Эчилин остановился за высоким холмом, отъехав километров пять. Быстро наступала ночь. Покрытое тучами небо было темным. С моря дул северный ветер.
Эчилин волновался. Его знобило.
«Ничего! Сейчас согреюсь! Сейчас за многие годы обогреюсь!» — успокаивал он себя.
Когда все огни в домах потухли, Эчилин вытащил из сумки на нарте бутылку с керосином, понюхал ее и пешком направился в поселок, оставив закрепленную нарту у холма.
Чем ближе подходил Эчилин к поселку, тем вкрадчивее становился его шаг. Весь превратившись во внимание, он чутко прислушивался к спящему поселку, пытаясь угадать — не вышел ли кто на улицу. Где-то в конце поселка завыла собака. На ее голос откликнулись другие. Эчилин присел, чувствуя, как ему становится нестерпимо жарко.
Выждав, когда собаки утихнут, Эчилин, пригибаясь почти к самой земле, как тень, проскользнул к клубу. Прижавшись к стенке, он перевел дыхание, откупорил бутылку, нащупал за пазухой кухлянки мешочек с табаком и спичками.
И вдруг из-за угла дома вышел человек. Эчилин выронил бутылку, хотел бежать, но человек крепко схватил его за руку. Эчилин второй рукой выхватил из чехла на поясе нож. Человек схватил и вторую руку Эчилина и так заломил ее за спину, что тот, чуть вскрикнув, выронил нож.
— Успокойся! Это я, Савельев. Пришел сюда за тем, чтобы спасти тебя!
— Спасти?! — придушенным голосом спросил Эчилин и дернулся еще раз, пытаясь вырваться из цепких рук Савельева.
— Да. Спасти. Ты с ума сошел! Ты же так себя погубишь!
Растерянный и обессиленный, Эчилин молчал, не понимая, что с ним происходит.
— Пойдем со мной. Дома я все объясню.
Савельев нагнулся, поднял нож Эчилина, спрятал его в карман.
Чувствуя недюжинную силу в руках Савельева, Эчилин подчинился.
— Я знал, что ты не уедешь в тундру, не вернувшись ночью в поселок, — доносился до Эчилина, словно откуда-то из-под земли, голос Савельева. — Ждал. Продрог из-за тебя, как щенок!
— Почему знал? Шаман, что ли?
— Да, шаман. Пойдем скорее… Дома я тебе все объясню, — ответил Савельев, наконец отпуская руку Эчилина.
7
Вечером Гэмаль зашел к Айгинто. Накопилось много неотложных дел. Председатель и парторг боялись, что, увлекшись заготовкой на заломах бревен для домов, строительством мясохранилища, питомника для собак, они отстанут в подготовке к охоте на пушного зверя. А охота на песца в работе колхоза по-прежнему занимала главное место.
— Может, в этом году не будем строить питомник? — спросил Айгинто.
— Как это не будем строить питомник? — послышался из-за фанерной перегородки возмущенный голос.
Гивэй раздвинул занавеску на двери и вышел из своей комнаты с чертежами и книгой в руках.
— Вот, смотрите, как надо строить питомник. — Гивэй разложил на столе чертежи. — А вот эту книгу очень умный человек написал: знает, как должны жить собаки, как за ними ухаживать.
Гэмаль неторопливо перелистал страницы, останавливая внимание на рисунках, изображавших различные кормушки для собак. Айгинто погрузился в чертежи Гивэя!
— А материал, материал где возьмешь? Досок сколько надо! — обратился он к брату.
— Найдем материал! — Гивэй широкими движениями засучил рукава клетчатой ковбойки, словно намереваясь Доказывать свою правоту кулаками.
— В заломе бревна без сучков есть. Я уже пробовал колоть, замечательно колются! Топоры, рубанки у нас есть, пилы, ножовки тоже есть.
Гэмаль с теплой улыбкой смотрел в возбужденные глаза юноши, одобрительно кивая головой.
— Но доски, дерево это еще не все, — продолжал Гивэй. — Нам железа всякого надо: крючки, шарниры, решетки. Но мы это сможем сделать сами. Жесть, и тонкая и толстая, у нас найдется. Банки резать будем, железные бочки рубить. Проволоки разной у нас сколько угодно. Чего еще надо? Пустяк совсем: нужны головы и руки. Но и это как будто у нас есть.
— Правильно говорит твой брат, — обратился Гэмаль к Айгинто. — Вот его и назначим главным инженером по строительству питомника. А ну-ка, Гивэй, давай объясни нам свои чертежи и рисунки.
Все трое склонились над чертежами.
Через полчаса Гивэй заторопился к Оле на очередное занятие.
— Побегу! Ждет она! Сегодня по литературе и алгебре занимаемся!
Когда Гивэй вышел из комнаты, Айгинто вздохнул и тихо промолвил:
— Опять к ней пошел!.. Пойди-ка сюда, посмотри, что он сделал…
Оба вошли в комнату Гивэя.
— Сколько книг! — изумился Гэмаль, осматривая полки, заполненные книгами. — Когда это он их насобирал?