка, а другой мужчина начинает рассуждать о неправильном устройстве дорог и вечном трафике, третий рассказывает, как он попал недавно в такууую пробку, а четвертый начинает считать чужие деньги и загибает пальцы, сколько машин приходится на одну московскую семью. Пунцовая женщина вылетает на нужной ей улице, маршрутка потихоньку успокаивается, пробка почти закончилась, метро уже вот-вот. Тогда, Юля, я вспоминаю про твою открытку с фиолетовыми цветами на обложке и читаю: «Привет, Алеська! Юг Франции (Прованс). Среди сухих желтых долин встречаются вот такие вот фиолетовые реки — это цветет лаванда! Ее здесь сушат, добавляют в десерт, набивают ею подушки и подметают улицы!» Целую! Ю.»
* * *Я сегодня очень сентиментальная и хочу к маме, потому что у меня 37 и 8.
Я пошла вся в папу, а все папино семейство исключительно здоровое, как кони. Но когда кому-то случается чем-то заболеть, вот хотя бы такой же мелкой простудой, как мне сейчас, то человек сразу падает на спину и начинает трусливо скулить. Все мои прародители из конячьего семейства умирали только здоровыми, просто вокруг них в радиусе всей деревни заканчивалась водка. Я редко болею, потому что из породы очень трусливых коней. Становлюсь сразу и резко беспомощная, слезливая, несчастная и пытаюсь всеми способами вызвать жалость. Чтобы человек, глядя на меня, не просто плакал, а его буквально рвало слезами. И если мне сейчас позвонить, то буду долго описывать оттенок своих соплей и даже покашляю в трубку, чтобы человек оценил масштаб катастрофы.
Немедленно меня пожалейте! Я очень горячая, на мне можно жарить блины. А еще у меня страшная беда. На моей нежной белой и бархатной щеке выскочил какой-то уродский прыщ. А еще сегодня ночью я начала шарить рукой по комоду, беспомощно лежа на кровати (все помнят, что я неизлечимо и окончательно больна?), и на меня упал пульт самым острым углом прямо в кость под глазом. И теперь там синяк. А завтра важная встреча и все будут думать, что меня бьет бойфренд. Еще я пью все время чай с малиновым вареньем. А поскольку я пью много чая, то вся отекла. Поэтому к фингалу добавились еще наливные мешки под глазами. Я сейчас просто невероятно хороша и удивительно прекрасна. Мои маленькие, но яркие уродства оттеняют друг друга и дополняют. А так как я простудила какой-то редкий нерв в ноге (вы уже тошните слезами на монитор?), то еще и хромаю.
В Астане мы пошли в придорожное кафе, где сидят дальнобойщики, и там я увидела Его. Сразу стало понятно, что без Него дальше не жить никак. В Нем принесли чай, потому что Он был чайник. Я сразу упала официантке в ноги с просьбой продать хоть за сколько. Он был весь золотой в выдавленных узорах, крышку венчал пластмассовый бриллиант. Я очень люблю уродские вещи. Директор нашей съемочной группы не согласился с формулировкой про уродливость и корректно по-питерски заметил, что это, скорее, лубок. А режиссер отметил, что это, вероятно, казахский ампир. Было все равно, что они говорят, потому что мне Его надо. А Его не продавали. И тогда я пошла к менеджеру. А менеджер сказал, что секундочку и вернулся через десять минут с казахской народной сказкой о том, что хозяин кафе купил этот чайник за двадцать долларов. А потом, видя мой обезумевший взгляд, согласный на все, сказал, что нет! За сто двадцать! Все показывали на меня пальцем, а я шла счастливая и прижимала Его к груди.
Теперь он живет со мной и меня жалеет. Держит температуру кипятка и красиво светится под солнцем. В нем я приношу с кухни чай из зеленой мяты, куда крошу яблоки и свежие апельсиновые корочки. Вот даже фотография есть. Там рядом лежат раскадровки (у меня же завтра важная встреча, а я неизлечимо больна, вы помните об этом?) и открытки от Юльки, про которые я вам рассказывала в прошлый раз. Там, по-моему, даже видно лаванду.
Кстати, я на этом снимке представлена в бордовой пижаме, в сферическом отражении виден валик Мити.
Разбираю сейчас пометки, которые делала на встрече с режиссером, и там у меня написано: «Срочно узнать, будет ли у нас на съемках г!!!» И вот теперь думаю, что я имела ввиду. И не могу вспомнить. Это вообще не смешно, потому что режиссер обещал меня бить головой об стену, если я что-то пропущу из его слов. Потому что «г» может оказаться чем-то дико важным, без чего режиссер не может снимать. Так обычно и бывает. Гусем, например. Или глиной. Или Галей.
А еще вы меня так похвалили за прошлый раз, что я тут же начала плакать, потому что очень сентиментальна сегодня и у меня 37 и 8 (не забывайте об этом никогда! просто думайте всегда, испытывая чувство неловкости, переходящее в стыд). По вашим комментариям я оказалось святой и самым лучшим человеком на земле с ярким свечением над головой. А так как я не люблю спать при свете, то честно вам говорю, что украла этот чайник, потому что у меня не было 120 долларов.