– Ничего себе за хлебушком сходили, – входя в комнату, справедливо заметила Альбина. Ее мокрые волосы торчали сосульками во все стороны и напоминали только что вылупившихся змеенышей.
– Ты похожа на Горгону, переболевшую брюшным тифом, – сказал я, опустив взгляд к темному треугольнику внизу ее живота.
– А ты – на придурка, – запахнув полы расписанного маками халата, огрызнулась она.
– Грубо.
– Смотри, какие нежности при нашей бедности! Переживешь. Скажи лучше, зачем парней завалил?
– Я тебе уже все сказал. Добавить мне к этому нечего.
– Зверь, – вновь обозначила она мое место в своей картине бытия. – Ох какой же ты все-таки зверь.
Меня взяло за живое, я решил объясниться:
– Отпустить их значило бы поступить несправедливо по отношению к тем, кого они убили бы в будущем. Или ты думаешь, они остановились бы?
– Нет, не думаю. Но ты все равно зверь.
– И это говорит та, которая семь… – Я кинул взгляд на часы – Которая восемь минут назад хотела меня испепелить.
Она отвела взгляд:
– То другое.
– Ну конечно, – усмехнулся я. – Дракон же не человек. Дракон – зверь. Причем не занесенный в Красную книгу.
– Дурацкий разговор.
– Согласен. Давай о деле.
– Давай. Где фотки хранишь?
– В ящике электронной почты. Логин golden dragon собака почта точка ру.
– А пароль?
– Пароль не знаю.
– Как так не знаешь?
– А вот так вот. Сначала скажи, как Зармаига вызвать, потом я выясню пароль.
Она вытащила из кармана халата сигареты и выбила одну лихим щелчком по дну пачки. Так не дамы достают финтифлюшки с ментолом, так работяги на лесоповале выбивают из пачки ядреную «беломорину».
Я клацнул зажигалкой, ведьма потянулась к огоньку и закурила. Какое-то время молча дымила, делая вид, что наслаждается отравой. На самом деле втихаря пропахивала мой ничем не защищенный мозг на предмет нужной комбинации. Когда поняла, что не вру и что ловить действительно нечего, вдавила окурок в пепельницу и сдалась:
– Хорошо, баш на баш. Говори.
– Сначала ты.
– Это почему же?
– Потому что драконы по пустякам не врут.
– А разве ведьмы…
– Сплошь и рядом.
Она возмущенно фыркнула, но спорить не стала.
– Ладно, записывай.
– Я запомню.
Ведьма вздохнула и безрадостным голосом произнесла нужное заклинание. По тому, с какой неохотой она это делала, было понятно – не врет. Когда закончила, я позвонил своей расчудесной помощнице, предварительно выставив на аппарате режим громкой связи.
– Слушаю, шеф, – отозвалась Лера.
– Я насчет нового пароля. Теперь нужен. Воспроизведи.
– Ага. Значит, так: Егор, естественно, латиницей. И еще цифры: один, два, три, четыре, пять. И… и все.
– С ума сойти! – воскликнул я. – Хорошо хоть не qwerty.
Лера хихикнула:
– Шеф, я пошутила. Что вы, ей-богу! Хоть и блондинка, но не абсолютная же.
– Верю. Только знаешь что…
– Что?
– Хотел премию тебе выписать, теперь передумал. Чтоб знала, как с начальством шутить.
– Шеф! Шеф! – забеспокоилась девушка. – Я исправлюсь!
– Посмотрим, – с нарочитой строгостью сказал я. – А теперь валяй правильный пароль.
– На самом деле такой: вэ, и, эйч, эф, эр, эф, вэ, би. Повторяю по буквам: villain, enemy, hell, fang, rat, еще раз fang и еще раз villain, и, наконец, bat.
– Вэ, и, эйч, эф, эр, эф, вэ, би, – повторил я. И, влет представив раскладку клавиатуры, расшифровал: – Мура… Мураками, что ли?
– Ага, шеф, Мураками, – подтвердила Лера. – Только тот Мураками, который Харуки, а не тот, который Рю. Рю я не люблю.
– Кого хочешь люби, кого хочешь не люби, но ровно через десять минут смени и этот пароль.
– Шпионские игры?
– Шпионские.
– Хорошо, шеф, сменю. А вы сегодня заедете?
– Обязательно. В одно место еще смотаюсь – и сразу в офис. Все. Целую. Конец связи.
Я положил трубку на аппарат и обратился к Альбине:
– Все слышала?
– Слышала, – недобро хмыкнула ведьма. – Смотрю, новую цыпочку себе завел?
– Имею право.
– Красивая?
– Умная. Четвертый курс юрфака.
– Ну-ну.
– Не ревнуй, Альбина, тебе не идет.
– Больно, надо.
Ведьма обиженно поджала губы и отвернулась к окну.
– Все, мне пора, – сказал я, не желая продолжать пикировку, и стал натягивать носки на перепачканные черт знает чем копыта. Мыться было некогда.
– Иди-иди, дракон, – «разрешила» Альбина, после чего в сердцах добавила: – И больше никогда не приходи!
Уже у входной двери она спросила:
– А если бы не сказала, сдал бы молотобойцам?
– Честно?
– Честно.
– Не-а.
– Что так?
– Не чужой ты мне человек, Альбинка. Не первый год вместе с ярмарки едем.
– Ну-ну. А как же дело? Перебился бы?
– Зачем? – пожал я плечами. – Ты не единственная ведьма в Городе. Сходил бы в гости к другой. Например, к Ириде.
– Ирида – дура! – обиженно воскликнула Альбина. – Она ничего-ничегошеньки не знает! Шарлатанка – вот она кто!
Тут я невольно подлил керосина в огонь:
– Шарлатанка не шарлатанка, но тетка с изюминкой.
Такой измены Альбина стерпеть, конечно, не могла и хлестнула меня когтями по левой щеке.
Последний раз так делала года два назад, когда на первое апреля подарил ей «Молот ведьм» – учебник по отысканию злых колдуний и приведению их к признанию, составленный в 1486 году доминиканскими инквизиторами Шпренгером и Инстаторисом. Тогда точно так же взбесилась.
На этот раз Альбина собралась оцарапать и правую мою щеку, но я (не будучи христианином) успел схватить ее за руку. Держал крепко, однако ведьма сумела вырваться: ее верткая ладонь выскользнула из моей, как змея сквозь дырку из мешка заклинателя. Правда, вырвалась она не без потери. У меня в руке осталось кольцо с ее безымянного пальца.
– Отдай, гад! – потребовала ведьма.
– Оставлю себе на память, – усмехнулся я, зажал трофей в кулаке и выскочил на лестничную клетку.
Когда дверь за спиной захлопнулась и трижды провернулся ключ в замке, только тут я – голова, два уха! – вспомнил, что забыл у ведьмы Шляпу Птицелова.