Милена слышала, как кровь с отвратительным бульканьем вытекала из страшных ран. Издав последний хрип, зелёное существо рухнуло на пол после того, как чёрный отступил. Окончательно добило Милену то, что каких-то пара секунд, и вместо жуткой твари на полу лежала обнажённая женщина.
Всхлипнув, Милена уставилась на чёрное существо, замеревшее в паре метров от неё. Оно смотрело, склонив устрашающую голову с большими ярко-жёлтыми глазами с вытянутым зрачком. Внезапно нахлынула новая волна паники. Бьющийся в истерике разум говорил Милене, что перед ней Эрен, но только сейчас это вовсе не было гарантом безопасности. Вдруг он решит уничтожить свидетеля, чтобы никто не мог разоблачить его? Горло свело спазмом, и она не могла выдавить ни единого звука, только смотрела на него, хватая воздух ртом.
— Не бойся, — внезапно произнёс монстр до боли знакомым голосом, который стал чуть грубее да рычащих ноток добавилось. — Я тебя не обижу.
Только Милена была слишком напугана и шокирована, чтобы реагировать адекватно. Её хватило только на какой-то неразборчивый звук, напоминающий скулёж издыхающего животного. Существо дёрнулось и поспешило с глаз.
Это был какой-то эмоциональный ступор. Проскочив чёрной стрелой по двору, Эрен скрылся в доме и уже там принял человеческий облик. Раны, нанесённые Лейрой, вспыхнули болью с новой силой. Она почти до кости рассекла ему когтями правое плечо, также ныла спина, по которой Лейра хорошо полоснула, но самой неприятной была рана в груди. Она цедилась в сердце, но Эрену удалось уклониться, и Лейра пробила насквозь левое плечо. В догонку к этому ещё и за ногу укусила, вырвав кусок мяса.
Думать о повреждениях тела было самым безопасным для психики. На автомате добравшись до ванной, он встал под душ, стеклянными глазами наблюдая, как убегает в слив вода, окрашенная его кровью. И не только его.
Светлана Петровна с детства ему говорила — жизнь бесценна. Особенно жизнь разумных существ. Эрен знал от неё, как много проблем было с представителями его вида первой и второй серии. Стоило им вырваться на свободу, как умирали люди. Он быстро понял, как сильно женщина, заменившая ему мать, боится, что и он пойдёт по тому же пути. Эрен пообещал ей не становиться такими как они, не убивать. И вот, он нарушил это обещание. Разум говорил: у него не было выбора. Он защищал Милену и себя самого от смертельной угрозы. Только вот казалось, сколько он ни трёт кожу, а руки всё ещё красные от крови Лейры. Этот её предсмертный хрип будет преследовать Эрена до конца его дней.
Думать о Милене или собственном будущем было совсем не выносимо. Да о чём тут думать? Если есть что-то хуже крови Лейры на его руках, то это глаза Милены, полные ужаса и неверия. Она смотрела на него и видела чудовище. Монстра, которого боялась до панического ужаса. Он чувствовал это от неё. Было больно, но Эрен был бессилен что-либо изменить. Всего пара фраз довели её окончательно. Возможно, стоило сменить облик, только что бы это дало? Ничего. Милена видела, как он убивает, и боялась его до истерики.
Это значило лишь одно — ему надо уходить. Избавиться от трупа Лейры и исчезнуть. Было до слёз жаль прощаться с этой жизнью, мирной и счастливой. Придётся начинать всё сначала: искать место, обживаться. Только теперь Эрену больше не хотелось с кем-то сближаться. Он устал терять близких людей и больше не хотел испытывать этой боли. Как оказалось, не только смерть может отнять тех, кто запал в душу.
— Эрен? — голос Милены заставил дёрнуться.
Сколько он уже тут стоит? Только сейчас он заметил, в окошко у потолка, что небо на востоке начало светлеть.
— Ты тут? — снова послышался неуверенный вопрос.
— Я сейчас выйду, — ответил Эрен.
Оглядевшись, он невольно выругался: в ванной, кроме полотенца, не было никакой одежды. Не голым же идти?
