– Что вы, что вы! – сказал лейтенант Милич и подумал, что старику, наверное, не нужно было сбрасывать тридцать лет, чтобы полюбить эту Лину в опущенных на пупок джинсах и черной короткой кофточке. – И, кроме мисс Каррадос, никто комбинации сейфа не знал?
– Нет. Строго говоря, никакой особой уж необходимости в этом сейфе не было. Никаких официальных секретных документов, никаких крупных сумм и так далее. Просто в сейфе было удобнее хранить все материалы опытов, и, кроме того, мы все твердо решили любыми способами предотвратить преждевременное разглашение результатов.
– Гм?.. Вы говорите, она читала мысли? Что это значит? В прямом смысле этого слова?
– Видите ли, раньше у нее этого необыкновенного дара не было. Она обрела эту способность уже после сновидений, о которых я вам уже говорил. Мы считали, что чтение мыслей безусловно связано с ее ролью реципиента космических сигналов.
– И что же, она могла знать, о чем думают окружающие ее люди?
– Да. Она просто читала их мысли, слышала. Правда, для этого ей нужно было сосредоточиться, нужно было захотеть. Только тогда она начинала слышать чужие мысли. Я понимаю, как это все фантастично звучит. Мы сами прошли через стадию неверия, недоумения, нежелания поверить и наконец принятия этого как факта, который существовал, но который мы не могли объяснить. Профессор Лернер первый предположил, что чтение мыслей – инструмент, при помощи которого внеземные корреспонденты Лины пытались привлечь внимание к ее сновидениям.
– Спасибо, профессор. Я должен хорошенько обдумать то, что вы рассказали мне.
– И я не сразу смог все это воспринять. Как до сих пор не могу воспринять, что завтра я не увижу Лину.
Лейтенант встал и посмотрел на профессора. Высокий сутулый старик, погруженный в воспоминания. Лейтенант тихонько вышел из комнаты.
Поттер уже ждал его в гостинице. Он сидел в холле и мирно дремал, держа перед собой газету. Но едва Милич толкнул вертящуюся стеклянную дверь, как он открыл глаза и встал.
– Если не возражаете, пошли наверх ко мне в номер, – сказал лейтенант. – Я заметил, что преступления раскрываются преимущественно тогда, когда снимаешь ботинки.
– Может быть, мне лучше тогда все время бегать босиком? – ухмыльнулся Поттер.
Они поднялись в маленький номер, и Милич с наслаждением плюхнулся на кровать.
– Можете занять диван. Что успели?
– Я разговаривал с сестрами и врачом. Она не приходила в сознание и не бредила. Ни слова.
– А эта добрая самаритянка?
– Простите…
– Ах, Джим, Джим, сразу видно, что вы из не очень религиозной семьи. А в меня так матушка вгоняла священное писание, с таким пылом, что я иногда по два дня сидеть не мог. Мать и бабушка. Бабушка и дедушка с отцовской стороны родом из Загреба, тогда это была еще Австро-Венгрия… Да, так нашли вы женщину, которая привезла мисс Каррадос в больницу?
– Да. Она оставила там свой адрес: Стипклиф. Я разговаривал с ней.
– По телефону?
– Нет, съездил туда. Это всего сорок миль. Милая старушка. Знаете, бывают такие чистые, уютные старушки с личиками, как печеные яблоки. Она ехала в Буэнас-Вистас к дочери. Увидела у шоссе на обочине пламя. Остановилась. Она говорит, что несколько машин уже стояло. Кто-то крикнул – кто именно, она не знает, – что на земле лежит раненый. Она предложила, что довезет его до больницы. Она говорит, что никогда в жизни не ехала с такой скоростью. Ей все казалось, что девушка вот-вот умрет.
– И мисс Каррадос ничего не сказала?
– Нет. Она только стонала.
– Понятно. Послушайте, Джим, вернемся-ка к взрыву. Профессор Хамберт утверждает, что пропавшие из сейфа материалы лежали обычно в портфеле. Не нашли ли вы случайно чего-нибудь похожего на портфель?
– Нашел. Не просто что-то похожее на портфель, а настоящий портфель. И не очень обгорелый. Я так представляю себе, что взрывом его выбросило из машины.
– А что было в нем?
– Ничего.
– Гм?.. Где сейчас портфель?
– У меня. В управлении.
– А остатки машины?
– В полиции. Во дворе.
– Ладно. Я позвоню в Шервуд и попрошу, чтобы прислали нашего пиротехника…
– Кого?
– Специалиста по взрывчатке и взрывам. А вы посмотрите портфель, нет ли на нем отпечатков пальцев, хотя шансов, как вы сами понимаете, не слишком много. Если у человека хватает ума и знаний изготовить бомбу и взрывное устройство, подложить ее в машину, а до этого открыть сейф, не повредив его, – этот человек не станет оставлять отпечатки пальцев. Но портфель для очистки совести осмотрите, и завтра мы покажем его профессору. И завтра же утром на всякий случай осмотрите сейф. А вдруг? Хотя я лично в чудеса не верю. Старик ничего существенного рассказать мне не мог. О чем бы он ни говорил, его тут же сносило к этой Лине Каррадос. О ней он рассказывает всякие чудеса. Она и эти сны видела, она и мысли читала.