Этими мыслями о бытовых неприятностях Эрен пытался подавить нервозность, почти панику. Сейчас он должен выйти и найти где-то силы посмотреть Милене глаза, где кроме отторжения и страха ничего быть не может. Это реальная жизнь, где красавицы с чудовищами не остаются.
Оказавшись в спальне, выдохнул с долей облегчения. Можно нормально одеться, а главное — оттянуть момент встречи, эту точку невозврата.
Помявшись у двери, Эрен решительно распахнул её и вышел в гостиную. Милена, до этого мерившая шагами комнату, замерла и резко обернулась. Влажные волосы говорили, что она тоже пыталась смыть с себя эту ночь, но бледное лицо заявляло — ничего у неё не вышло.
Остановившись в паре метров от Милены, он разглядывал её, с горечью понимая: скорее всего, видит он её в последний раз. Она стояла напряжённая, кусала губы, а своими куцыми способностями к эмпатии Эрен улавливал страх Милены.
— Ладно, — выдохнул он. — Я начну первый. Мне жаль, что ты стала свидетелем подобного. Снимая у тебя дом, я не планировал визитов Лейры или Дейва, а хотел спокойно, тихо жить. И уж тем более не собирался показывать, кто я есть. Зла я тебе не желал и не желаю. От тела Лейры я избавлюсь, возмещу ущерб и уеду.
— Так вот о каком генетическом заболевании ты говорил? — наконец посмотрела на него Милена.
Вглядываясь в серые глаза, Эрен пытался понять её мысли, но ничего не получалось. Даже чувствовать её он перестал.
— Да, — ответил он на вопрос.
— Кто ты, Эрен? — прямо спросила Милена, глаза её умоляли о правде.
— А не всё ли равно? — решил он увильнуть. — Важно, что я для тебя не опасен, и скоро ты сможешь забыть меня и всё, что видела сегодня, как страшный сон.
— Я не выгоняю тебя, — промямлила она. — Да и срок аренды ещё не кончился…
— Так я и не прошу выплачивать неустойку.
— И куда ты пойдёшь?
— Что-нибудь придумаю.
— Да зачем это тебе? Оставайся и живи.
— Ты или очень отчаянная, или глупая, — прошептал Эрен в ухо Милены, подойдя вплотную. — Стоишь тут, дрожишь от страха, но всё равно говоришь «оставайся».
Он сам не понимал, зачем это делает. Зачем ещё больше пугает её. Возможно, оттого, что его угнетал и злил страх Милены, который было видно невооружённым глазом. Уж лучше скажет ему убираться, чем остаться и жить рядом, рискуя отравиться её неприятием и ужасом.
— Я чувствую твой страх, Милена, — произнёс Эрен, сократив расстояние между их лицами до нескольких сантиметров и частично меняя облик. — Он висит вокруг тебя удушливым облаком вони.
— Неправда, — вскинула она взгляд, в котором горела дерзость.
— Ты не представляешь, с кем имеешь бело, — прошипел Эрен ей в лицо. — Я монстр, Милена, и всегда им буду, как бы ни претворялся человеком. Недавно ты смотрела так, как и должен смотреть человек на чудовище — со страхом и отвращением. Так что прекрати играть с огнём и строить из себя бесстрашную, а то доиграешься, и я останусь.
Эрен смотрел в глаза Милены и видел, как в ней борются страх и решимость. Он не понимал её. Пару раз он менял облик частично, рассматривая результат в зеркале, и даже ему было не по себе от жутковатого зрелища, сочетания черт пришельца и человека. А она стояла и смотрела на него вместо того, чтобы в ужасе шарахнуться прочь.
— Так я и говорю, останься, — тихо прошептала Милена.
Он вытаращился на неё в изумлении, и, пока хлопал глазами, она взяла его лицо в свои ладони и прижалась губами к его губам.
Снова все мысли вымело из головы в мгновение, осталась только жажда целовать Милену до нехватки кислорода, прижимать к себе, впитывая её тепло.
В этот раз взять себя в руки удалось быстрее. Этому хорошо способствовала ситуация, в которой они оказались.